Глава британского правительства Кир Стармер пообещал передать власть в предусмотренном законом порядке и остаться в должности до завершения выборов. Выдвижение кандидатов на роль лидера лейбористов начнется 9 июля и пройдет до наступления летних парламентских каникул. Пока еще действующий премьер отметил, что преемнику достанется «Британия, которая стала значительно сильнее и справедливее той, что он унаследовал два года назад».
Референдум 2016 года помимо желанного гражданами выхода из ЕС принес Лондону чехарду премьер-министров: Кир Стармер повторил судьбу Дэвида Кэмерона, Терезы Мэй, Бориса Джонсона, Лиз Трасс и Риши Сунака. Он пришел к власти с существенным перевесом — в 2024 году у лейбористов стало 411 мест в парламенте, на 290 больше, чем у консерваторов.
Однако новый премьер потерял доверие граждан в условиях усугубления неконтролируемой миграции, спровоцировавшей беспорядки после нападения мигранта из Судана на жителя Белфаста. По нему также ударили участие бывшего посла в США Питера Мандельсона в «деле Эпштейна» и уход в отставку неудовлетворенного недостаточным финансированием армии министра обороны Джона Хили. И хотя Джонсон и Сунак держались у власти при меньших рейтингах, нынешний премьер, снискавший славу нерешительного политика, не захотел доходить до такого сценария.
Среди факторов, приведших к отставке, — невыполнение предвыборных обещаний: переформатировать экономику, увеличить число рабочих мест, повысить социальные выплаты. Уставшие от 15-летнего правления консерваторов граждане искренне надеялись, что премьер-лейборист решит накопившиеся проблемы. Это означает, что будущему премьеру следует избегать популистской риторики: избиратель больше не принимает на веру то, что заведомо невыполнимо за столь короткий срок.
На внешнеполитическом контуре одобрения граждан не встретили чрезмерная поддержка Израиля в конфликте с ХАМАС и масштабное выделение средств Украине: в марте 2025 года Стармер объявил о пакете помощи на $2 млрд на закупку ракет ПВО. Зарубежная активность — не главная причина отставки главы правительства, но вкупе с внутренними проблемами она стала важным дополнительным фактором. Чтобы сохранить позиции, новому лидеру страны придется бережливее относиться к бюджету, особенно когда приходится выбирать между дорогостоящей внешней политикой и расходами на нужды жителей королевства.
Аналитики небезосновательно связывают регулярную смену премьер-министров с более фундаментальной причиной, не зависящей от ситуативных партийных колебаний — выходом из ЕС, в пользу которого народ высказался 10 лет назад. По данным центра «Великобритания в меняющейся Европе» (UKICE), из-за Brexit британская экономика сократилась на 2–6%. Приток инвестиций снизился на 18%, уровень занятости — на 4%, производительность труда — на 3–4%. Даже при реализации программы консерваторов по «перезагрузке ЕС» рост не составит больше 0,5% в ближайшие 15 лет.
По данным опросов, почти 2/3 британцев сожалеют о выходе из Евросоюза, а 55% хотят вернуться в объединение, но при соблюдении привилегий, которыми Лондон ранее довольствовался: Британия платила усеченные членские взносы, сохраняла национальную валюту и не входила в Шенгенскую зону.
Однако перспектива повторного вхождения в европейскую семью нереализуема. Во-первых, ЕС больше не согласится на эксклюзивное принятие в свои ряды любой страны. Это не только создает ощущение ущемленности у действующих членов, особенно у небольших и небогатых, но и транслирует всем остальным, что даже страны с особыми «бенефитами» могут в одночасье покинуть блок. Во-вторых, британское общество склонно к осторожному сближению с остальной Европой: его пугает стремление Брюсселя к постоянному расширению (в очереди стоят страны Западных Балкан, Молдавия и Украина) и возможная отмена права вето в пользу голосования квалифицированным большинством.
Тем не менее новому премьеру придется вести интенсивные переговоры с Брюсселем. Главная причина — торговая взаимозависимость Соединенного Королевства и ЕС: на объединение приходится 41% экспорта произведенной на Британских островах продукции и около половины импорта. По этой причине Brexit нельзя считать завершенным и таковым он никогда не станет.
Наиболее вероятным преемником сэра Стармера считается экс-мэр Манчестера Энди Бернем. И хотя действующий премьер заблокировал его выдвижение в парламент, Бернем показал политическую устойчивость, победив в округе Мейкерфилд в Большом Манчестере противника из партии Reform UK.
Победа лейбористов воодушевила. Сейчас положительно к политику относятся 26% британцев, отрицательно — 33%. Его конкурентом остается либерал-демократ Эд Дейви с показателями 22% и 32% соответственно. Но его партию, имеющую репутацию проевропейских интеллигентов, не поддерживает костяк избирателей, решающих исход голосования: жители британской провинции. Еще один возможный кандидат — бывший министр здравоохранения Уэс Стритинг, заявлявший о готовности бороться за пост премьера и о том, что его поддерживает 81 член парламента.
Кем бы ни был преемник Кира Стармера, ему придется предпринять немало усилий, чтобы восстановить доверие жителей Великобритании к политическим институтам и решить взаимосвязанные проблемы: перезапустить экономику без резкого сокращения социальных расходов, обуздать миграционный кризис, начать диалог с ЕС по торговым вопросам. В случае неудачи на этом поприще на следующих выборах маятник качнется вправо: в пользу партии Reform UK. Brexit же при любом исходе будет определять повестку — этот базовый ограничитель ни один британский премьер нивелировать не может.
Автор — политолог-европеист
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
