«Мы работаем на будущее»
В пятницу, 29 мая, по итогам визита в Казахстан Владимир Путин вышел с пресс-подходом к журналистам и ответил на вопросы представителей российских СМИ. Основные цитаты из общения президента с прессой — в материале «Известий».
О дроне, залетевшем на территорию Румынии
Фон дер Ляйен не была в Румынии, не исследовала остатки этого дрона. Никто не может сказать, какого происхождения тот или другой летательный аппарат, до тех пор, пока не проведена экспертиза этого летательного аппарата. Мы ведь знаем, что и в Финляндию залетали украинские дроны, и в Польшу, и в страны Прибалтики залетали украинские дроны.
Реакция была точно такая же, как сейчас, вот в Румынии, — вот караул, русские идут, русские бьют. Потом через короткое время выяснялось, что ничего общего с российскими летательными аппаратами это не имеет, это дроны украинского происхождения, они сбились с курса, они под воздействием РЭБ или еще по каким-то причинам. Из за несовершенства технических данных туда залетели и там упали.
И в данном случае думаю, что, скорее всего, речь идет именно о такой ситуации. Пусть нам передадут какие-то объективные данные, как когда-то мы передали, скажем, представителям американской администрации информацию и остатки дронов, которые пытались поразить одну из резиденций президента Российской Федерации. Мы просто передали туда для экспертиз. Пусть нам передадут, мы проведем объективное расследование и только тогда, в этом случае, дадим оценку того, что произошло.
Об итогах визита в Казахстан
Подводя итоги государственного визита в Казахстан, хочу отметить, что было подписано много документов, в том числе соглашение о выделении государственного экспортного кредита.
Во-первых, наши условия финансирования объектов подобного рода ничем не отличаются от сделок в других регионах мира. Это стандартная практика. Во многих европейских странах, да и в нашей стране, существуют целые кредитные линии, направленные на поддержку экспорта — в нашем случае экспорта услуг и товаров. Безусловно, для нас это выгодно. Мы не дарим эти деньги, а предоставляем их в кредит — средства возвращаются в казну с процентами, как и положено. Процент довольно приемлемый и отвечает всем необходимым требованиям.
Во-вторых, мы загружаем наши заводы заказами, а в дальнейшем принимаем участие в обслуживании объектов, поставке оборудования и запасных частей. Для России это выгодно, потому что у нас с Казахстаном долгосрочное сотрудничество.
Казахстан является одной из крупнейших стран, на территории которой находятся крупнейшие месторождения урана. Для Казахстана это тоже выгодно, потому что логистика находится совсем близко. Мы являемся партнерами в ядерной энергетике. И для Казахстана важно быть не только поставщиком сырья, но и получать высокие технологии. Это очень важно для всех наших партнеров.
Мы не просто строим объекты за кредитные ресурсы — мы создаем целую отрасль. Начинаем готовить специалистов, привлекаем местные кадры к совместной работе. Как минимум 25% всех работ, которые выполняются при строительстве объектов, мы отдаем партнерам.
Мы готовы утилизировать отработанное топливо, поставлять топливо, мы договариваемся. Вчера еще Касым-Жомарт Кемелевич поднял вопрос о том, чтобы мы вместе думали о том, как обеспечивать эту электростанцию соответствующим топливом. И это немаленький объем. 20% энергопотребления Казахстана будет обеспечиваться по итогам работы атомной электростанции. Выгодно со всех сторон.
Мы долго над этим работали с обеих сторон, искали компромиссы, взаимоприемлемые развязки. И нашли. Это была большая, солидная работа. Она выгодна как России, так и Казахстану.
Мы довольны итогами визита. Подвели черту под договоренностями, которые были достигнуты, и обозначили приоритетные направления сотрудничества. Всего было определено семь базовых направлений нашего взаимодействия.
Об отношениях с Казахстаном и развитии русского языка
Всё-таки сохранение близких, добрососедских, ну практически родственных отношений между двумя государствами и гражданами наших стран имеет первостепенное значение. Потому что это создает очень важный в современных условиях и на будущее, на длительную историческую перспективу, уровень доверия между двумя государствами. Мы вот, как вы знаете, дали старт новому проекту, образовательному проекту по поиску и подготовке одаренных детей на примере и с помощью «Сириуса», будем делать это в Казахстане.
Мы очень благодарны президенту Казахстана за его внимание к развитию русского языка, за поддержание его на официальном уровне, во всех государственных учреждениях русский язык применяется, и никто от этого не страдает. Наоборот, только это приветствуется. Президент Казахстана — человек с богатым опытом международной работы.
В рамках наших отношений с Казахстаном, когда мы длительное время находились в рамках единого государства и русский язык являлся в Советском Союзе языком межнационального значения, он это поддерживает. Русский язык является официальным языком ООН. Это очень важно с учетом растущего товарооборота.
Вы знаете, так примитивно выглядит, но чем больше у нас экономических хозяйственных связей, тем более востребованность в языке. Поэтому для того, чтобы экономику развивать, следует поддерживать русский язык, и президент Казахстана не только понимает, он реальные шаги делает для того, чтобы создать соответствующие условия. Поэтому я считаю, что все цели, которые мы перед с собой ставили, достигнуты, и мы довольны результатами этой работы совместной.
Об Армении
Вопрос ожидаемый, я говорил об этом на узком составе, и я сказал об этом представителю Армении, вице-премьеру армянского правительства. Сказал, что у нас разговор по этому вопросу может быть откровенный, искренний и абсолютно открытый. И наш армянский коллега, сказал, что, да, это правильно, об этом нужно именно честно, откровенно говорить.
Что я считаю чрезвычайно важным. Русский и армянский народ связывают узы дружбы, без всякого преувеличения, и узы особых отношений на протяжении столетий. Всё, что хорошо для армян, приемлемо и хорошо для России. И какие бы решения ни были, это не испортит наших гуманитарных связей, наших политических связей. Но речь в данном случае идет о чисто экономических субстанциях. Всё нужно посчитать, внимательно посмотреть и принять решения.
Я уже говорил об этом: кризис на Украине когда-то начался в том числе с попыток присоединения Украины к ЕС. Мы ведь не были против, но обращали внимание на чисто технические вещи. Например, санитарные нормы — это ведь вопрос доступа на рынок. У нас, еще со времен Советского Союза, фитосанитарные требования гораздо жестче, чем в Европе. У нас существуют ограничения на генетически модифицированные продукты, потому что люди не хотят их употреблять, и мы вынуждены это учитывать.
Есть очень много вещей, которые сегодня просто несопоставимы и не могут одновременно существовать в рамках одной системы. Это не значит, что мы против — наоборот, мы за развитие сотрудничества. Но это требует времени и серьезных капиталовложений. Чтобы соответствовать европейским стандартам, которые, возможно, считаются более «продвинутыми», нам пришлось бы инвестировать значительные средства в создание новых производств. И наоборот, кстати говоря, тоже.
Поэтому совместить одно с другим быстро, буквально «сегодня на завтра», практически невозможно. В таком случае мы будем вынуждены по большому счету свернуть значительную часть работы, связанной с интеграционными процессами. Вы спрашивали, в чем преимущества нынешнего формата, — вот именно так мы их и видим.
Это и общие технические и санитарные нормы, а значит упрощенный доступ на рынок. Это и более простая логистика. Несмотря на отсутствие общей границы, мы добились того, чтобы перевозка товаров осуществлялась наиболее экономически выгодными способами.
Это и цены на энергоносители. В Европе цена может составлять условно €600, а у нас — около €150. Для армянской экономики это несопоставимые показатели. Я сейчас перечисляю лишь часть преимуществ, и это далеко не всё.
По данным данным банка ЕАЭС, накопленные инвестиции в Армению составили $4,9 млрд, из них как минимум 86% — российского происхождения. А после встречи в Ереване европартнеры пообещали инвестировать €2,5 млрд, это значительно меньше чем €4,9 млрд, плюс еще непрямые инвестиции.
Участие в соглашениях о свободной торговли тоже будет закрыто. К чему это приведет? Первое — это восстановление полноформатного таможенного контроля и таможенных пошлин. Надо посчитать что это такое. Второе — прекращение признания документов как раз в области регулирования фитосанитарных норм. Продукты сельского хозяйства же идут на наш рынок, но мы перестанем эти нормы признавать.
При выходе Армении из ЕАЭС мы вынуждены будем практически всю нашу работу, в данном случае с Арменией, в сфере экономики, интеграционных процессов, свернуть.
Об искусственном интеллекте
Московская скорая помощь — это не единственный пример применения ИИ в московской медицине. Мы хорошо продвинулись с точки зрения беспилотного транспорта, у нас очень эффективно работают торговые площадки, а теперь на их базе создаются уже финансовые институты. Мы хорошо продвинулись в использовании инструментов искусственного интеллекта в торговой промышленности и в науке, в образовании. Здесь очень важно сохранение суверенитета. Россия — это одна из немногих стран, я бы сказал, одна из трех стран, которые имеют шансы и развивают свой искусственный интеллект. Россия имеет свои собственные формулы и базы.
Да, наши китайские друзья бесплатно раздают свои первоначальные формулы, на которых можно потом строить всё остальное. Это хорошо, и мы это используем. Некоторые наши компании прямо говорят: «Да, мы взяли. Да, мы договорились». А некоторые говорят: «Нет, мы будем создавать свое». И это требует больших капиталовложений. Но это и есть суверенная платформа, на которой всё строится. И мы одна из немногих стран, которая это делает. Конечно, было бы проще и эффективнее, если бы мы объединяли свои усилия с нашими партнерами.
О ПМЭФ
Что касается части вашего вопроса, касающегося субстантивного наполнения, содержания, то давайте сейчас говорить об этом не будем. А то вы сами не приедете, всё заранее будет ясно, вам будет не интересно. По поводу участия наших партнеров из ЕврАзЭС, они каждый год приезжают на это мероприятие, в Петербург на экономический форум, и в этом году будут большие делегации. Будет и главный гость, он как раз из числа стран-наблюдателей ЕврАзЭС.
О ЕАЭС
Именно в Астане 12 лет назад было принято решение о создании ЕАЭС. Сегодня все страны сохраняют интерес к дальнейшему развитию интеграции. Что касается Армении, я уже рассказывал об этом коллегам и ничего не утаивал, — никаких секретов здесь нет. Интерес со стороны партнеров по ЕАЭС не только сохраняется, но и растет. Они видят реальные позитивные результаты этого сотрудничества и заинтересованы в его дальнейшем развитии.
Если говорить о будущем, то всем нам, и мне в том числе, хотелось бы, чтобы оно было прежде всего высокотехнологичным. Чтобы взаимодействие не строилось только на взаимных сырьевых поставках или продукции базового уровня, а основывалось на обмене высокотехнологичными товарами и услугами с высокой добавленной стоимостью.
Владимир Путин отвечает на вопросы представителей СМИ
Именно поэтому на заседании мы вынесли тему искусственного интеллекта как один из ключевых элементов будущего развития.
Договорились, что, если ничего не помешает, в декабре встретимся в Петербурге.
О восстановлении природы
Самый главный смысл в том, что мы сотрудничаем в гуманитарной сфере, очень важной для нас, — в восстановлении природы. Не мы, конечно, тигров истребили здесь, в степях, но, когда мы вместе жили в составе единого государства, всё это происходило, мы несем за это ответственность тоже. Если мы сейчас в состоянии поддержать наших коллег в их стремлении восстановить фауну — ну что же, мы так и делаем. И это ответ на то, что делают наши друзья в этих сферах по другим направлениям.
Приведу пример — это не из ЕАЭС, но тем не менее. Таджикистан нам снежных барсов дарил в свое время, и мы восстанавливаем снежных барсов, в том числе на Кавказе. Много и других примеров подобного рода. Я говорил о сотрудничестве в гуманитарных областях, — это одно из направлений нашего взаимодействия.
Об автомобилестроении
На встрече с Александром Григорьевичем мы этот вопрос не обсуждали, но мы очень много и часто дискутировали по этому вопросу. Наши действия связаны с защитой нашего отечественного товаропроизводителя, но мы никогда не против и никогда не ограничивали и не ограничиваем поставки на наш рынок товаров, произведенных в странах ЕврАзЭС. И тем более произведенных в Белоруссии. В нашем Союзном государстве все действия направлены на то, чтобы обеспечить чистоту этого процесса и добиться того, чтобы через рынок наших партнеров не осуществлялась поставка какой бы то ни было продукции, в данном случае автомобилестроения, из третьих стран.
Фишка в том, чтобы не выглядело так, чтобы осуществлялась блочная сборка, чтобы потом этот товар попадал сразу на наш рынок. И это сложная кропотливая работа, которую ведут соответствующие министерства и ведомства, считая, сколько процентов в том или другом товаре является процентом национального происхождения Казахстана, Кыргызстана, Армении, пока она является членом ЕАЭС, Белоруссии.
И вот там высчитывают, сколько процентов в этом товаре локального производства. Вот в этом всё дело, и мы ведем этот диалог открыто, по-честному, показываем, что есть угроза крупномасштабной сборки на территории третьих стран. По сути, это такой канал поставки товаров через территорию наших стран-партнеров. Делаем это в открытую, по-честному, прозрачно. Могут быть какие-то нестыковки, какие-то взаимные претензии и споры, но это рабочий вопрос.
О разговоре Лукашенко и Макрона
Александр Григорьевич поделился со мной содержанием своего разговора с президентом Франции. Но я считаю некорректным сейчас об этом рассказывать. Всё-таки это телефонный разговор между двумя президентами. И если Александр Григорьевич это сделал, а я думаю он это сделал исходя из того, что и президент Франции хотел, чтобы он это сделал. Но я не знаю, имею ли я право раскрывать характер их разговора и то, что Лукашенко довел до меня.
О войне европейских стран с Россией и об Украине
Во-первых, что касается заявлений европейских политиков о том, что они готовятся к войне с Россией, — это бред. Делается это якобы в связи с агрессивными планами России в отношении западноевропейских стран. Это вранье, это грубая, наглая ложь.
Как говорил Геббельс в свое время: «Чем невероятнее ложь, тем быстрее в нее поверят». Именно такие стандарты и внедряют западные политики и средства массовой информации в свою практическую ежедневную практику.
У России никогда не было никаких агрессивных намерений в отношении европейских стран. А трагедия, которая разворачивается на Украине, — это их рук дело. Это результат их политики, потому что именно они довели до государственного переворота в Киеве в 2014 году, что привело к необходимости со стороны России защитить крымчан, а затем оказать содействие ДНР и ЛНР, которых мы долго не признавали, годами не признавали. А потом, когда убедились, что Минские соглашения никто не собирается выполнять, вынуждены были оказать содействие и двум непризнанным тогда республикам. Признать, а потом оказать им содействие вооруженным путем, поскольку, в соответствии с межгосударственным договором, мы взяли на себя обязательства ответить на их просьбы по их защите.
Этот договор был ратифицирован, в том числе прошел через верхнюю палату российского парламента. Мы сделали всё абсолютно прозрачно, законно и последовательно, шаг за шагом. Они привели к сегодняшней трагедии, а сейчас пытаются с больной головы переложить на здоровую, показать, что это Россия агрессивна. Нет! Это их политика: от первого шага, когда они обманули нас в том, что никогда не будет расширения, ни одного шага на восток якобы НАТО не сделает, до трагедии на Украине с госпереворотом — это всё результат их политики.
И пусть они не обманывают свой народ. Россия никогда не угрожала и не угрожает европейским странам. Всё, что они делают, это только для того, чтобы продолжить конфронтацию с Россией и обосновать непомерные траты из бюджетов своих государств, залезая в карман налогоплательщику европейских государств.
О завершении СВО и ударах по Старобельску
Что касается сроков, то мои коллеги поймут: называть их сейчас невозможно. Это было бы опрометчиво, и я этого делать не буду.
Что касается ударов по Старобельску, то да, западные страны поставляют Украине дроны. Это говорит о том, что нам необходимо укреплять систему ПВО. Мое заявление было сделано не просто так, а исходя из анализа ситуации на поле боя. Наши войска наступают по всем направлениям — каждый божий день.
Вы сейчас вспомнили Старобельск. Я периодически смотрю западные каналы, чтобы понимать, каким информационным полем кормят европейского зрителя. И это, честно говоря, позор и кошмар. Они просто обманывают своих граждан.
Когда произошел удар и погибли дети в Старобельске, об этом практически ничего не говорили. Зато удары по Киевскому региону с утра до вечера подавались как очередное проявление «злобного агрессора». Но вам, представителям СМИ, должно быть стыдно за некоторых своих коллег: ни одного слова о том, что в Старобельске погибли дети, что их целенаправленно убили. Как будто этих детей вообще не существует.
Это средства массовой информации? Нет, это средства массового одурачивания.
А дальше — следующий шаг. Показывают дроны, которые успешно применяются украинской армией, затем называют их стоимость. И сразу идет намек собственным гражданам: нужно раскошелиться, нужно заплатить. Это что, по-вашему, средства массовой информации? Нет.
Возвращаясь к вашему вопросу: ситуация на поле боя складывается таким образом, что дает нам основания говорить о том, что всё постепенно подходит к завершению.
О кандидатах для переговоров
Я думаю правы те в ЕС, которые говорят, что они сами должны определить переговорщика. Мы им его не назначаем. Когда я назвал фамилию Господина Шрёдера, имел ввиду, что это человек, которому можно доверять. Ему всякие ярлыки вешают, что он мой друг. Да, мы с ним дружим. А что тут скрывать, что здесь плохого? Разве это плохо? Но это вызывает известное доверие. При этом, несмотря на нашу с ним дружбу, он всегда исходил из национальных интересов немецкого народа и немецкого государства. Вот мы строить начали «Северные потоки». И разве это плохо для немецкой экономики? А сейчас, когда они отказались от наших энергоносителей — стало лучше? Сейчас они пытаются получить нефть из Казахстана.
Шрёдер всё пытался сделать в интересах немецкого государства. Да, у нас были споры, но мы всегда находили компромиссы.
