Безбарьерная игра: как ветераны СВО возвращаются к жизни через регби
В Донецке ветераны боевых действий осваивают регби на колясках — один из самых жестких видов адаптивного спорта. По словам спортсменов и тренеров, игра помогает не только восстановить физическую форму, но и вернуть уверенность в себе, вновь почувствовать азарт борьбы и стать частью команды. Развитие этого направления соответствует курсу на расширение возможностей спортивной реабилитации ветеранов, о котором неоднократно говорил президент России Владимир Путин. О том, почему регби на колясках называют murderball («смертельный мяч»), какая специальная амуниция требуется для игры и кто преодолевает полстраны для поддержки донецких спортсменов, — в специальном материале «Известий».
Блоки, искры, удары
Треск, крики, столкновения — со стороны регби на колясках выглядит жестко и бескомпромиссно. «Контактный вид спорта» — значится в его характеристике. Разрешено ударять друг друга с разбега, блокировать (на колясках для этого есть специальные бамперы-крюки) и даже опрокидывать. При этом сами участники как будто почти не страдают — от травм уберегает металлическая защита, от выпадений — ремни. Задача, как и в любом командном виде, — забить гол: доставить мяч в зону ворот, заехав в нее минимум двумя колесами.
Донецкому регби на колясках — три года. В 2023-м 35-летнему Алексею Щербатенко, позывной Найк, инвалиду первой группы, предложили попробовать себя в этом виде спорта и съездить на общероссийский кубок в Петербург. Согласился не раздумывая.
— Давно хотелось найти что-то подобное, — рассказывает Найк. — А тут — такая возможность. Я взял троих своих товарищей. Мы заняли, правда, почетное последнее место. Но старт был положен. Не останавливаемся до сих пор. В августе отправимся на очередной турнир — в тот же Петербург.
Сам Алексей — из Красноармейска. В 2014-м вступил в ополчение. Воевал командиром минометного расчета. После расформирования отряда в 2016 году прошел отбор в личную гвардию главы ДНР Александра Захарченко. Задача стояла — охрана Бати.
— Я состоял в группе сопровождения, — делится боец. — Ездили в кортеже. После прибытия на любое место — на встречу, в кафе, в учреждение, — я выпрыгивал из авто и оперативно осматривал местность, проверял людей, нет ли чего-то подозрительного. Служба — сутки через трое. Хотя выдернуть могли в любой день и час. Работа напряженная, но мы ценили ее. А Батю любили всей душой.
Палата — коляска — спортзал
Несколько раз, обследуя территорию, находил взрывчатку, вспоминает Найк. Случались курьезы — однажды Александр Захарченко вдруг сел на квадроцикл и уехал — один, без предупреждения, в неизвестном направлении.
Спохватились — пришлось искать. В другой раз, в районе центрального рынка, он вошел в трамвай, двери захлопнулись (как выяснилось — хотел пообщаться в неформальной обстановке с людьми), снова догоняли. Строго выговаривал за использование мигалок и перекрытие трасс.
Как-то отправился с бойцами на высоту в районе Коминтерново, которую никак не удавалось взять, участвовал в операции.
В 2017-м Найк во время задания сорвался с трехметровой вышки. Диагноз — перелом шейного позвонка. Служба, «личка», обычная жизнь оказались перечеркнуты.
— Отнялась нижняя часть тела, я до сих пор ее не чувствую, — говорит ветеран. — Восемь месяцев пролежал в травматологии без движения, не мог муху с тела смахнуть.
После парня отправили в 15-ю больницу Донецка, где он провел еще два года, жил в отдельной палате, рядом всё время была мама. Учился шевелиться, садиться в инвалидное кресло, заниматься на тренажерах. Пальцы на руках не функционируют, те же колеса на коляске вращает кистями. В том числе во время игры.
— Не скажу ничего нового, но спорт — спасение, — делится Алексей. — Мы занимаемся три раза в неделю по два часа. А сейчас, перед турниром, — каждый день! Плюс общение, юмор, совместные мероприятия. Вчера на пикник выбирались. Завтра едем в республиканский протезно-ортопедический центр, будем агитировать ребят-пациентов присоединяться к нам. Про физику вообще молчу. В 2023-м я не мог самостоятельно пересесть со своей коляски на спортивную, сейчас — за пару секунд. Во время тренировок все действующие группы мышц включаются. Спорт — объективно лучшая реабилитация для инвалида.
Почти шахматы
Название команды ДНР — «Оплот». 14 участников. Число их растет.
Две недели назад в гости к дончанам приехал (уже не в первый раз) спортсмен из Москвы, уроженец Кузбасса, 48-летний Илья Мысляев, призер чемпионатов России и мира. Прибыл повышать уровень ребят накануне грядущего кубка в городе на Неве. У Ильи нет двух ног и правой руки, — попал под поезд 25 лет назад. Прежде он занимался хоккеем, поэтому, получив инвалидность, решил по возможности не прекращать активный образ жизни — попробовал себя в теннисе, тяжелой атлетике, плавании. В 2011 году в России появилось регби на колясках.
— Как только я вышел на поле, понял — мое, сто процентов, — рассказывает Илья. — Тем более очень близко к хоккею. Драйв, задор. А еще — тактика, нужно думать, почти шахматы.
Для игры в регби используется стандартное баскетбольное поле, объясняет Мысляев. Зона ворот — 8 х 1,75 м. Матч — четыре тайма по восемь минут. На поле — четыре участника с каждой стороны. Снаряд — волейбольный мяч. Коляски — специальные, усиленные, с установленными под наклоном колесами — для устойчивости. На руки надеваются перчатки, чтобы не повредить пальцы при быстрой езде. Тренировка, которую проводит Илья, включает в себя разминку, растяжку, упражнения на выносливость, взрывную скорость, спринт.
Занятия проходят в спорткомплексе «Кировец», в нем есть лифт для инвалидов, безбарьерная среда.
Министерство по спорту и туризму выделило «оплотовцам» две «Газели», которые доставляют парней на тренировки и развозят по домам. Кто-то добирается на своем авто. Сам Илья, кстати, приехал в столицу ДНР из Москвы также на собственной машине — с ручным управлением.
Взять себя в руки
Один из тех четверых, с кого начиналось донецкое регби и на ком оно держится сегодня, — 37-летний Давид Джанибикян, позывной Джаник. Раньше — кузнец. С 2014-го — ополченец. Воевал в Снежном, Саур-Могиле, принимал участие в захлопывании Дебальцевского котла. В 2018 году попал в ДТП. Итог — переломы руки, ребер и, самое страшное, шеи. Как и Найк, почти год лежал без движения. Далее следовал долгий, упорный путь реабилитации. Ног не чувствует, но, по его словам, нашел в себе силы принять ситуацию без излишнего драматизма.
— Ну да, способ передвижения изменился, но в остальном я — такой же человек, как раньше. Дышу, радуюсь, тусуюсь. Спортом занимаюсь, — говорит Давид. — И барьеров особых не чувствую, когда на коляске. Езжу из района в район, сам, по три-четыре часа, несмотря на преграды. Даже зимой. Взяли бы воевать — пошел бы без раздумий.
Дмитрию, позывной Маланец, 50 лет. В регби — полгода. Улыбчивый, мягкий. Гражданская профессия — помощник повара и бармен. При этом — бывалый фронтовик. Прошел Пески, Стылу, Угледар, опять же Дебальцевскую операцию. На руке его цветная татуировка — «Тайная вечеря». Говорит, набил ее в благодарность Господу за то, что выжил, когда в 2015-м они держали группой в 15 человек высоту, на которую летело всё, что могло взрываться и сжигать. А еще просил, находясь под огнем: «Мне бы дочку… Родить. Вырастить. Воспитать». Сын у Димы был. Спустя три года в семье родилась долгожданная дочь.
Ранило Дмитрия в 2023-м в боях за Первомайское. Прилетел снаряд, разнес блиндаж, бревном бойцу переломило спину. Товарищ вытащил его на плащ-палатке в безопасную зону. Хоронились под деревьями, терпеливо ждали помощи ночь, утро. В полдень к ним прорвался БТР.
— Я готов был морально к потере руки, даже ноги. Но позвоночник — это всё-таки слишком серьезно, — признается ветеран. — Держусь. Супруга очень поддерживает, мы с ней 26 лет, что называется, в горести и в радости. И доченька — отдушина моя. Вожу ее на танцы на машине, мне выделили как инвалиду автомобиль. И спорт, конечно, помогает. Большое дело, что появилась такая секция! Сейчас с ребятами езжу в больницы, агитирую других присоединяться к нам.
По словам спортсменов, в Донецке и в других городах России в первую очередь развивается дисциплина «регби-4» — в ней участвуют игроки с тяжелой формой инвалидности (как участники «Оплота»).
Однако в нынешнем году на высшем спортивном уровне принято решение сделать акцент и на развитии в стране «регби-5» — для ветеранов с менее серьезными травмами. Оно способно будет охватить значительно большее число участников, что крайне важно для их реабилитации и социализации.
