Не стыдно не знать: почему школьники предпочитают просить помощи у ИИ
Более 80% старшеклассников доверяют ИИ меньше, чем реальному учителю в части образования. Однако, когда речь заходит о том, чтобы задать реальный вопрос, подростки предпочитают обращаться именно к нейросетям, а не к педагогам. Исследователи давно обращают внимание на этот парадокс — учащиеся легче принимают обратную связь от ИИ, воспринимая общение с искусственным интеллектом как эмоционально безопасное, тогда как авторитет преподавателя может порождать страх оценки. Подробнее о том, почему подростки предпочитают пользоваться ИИ, даже если не доверяют ему, — в материале «Известий».
Что показали результаты исследования
Исследование, которое провели онлайн-школа «100балльный репетитор» и стратегическое агентство RLVNT (имеется в распоряжении «Известий»), показало, что 84% учащихся 9–11-х классов, вопреки стереотипам, доверяют в вопросах образования искусственному интеллекту меньше, чем реальному учителю, причем даже если активно используют ИИ в учебе. Аналогичная ситуация складывается, когда речь идет о личных и чувствительных темах, — 76% респондентов предпочитают полагаться на живое окружение, хотя и альтернативное мнение есть: например, один из участников исследования, девятиклассник из Кореновска, заметил, что «искусственному интеллекту легче довериться, потому что он не будет осуждать».
Однако когда речь заходит об источниках для учебы, в числе тех, к кому в первую очередь обратятся старшеклассники, они все-таки называют вовсе не учителей. На вопрос «Где и/или у кого ты обычно ищешь помощь во время учебы и подготовки к экзаменам?» с возможностью выбрать множество вариантов, 41,4% ответили, что пользуются чат-ботами на основе искусственного интеллекта и ИИ-ассистентами, а 38,8% обращаются к учителям. По популярности источников для обучения учителя и репетиторы занимают только четвертое и пятое места после онлайн-школ, нейросетей и поиска информации на видеохостингах.
Причем чем младше участник опроса, тем чаще он пользуется в учебе ИИ: среди 16-летних искусственный интеллект используют 49% (на 7,6% больше, чем в целом среди участников опроса).
72,8% опрошенных называют самым важным фактором доверия к источнику простоту объяснения. Именно этот аспект создатели ИИ-агентов часто называют конкурентным преимуществом своих продуктов и даже используют запрос «объясни простыми словами» в рекламе.
Отвечая на вопрос о критериях для доверия человеку, школьники чаще называли «общение на равных», «серьезное отношение к делу», «спокойную реакцию на высказывания», «чувство юмора» и «использование ресурсов, проверенных временем, — книг и печатных материалов». Только для 1,9% респондентов критерием доверия к человеку является использование им искусственного интеллекта.
При этом доверие и запрос на поддержку для современных старшеклассников далеко не всегда одно и то же.
В опросе, проведенном в апреле 2026 года, приняли участие 1760 учеников 8–11-х классов по всей России.
Как меняется отношение к ИИ и учителям
Преподаватель Института гуманитарных наук МГПУ Сергей Дружкин рассказал «Известиям» об эксперименте, который проводили в Московском городском педагогическом университете в апреле. 16 человек разделили на две группы: восемь писали эссе на одну тему без использования ИИ — в аудитории даже доступа в интернет не было; остальные восемь, наоборот, должны были пользоваться нейросетями. В итоге в группе, которая писала эссе с помощью ИИ, меньше половины испытуемых решили добавить свои мысли, корректировали и редактировали итоговый текст. Остальные полностью доверились нейросети.
— Я просил их рассказать о том, что они написали в эссе, в том числе назвать приведенные в тексте аргументы. И, например, один из студентов не смог ответить на вопрос, кто такой Вернадский, на чье мнение он сослался в своем эссе, то есть нейросети часто доверялись без какой-либо верификации, — сообщил эксперт.
Тенденция, по его словам, такова, что учащиеся начинают доверять нейросетям всё больше и больше, предпочитая их ответы, а не знания преподавателя.
Однако научный сотрудник Центра междисциплинарных исследований современного детства Московского государственного психолого-педагогического университета Татьяна Поскакалова заметила, что общение с живым педагогом и общение с ИИ все-таки нацелено на решение разных задач: при правильном целеполагании они не конкурируют, а дополняют друг друга.
— Учитель является носителем не только информации, но и жизненного опыта. Он наставник. Общение с учителем выходит далеко за рамки простого ответа, оно содержит эмоциональный компонент, рефлексию, творчество, знание способностей обучающегося и т.д., — пояснила она.
Об этом говорит и председатель профсоюза «Учитель», преподаватель истории и обществознания Дмитрий Казаков: школьники с каждым годом всё активнее используют ИИ, но и учитель уже давным-давно перестал быть субъектом познания.
— Эпоха интернета в России идет уже практически 20 лет, и до этого уже были источники, к которым обращались помимо учителя. Учитель — это еще и про воспитание, про подходы к образованию. Это личность, которая влияет на ученика не только через знания, — заметил собеседник редакции.
Происходящее стоит рассматривать не в контексте противопоставления ИИ и преподавателя, а в исторической перспективе накопления инструментов работы с информацией, подчеркнул доктор наук об образовании, академический директор в онлайн-школе «Фоксфорд» Дмитрий Аббакумов.
— Каждый новый инструмент не отменял предыдущий, но менял модель взаимодействия со знанием. ИИ делает принципиально новое: впервые инструмент позволяет задать тонкий, индивидуализированный вопрос и получить ситуативно точный ответ, а не список источников. И в том, что при доверии к учителю подростки стараются обращаться за помощью к ИИ, нет противоречия, скорее интересная психологическая динамика, — отметил собеседник «Известий».
Учитель, по его словам, воспринимается как авторитет, но именно эта авторитетность и может порождать страх оценивания — явного или скрытого. ИИ можно спросить о чем угодно, переформулировать запрос, зайти с другой стороны. Это возможность проверить свое понимание без риска ошибиться публично. Аббакумов ссылается на исследование Института образования Цюрихского университета, в котором похожие тенденции отметили в университетской среде: студенты легче принимают обратную связь от ИИ, во многом потому что она не ощущается как оценка.
В том же исследовании говорится, что студентам ответы большой языковой модели нравились больше как «более справедливые и приятные», но при этом прогресс в обучении после сообщений ИИ был меньше, чем после рассказов учителей. В педагогических нюансах, глубокой логике и дисциплинарной специфике искусственный интеллект уступает.
Сергей Дружкин также указал, что ИИ многими воспринимается как эмоционально безопасный способ получить знания, и иронично отметил, что не к любому преподавателю можно подойти с вопросом «что такое философия?» под конец курса.
А желание переспросить учителя может восприниматься ребенком как риск показаться глупым перед значимым взрослым или своими сверстниками, дополнила психолог Яна Власова.
— При этом ребенок не осознает, что живое взаимодействие с людьми и навык этого взаимодействия очень важен и его нужно развивать, — подчеркнула собеседница «Известий». — Реальное обучение, реальные близкие отношения не могут существовать без трения, чувства стыда, уязвимости, преодоления какой-то неловкости. Если подросток привыкает получать поддержку только в стерильной среде, то он рискует не нарастить «эмоциональную мышцу», которая будет позволять выдерживать сложные, несовершенные человеческие контакты.
Постоянное обращение к ИИ формирует у детей и у взрослых привычку получать быстрый ответ здесь и сейчас, развивает «дефицит терпения к процессу», предупредила эксперт. Это влияет и на остальные сферы в жизни: например, детям сложнее взаимодействовать с родителями, потому что от них тоже хочется получать быстрые и точные ответы, а не разговоры по душам.
Как ИИ уже меняет образование
Татьяна Поскакалова отметила, что применение ИИ в обучении меняет образовательный ландшафт, то есть инфраструктуру, методы преподавания, инструменты оценивания образовательных результатов. Смещаются акценты, перераспределяются функции и роли среди всех участников образовательного процесса, обновляются требования к компетенциям обучающегося: современному школьнику важно уметь правильно формулировать задания ИИ и проверять полученную информацию.
— Но как быть с развитием так называемых мягких навыков — социальных и коммуникативных умений, креативности, умения работать в команде и т.д.? Использование ИИ в школе заставляет не только пересмотреть необходимые навыки и принципы работы с информацией, но и вынуждает задуматься о постановке новых педагогических задач и методов воспитания, — заметила собеседница «Известий».
В системе «учитель – ученик» появился третий участник — непосредственно искусственный интеллект. И он уже влияет на отношения первых двоих, заявил Сергей Дружкин.
— Влияние может быть негативным: «А вот нейросеть мне говорит вот так, а вы мне говорите иначе, вы для меня не авторитет»; а может быть позитивным, когда ИИ предлагает идеи, структуру для эссе и домашней работы, улучшая работу человека. На самом деле всё упирается в критическое мышление — насколько человек может самостоятельно делать выводы, — пояснил он.
Без понимания истинных образовательных возможностей ИИ, должного уровня цифровых компетенций и оценки рисков использование нейросети учениками может свестись только к академическому обману — списыванию, поиску готовых ответов, предупредила Татьяна Поскакалова. Это повлияет и на снижение когнитивных способностей, навыков критического и креативного мышления, уровня грамотности и т.д. Поэтому нужны четкие правила пользования ИИ, повышение осведомленности, разработка новых педагогических методов, считает эксперт.
В свою очередь, Дмитрий Аббакумов указал на изменение «паттерна поисковой активности», того, как подросток удовлетворяет любопытство.
— Если ИИ помогает думать — это ресурс, если начинает думать вместо человека — это риск. Здесь возникает то, что исследователи называют иллюзией понимания: когда ИИ структурирует мысль за тебя, легко принять готовую структуру за собственное понимание. Именно поэтому параллельно с освоением инструмента важна педагогическая работа с метакогнитивными навыками — умением отслеживать, понял ли ты что-то сам или просто принял готовый ответ, — подчеркнул он.
«Известия» направили запрос в Минпросвещения, чтобы узнать позицию ведомства по вопросу регулирования работы ИИ в школьном образовании. В ведомстве пока не высказались на этот счет.
