«Как спортсмен ты никогда не будешь доволен»
Хоккейный клуб «Северсталь» объявил о назначении на должность заместителя директора по развитию своего бывшего игрока Богдана Киселевича. Один из лучших защитников КХЛ 2010-х, олимпийский чемпион 2018 года и двукратный обладатель Кубка Гагарина в составе московского ЦСКА (2022) и ярославского «Локомотива» (2025) не играл с прошлой весны, а о завершении карьеры объявил нынешним летом, проведя 29 июля в Череповце прощальный матч.
В интервью «Известиям» Киселевич рассказал, как в новом качестве вернулся в «Северсталь», подвел итоги карьеры, а также вспомнил свою поездку в НХЛ, где он в сезоне 2018/2019 был сначала во «Флориде Пантерз», а потом в «Виннипег Джетс».
— Как возник вариант с работой в «Северстали»?
— Мы с директором клуба Николаем Канаковым это обсуждали примерно с октября, а особенно плотно — с января, когда вместе занимались подготовкой к матчу по случаю завершения моей карьеры игрока. И со временем пришли к решению о сотрудничестве в клубе. Отмечу еще, что не только меня, но и других ребят из Череповца подкупает отношение организации к своим воспитанникам, намерение поднять именные стяги под сводами арены.
— Упомянутый вами матч в Череповце прошел очень ярко, трибуны были полные. Вы удовлетворены тем, как в итоге всё прошло?
— Для меня это был интересный опыт организации и проведения подобных мероприятий. Особенно после обучения в ВШЭ и РМОУ, которым я активно занимался прошлый год, когда прошел две годовые программы переподготовки. И для меня организация матча в Череповце была сродни учебной практике. Многое получилось, что-то — нет. Весь этот опыт мы взяли на будущее. Очень важно, что мы часть времени провели на площадке с детьми, которые занимаются хоккеем. Рад, что они и их родители были довольны.
— Вы говорили, что долго не хотели проводить свой прощальный матч, что вас убедили друзья и родители. В итоге рады, что решились?
— Да, я хотел без шума закончить карьеру и начать что-то новое. Но постепенно люди меня подводили к этому. Не то чтобы даже убеждали или уговаривали. А просто потихоньку капали на мозги. И так медленно, но верно подвели меня к решению провести это мероприятие. Помню, Коля Бардин и Андрюха Светлаков, уже зная, что я заканчиваю, при каждом разговоре обязательно с легким подколом спрашивали меня: «Когда прощальный матч будешь проводить?» Я в итоге не захотел его называть прощальным, но тут даже не название важно. Главное, что в итоге мы сделали это, провели его. И я очень рад, что все-таки решился. Были ведь сомнения еще из-за того, что я давно ушел из «Северстали», еще в 2014 году меня продали в ЦСКА. Да, я воспитанник череповецкого хоккея, заиграл в родном городе на уровне КХЛ. Но одно дело, если бы я долго играл в «Северстали» и выиграл с ней Кубок Гагарина, тогда проводить такой матч в конце карьеры очевидно надо было. А так я большую часть своих игроцких лет провел в других клубах, был там своего рода представителем Череповца. Но очень приятно, что даже с учетом этого клуб одобрил такой матч и помог с его организацией, а болельщики пришли на стадион.
— Какие эмоции испытывали, когда после матча на лед выходила ваша семья, когда ваши родители и жена произносили речи?
— Трудно описать словами. Это особые эмоции, когда видишь отца, делающего символическое вбрасывание, когда родители и жена произносят речи на глазах у 5,5 тысячи человек. Не описать словами. Очень благодарен всем, что пришли в тот вечер в ледовый дворец, благодарен зрителям, которые до отказа заполнили арену. И всем ребятам, которые смогли приехать в Череповец сыграть в этом матче. Знаю, что они были очень довольны атмосферой. Надеюсь, те, кто до сих пор продолжает играть, подзарядились позитивом перед сезоном. И для многих из них появился опыт, как самим нечто подобное провести, когда будут заканчивать.
— В день матча в раздевалке висела цитата из Вадима Шипачева: «Это вы еще мой прощальный матч не видели». Как возникла такая идея?
— Наша команда придумала ее. Хотелось как-то добавить атмосферы в раздевалке. Надеюсь, череповецкая публика действительно увидит аналогичный матч Вадима, только попозже. Лет через пять, не раньше.
— Когда решили для себя, что пора заканчивать карьеру хоккеиста?
— Прошлым летом после того, как с «Локомотивом» выиграли Кубка Гагарина. Когда начал готовиться к новому сезону, понял, что всё. Но вообще постепенно всё шло к этому решению.
— Но и о завершении карьеры не делали заявлений.
— Летом начал готовиться к сезону и быстро понял, что уже изношен. В первую очередь в плане головы, внутри себя изношен. Позвонил своему агенту, спросил, какие есть варианты с трудоустройством и сказал, что в августе еще не поеду ни в какую команду. А он сказал, что сентябре и октябре может уже не быть команды, которая мной заинтересуется. Ну я и решил, что тогда закончу. Надо больше уделять времени семье, что в период игры в хоккей на высоком уровне не всегда удавалось. Родители тоже не молодеют, взросление детей я упускал по ходу карьеры — дом держался на супруге. Приоритеты в последние годы менялись в пользу семьи, поэтому постепенно приходил к тому, что надо заканчивать играть.
— Если подводить итоги карьеры, вы всем довольны?
— Думаю, не один спортсмен не будет всем доволен. Я не являюсь исключением. Конечно, можно было сделать лучше, больше и круче. Мог сделать больше для каждой из команд, которые мне доверили играть за себя. Есть много недореализованности, но это с позиции того, что мне тренеры всю карьеру говорили всегда на максимум себя настраивать. Можно было больше сделать в ЦСКА, «Авангарде», сборной, в НХЛ. Но если спуститься с небес на землю, то нормальная карьера. Если бы мне в детстве, когда я начинал заниматься хоккеем, кто-то сказал, что будет так, я был бы только рад. Не зря столько лет жизни отдал хоккею. Благодарен всем людям, которые мне на пути попадались, — командам, тренерам, руководителям. Могло быть и лучше, и хуже, но ты как спортсмен никогда не будешь доволен. А поскольку в какой-то момент ты начинаешь понимать, что твое тело не способно играть, как ты хочешь и как ты мог раньше, не стоит заниматься самообманом и рассуждать в стиле «Да я бы мог еще поиграть». Надо либо выходить и играть на максимуме, либо прекращать эти поиски себя.
— В какой момент начались эти поиски себя?
— Лет в 28. Я тогда задумался и начал соображать, насколько мы все эмоционально зависимы от спорта, насколько никого не впускаем в свой круг общения. Что наш спортивный мир очень узок и сводится к тому, что есть задача и мы ее выполняем. Есть всего два месяца отдыха летом, а остальное — это подготовка и сезон.
— Получается, вы стали задумываться в 2018–2019 годах, на пике карьеры, когда были золото Олимпиады и поездка в НХЛ?
— Да, тогда стал задумываться, что я хочу дальше и какое направление меня интересует. И если идти куда-то на работу, то нужна практика. А перед практикой я решил получить образование. Пока доволен тем, как всё складывается.
— Вы полгода провели во «Флориде». Кто-то из того состава оказался потом в команде, выигравшей два Кубка Стэнли?
— Да. Александр Барков и Аарон Экблад. Вот их помню и ребят из персонала команды.
— Тогда хоть немного ощущалось, что эта организация может так выстрелить через пять лет, выиграв два Кубка Стэнли и три раза подряд дойдя до финала?
— Вообще не ощущалось. Сама же команда была совсем другая. Тогда никто ни сном, ни духом не мог предположить, где будет «Флорида» через несколько лет. Там был другой тренерский штаб, другой коллектив.
— Другой генеральный менеджер?
— Да, тогдашний генменеджер «Флориды» Дэйл Тэллон — крутой специалист. Но что-то не получалось. Не знаю почему. Хотя вроде бы и Бобровского подписали при нем, и другие улучшения были. Но не так быстро всё строится. А сейчас очень круто посмотреть, чего достигла команда спустя время.
— В итоге этих успехов «Флорида» добилась при главном тренере Поле Моррисе, у которого вы играли в «Виннипеге». Какие впечатления от работы с ним?
— Я очень рад за него и его штаб. Там очень сильный штаб. И они заслужили эти победы с «Флоридой». У них много необычного было, когда я находился под их руководством в «Виннипеге». Например, никто не кричал — у них очень низкий тембр голоса. Качество тренировок, их количество и длительность — это вообще кайф. Работа тренера по физподготовке блестящая. Я очень богатый опыт приобрел за те полгода с ними. «Виннипег» был организацией высочайшего уровня. По крайней мере в хоккейном плане. В итоге Морис и его штаб оказались во «Флориде», туда пришел еще новый генменеджер — и вот, пожалуйста!
