Море раздора: турецкий закон может привести к новой эскалации между Афинами и Анкарой
Новый законопроект о морских юрисдикциях, который подготовила Партия справедливости и развития президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана, может стать самым серьезным испытанием греко-турецких отношений на прочность. Документ в одностороннем порядке определит владения Турции в Эгейском, Черном и Средиземном морях. Афины считают, что такие шаги сведут на нет многолетние усилия по нормализации диалога. Может ли это привести к эскалации — узнали «Известия».
В Афинах обеспокоились
«Все наши острова обладают в точности теми правами, которые предусмотрены Конвенцией ООН по морскому праву, ни больше ни меньше. Эгейское море, как и все моря, может быть местом дружбы и сосуществования, но только если существуют правила. А эти правила — международное право и морское право», — заявил министр обороны Греции Никос Дендиас.
Он «предостерег Турцию от ревизионизма на фоне очередного витка напряженности в Эгейском море», сообщает Greek Reporter. Речь идет о попытке оспорить суверенитет и морские права Афин в Эгейском море и Восточном Средиземноморье со стороны Анкары.
Заявления Дендиаса прозвучали на фоне сообщений о том, что правительство Реджепа Тайипа Эрдогана готовит законопроект, официально определяющий морские юрисдикционные зоны Турции. В Греции власти опасаются, что эта инициатива узаконит доктрину «Голубая Родина» (Mavi Vatan) в Турции. В Афинах считают, что эта идея нацелена на пересмотр границ и с ее помощью Турция хочет отнять чужие территории, не имея законных оснований. Греция, как пишут местные СМИ, обладает всеми необходимыми правами в соответствии с Конвенцией ООН по морскому праву.
А новый закон создаст единую правовую базу для защиты прав и интересов Турецкой Республики в Черном, Эгейском и Средиземном морях. В частности, проект предполагает закрепить в Эгейском море шестимильную зону территориальных вод, а в Черном море и Восточном Средиземноморье установить 12-мильную зону. Также президент Турции может получить право объявлять «морские зоны особого статуса» для рыболовства, охраны окружающей среды и других целей.
Это первый за последние 44 года комплексный закон, систематизирующий морские юрисдикции Турции. Им впервые юридически закрепляется статус проливов в соответствии с Конвенцией Монтрё, а также уточняется правовой режим «серых зон», островов и скал.
В парламенте документ планируют представить после 30 мая, когда в стране закончатся празднования по случаю Курбан-байрама.
Основополагающая доктрина
Доктрина «Голубая Родина» — это военно-морская и геополитическая концепция, которую в 2006 году предложил адмирал Джем Гюрдениз, а позже активно продвигал контр-адмирал Джихат Яйджи. В соответствии с этой идеей, Турция имеет суверенные права на огромные морские зоны (около 462 тыс. кв. км) в Черном, Эгейском и Средиземном морях, включая эксклюзивные экономические зоны для добычи газа, нефти и рыболовства. Турция не ратифицировала Конвенцию ООН по морскому праву (UNCLOS) и настаивает на принципах «справедливости», а не механической равноудаленности.
Доктрину официально поддерживает Партия справедливости и развития, видя ней способ укрепить влияние Турции как морской державы. Реджеп Тайип Эрдоган ранее подчеркивал важность контроля над морскими просторами для мирового господства. «Тот, кто владеет морями, владеет миром», — заявлял турецкий лидер.
Оппозиция в лице Народно-республиканской партии также разделяет эту идею, однако считает, что действовать нужно мягче. Но некоторые критики властей полагают, что эта концепция провоцирует конфликты с Грецией, Кипром и Евросоюзом в целом. Утверждается, что эти шаги приводят к созданию напряженности в регионе, поскольку Анкара посылает в спорные воды корабли и рисует карты, где некоторые греческие острова «не влияют» на границы.
Тем не менее в 2024 году стало известно, что турецкие власти включили доктрину «Голубая Родина» в школьную программу страны. На уроках географии в девятом классе учащиеся разбирают «важность характеристик местоположения Турции», включая обсуждения карт, связанных с «Голубой Родиной». В программе также представлена «оправданная борьба» Турции против «требований, игнорирующих ее законные и географические права» в Эгейском море и Восточном Средиземноморье.
А в десятом классе ученикам объясняют «причины, по которым Турция не является стороной Конвенции ООН по морскому праву», и рассказывают, каковы «ее права в международных водах сегодня и в будущем». Это вызывает возмущение и обеспокоенность в Греции.
Повод для эскалации найдется
Принципиальное расхождение между Анкарой и Афинами заключается в толковании международного морского права. Греция настаивает на том, что острова имеют полное право на континентальный шельф и исключительную экономическую зону, как это предусмотрено Конвенцией ООН 1982 года. Турция, не подписавшая этот документ, утверждает обратное: архипелаги не обладают собственной морской юрисдикцией и «расположены» на турецком континентальном шельфе.
Напряжение между сторонами всё больше нарастает. На прошлой неделе турецкий ракетный катер приблизился к кабельному судну Ocean Link под панамским флагом, которое вело прокладку оптоволоконного кабеля между греческими островами Астипалея и Кос. Турецкая сторона заявила, что судно находится в зоне турецкой юрисдикции и должно получить разрешение на работу не от Афин, а от Анкары.
Инцидент был исчерпан после вмешательства греческого фрегата «Адриас», который по радио разъяснил, что Ocean Link действует вне пределов турецкой юрисдикции. Однако греческие официальные лица отмечают: это уже четвертый подобный эпизод с начала 2026 года. Власти Турецкой Республики активизировали кампанию «административного преследования», настаивая, что любая морская деятельность восточнее 25-го меридиана (который фактически делит Эгейское море пополам) должна санкционироваться Анкарой.
Старший советник президента Турции Чагры Эрхан настаивает, что новая концепция «не представляет собой шагов в сторону эскалации конфликта с Грецией и Кипром». Однако сам факт участия министерства национальной обороны в разработке документа — на военном, техническом, академическом и юридическом уровнях — придает законопроекту отчетливо милитаристское измерение.
Депутаты Европарламента от греческой партии ПАСОК уже потребовали от Еврокомиссии конкретных действий, чтобы предотвратить принятие законопроекта, «прямо затрагивающего суверенные права Греции и Кипра».
Одновременно с этим Греция наращивает военное сотрудничество с Израилем в рамках проекта «Эгейский щит». Сделка включает поставку многоуровневой системы ПВО «Щит Ахиллеса» стоимостью €2,8 млрд, закупку 36 реактивных артиллерийских систем PULS на сумму около $758 млн, а также интеграцию греческих систем ПВО с израильскими технологиями. Министр обороны Греции Никос Дендиас пообещал «перекрыть Эгейское море с земли». Если закон в Турции будет принят в нынешнем виде, между Анкарой и Афинами появится новая точка нестабильности.
Никому не выгодно
Турция действительно последовательно укрепляется в Средиземноморье и Эгейском море, подтвердила в беседе с «Известиями» научный сотрудник отдела Ближнего и Постсоветского Востока ИНИОН РАН, кандидат политических наук Алина Сбитнева.
— Сейчас поднялось много шума относительно этого проекта закона о морских юрисдикциях, в рамках которого Турция желает закрепить за собой морские территории, на которые, в общем-то, претендует не только Турция, — пояснила эксперт.
Она напомнила, что однажды Реджеп Тайип Эрдоган сказал, что «наши физические границы, имеется в виду границы Турции, отличаются от границ в нашем сердце». И по этому принципу, по мнению собеседницы редакции, турецкое руководство живет и выстраивает свою внешнеполитическую линию.
— Что касается самого проекта закона, то, во-первых, он находится в стадии подготовки и оригинального текста пока еще никто не видел. А во-вторых, даже без официального документа Турция бы считала все эти оговоренные спорные территории своими, — уверена политолог.
В этом плане Анкара скорее стремится хоть как-то обосновать на уровне национального законодательства свои амбиции и претензии, так как в рамках международного права она ничего не может изменить, пояснила специалист.
— Есть соответствующие конвенции и другие документы. Турция будет ссылаться на спроектированный ею документ, но и признаваться он тоже будет только ею, — добавила аналитик.
В качестве примера Сбитнева напомнила, как Турция оправдывает свои трансграничные военные кампании на севере страны. В этом вопросе Анкара до сих пор ориентируется на национальный обет — документ 1920 года, по которому существенные территории современной Сирии должны были отойти Турции.
Поэтому принятие закона Турцией не изменит реальную ситуацию, подчеркнула эксперт. Однако на грани столкновения окажутся два союзника по НАТО. Греция при этом является еще и членом Евросоюза, куда Турция безуспешно пытается вступить уже многие годы.
— Естественно, такого рода потенциальный конфликт не выгоден ни военно-политическому альянсу, ни его сторонам. Турция сейчас, предположу, в целом не очень комфортно себя чувствует, видя, что происходит в соседнем Иране. К тому же много ресурсов в последние годы было потрачено в Сирии, слышны угрозы из Израиля. И Турция, возможно, не против маленькой победоносной войны, но как будто бы это не тот случай, — подытожила аналитик.
