Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Забытые подлодки — участницы Первой мировой войны

История дореволюционного подводного флота России
0
Фото: РИА Новости
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В начале июня 1917 года при неизвестных обстоятельствах погибла российская подводная лодка «Львица». Этот поход был для нее пятым с начала Первой мировой войны. Ни точная дата гибели лодки, ни обстоятельства до сих пор не известны. На борту «Львицы» находились 45 членов экипажа.

Это была одна из первых отечественных подводных лодок, принадлежащих к типу «Барс». Именно этот, самый успешный в истории русского дореволюционного подводного флота, проект, опробованный в годы Первой мировой, поставил точку в длительном споре о целесообразности использования подлодок в составе военного флота.

Первенцы подводного флота 

Первые попытки создать подводное судно в России были предприняты еще при Петре I. Тогда свой проект царю отправил крестьянин Ефим Никонов. Проект получил поддержку государя, однако во время первых испытаний, на которых присутствовал и сам Петр I, подводная лодка, больше напоминавшая бочку, немедленно затонула. После этого про подводные лодки долгое время не вспоминали — вернулись к этой идее уже при Николае I, а активно приступили к проектированию субмарин уже в 1880-х годах, однако тогда процесс создания подводных лодок был крайне долгим, дорогим и трудоемким.

Впервые в боевых условиях субмарины испытали в ходе Русско-японской войны 1903–1905 годов. Эта война показала не только странам-участницам, но и всему миру необходимость дальнейшего развития подводного флота.

Российское морское ведомство разместило заказ сразу на два типа субмарин — лодка поменьше, водоизмещением 100–150 тыс. т, предназначалась для патрулирования у берега, субмарина побольше, водоизмещением почти в 400 тыс. т, должна была действовать в открытом море. По чертежам конструктора Ивана Бубнова были созданы две лодки — «Минога» и «Акула». Обе они считались опытными образцами, однако с началом Первой мировой войны «Акула» станет едва ли не единственной в составе российского флота, пригодной к ведению боевых действий, — именно с нее будет осуществлена первая торпедная атака.

«Минога» же стала первой в России подводной лодкой с дизельным двигателем. И именно с ней связана одна из первых успешных операций по спасению экипажа.

Спасение «Миноги»

В марте 1913 года лодка под командованием старшего лейтенанта Гарсоева впервые вышла в море. Перед выходом один из матросов обратил внимание на то, что вентиляционный клапан работал туго и не закрывался до конца, однако не придал этому значения, списав на особенности конструкции.

Именно через это отверстие в море в «Миногу» попала вода — лодка начала быстро погружаться и вскоре вместе с экипажем «провалилась» на дно на глубине 33 футов. Вода хлынула в машинное отделение и вскоре затопила аккумуляторные батареи, из которых начал выделяться хлор. Моряки, сгрудившиеся в противоположном конце лодки, вынуждены были дышать смесью ядовитых газов, а люди, наблюдавшие за происходящим с поверхности воды, считали, что лодка погрузилась в штатном режиме.

Лишь спустя несколько часов, подойдя ближе к месту погружения, они увидели выброшенный лодкой сигнальный буй. Сразу после этого была начата спасательная операция. Воду над местом затопления лодки осветили прожекторами миноносцы. Чтобы выиграть время до прихода тяжелого подъемного крана, водолазы спустились на дно и попытались подать на «Миногу» воздух с помощью специальных шлангов, однако выяснилось, что присоединить их к вентилям подлодки не позволяет конструкция. Сигналов из лодки к этому моменту почти не поступало — экипаж уже больше пяти часов дышал ядовитыми парами хлора, которые выделял аккумулятор.

К моменту, когда буксиры привели к месту операции кран, с момента аварии прошло почти 10 часов, и командующий спасением контр-адмирал Шторре принял решение начать подъем до того, как водолазам удастся закрепить на лодке все крепления, чтобы поднять на поверхность хотя бы часть корпуса. Как только над водой показался один из люков, в подлодку спустились три офицера. По пояс в воде, они поднимали из полузатопленной подлодки людей, находившихся в бессознательном состоянии.

Все, находившиеся на борту «Миноги», были спасены. Большинство из них попали в госпиталь с отравлением ядовитыми газами, но никто из членов экипажа не погиб. Лейтенант Гарсоев впоследствии продолжил службу, и в годы Первой мировой войны командовал самыми современными на тот момент субмаринами типа «Барс».

«Всё равно перетонут»

Высшие офицеры морского флота, всегда являвшегося гордостью страны, скептически смотрели на небольшие, невзрачные подводные лодки, боевые качества которых, к тому же, еще требовали проверки. Это отношение проецировалось и на тех, кому предстояло спускаться на них под воду.

Специальная программа обучения офицеров-подводников была открыта в 1906 году, а окончательно сформировалась в 1909-м. На курс принимали офицеров, имевших минимум трехлетний опыт плавания на кораблях надводного типа и подходивших для службы на подлодках по состоянию здоровья. Программа подготовки была рассчитана на 10 месяцев — сначала слушатели в теории знакомились с конструкцией и вооружением субмарин, затем отрабатывали задачи самых разных чинов на нескольких учебных лодках: «Сиг», «Пескарь», «Белуга», «Лосось» и «Стерлядь».

Всего до начала Первой мировой войны программу закончили почти 60 человек. Всем, кто успешно сдавал выпускные экзамены, присваивалось звание офицера подводного плавания и предоставлялось право на ношение особого серебряного нагрудного знака: якорь и силуэт подводной лодки, заключенные в круг из якорной цепи.

Но ни звания, ни отличительные знаки не могли повлиять на отношение адмиралтейских чинов. По одной из легенд, когда накануне Первой мировой в Адмиралтейство была внесена просьба о повышении жалования подводникам, ее удовлетворили со словами: «Можно и прибавить, всё равно перетонут».

Охота «Волка»

В 1914 году, сразу после начала боевых действий, подводные лодки были выведены на боевое дежурство. Но несли они его, в основном будучи привязанными к буям у входов в порты, выступая в качестве живого минного поля. И даже к этому месту службы большая часть подлодок, находившихся тогда в составе российского флота, доставлялась буксирами. Немецкие подлодки к этому моменту уже начали активную охоту на корабли Антанты, а Российской империи для противодействия противнику пришлось прибегнуть к помощи англичан, приславших на Дальний Восток собственные субмарины.

Ситуацию удалось переломить, когда в состав флота начали поступать первые подводные лодки нового типа, получившего название «Барс». Это был уже пятый проект всё того же конструктора, Ивана Бубнова, который спроектировал «Миногу».

В мае 1916 года «Волк» вышел из Ревельского порта в свой первый поход. Настроение у команды было оптимистичное — на подходе к позициям, ночью, офицеры выпили чай под граммофонную музыку, после чего команда разошлась спать. Уже на следующий день «Волк» обнаружил в море судно без опознавательных знаков, которое после требования поднять флаг оказалось немецким транспортом Gera. Экипажу было приказано покинуть корабль, после чего он был торпедирован. 

В тот же день «Волк» одержал еще две победы — подлодка успешно атаковала немецкий корабль Kolga и сразу после этой атаки столкнулась с транспортом Bianka, который также был затоплен. Капитаны Gera и Bianka были взяты на борт подводной лодки, немецких моряков спасли находившиеся поблизости шведские корабли.

Оставшиеся на дне

Одной этой охотой «Волк» заставил считаться с российским подводным флотом не только противника, но и высшее командование страны, продемонстрировав высокий уровень новых подлодок. «Барс» стал самым успешным типом отечественных субмарин — большинство из них оставались в строю вплоть до середины 1930-х годов. Одна из них, «Пантера», прослужила до начала 1940-х и в 1941 году превратилась в учебное судно.

Всего за годы Первой мировой было затоплено четыре российские подводные лодки только этого типа. Кроме «Львицы» погибли «Барс», «Единорог» и «Гепард». Точные обстоятельства гибели большинства из них до сих пор остаются неизвестными. Две из них, предположительно «Барс» и «Гепард», были обнаружены в 1993 и 2009 годах в Балтийском море шведскими судами. В том же 2009 году эстонское научно-исследовательское судно обнаружило на дне Финского залива затонувший «Единорог».

 

Прямой эфир

Загрузка...