Особый уход: как США могут выйти из конфликта с Ираном
Даже если Ормузский пролив останется частично перекрытым, США смогут прекратить операцию против Ирана и объявить о своей победе, рассказали «Известиям» опрошенные эксперты. Для этого у Вашингтона есть целый ряд аргументов. При этом темпы наращивания американских сил в регионе могут говорить о том, что наземная операция всё же возможна. И это несет для США определенные риски.
Как президент США может объявить о своей победе
Если США прекратят военную операцию против Ирана, притом что Ормузский пролив останется частично перекрытым, президент Дональд Трамп всё равно объявит о своей победе, рассказал «Известиям» руководитель секции Ближнего Востока и Северной Африки Школы востоковедения ВШЭ Андрей Чупрыгин.
— Трамп не был бы Трампом, если бы он не смог заявить о своей победе, даже если ее не было, — отметил эксперт. — Он уже сказал, что США уничтожили баллистическую и ядерную программу, ликвидировали военное и политическое руководство, флот потопили. Именно это он предъявит в качестве доказательства своей победы.
Ранее газета The Wall Street Journal сообщила со ссылкой на источники в администрации, что Дональд Трамп готов завершить операцию против Ирана, даже если Ормузский пролив останется преимущественно закрытым.
Политолог, эксперт Российского совета по международным делам Кирилл Семенов, также полагает, что, вероятнее всего, Трамп намерен заявить о победе США в конфликте.
— Скорее всего, речь будет идти о том, что оборонному потенциалу Ирана был нанесен максимальный ущерб, а его ядерная программа уничтожена. И что из-за этого страна ослаблена и больше не представляет военной угрозы, — уточнил эксперт. — Но в то же время ему нужно провести показательную акцию в деталях. На примере с той же ядерной программой продемонстрировать, что США удалось оттуда что-то вывезти. В любом случае Трампу будет необходимо сделать какие-то шаги для объявления об окончании войны.
При этом в тяжелую ситуацию попали монархии Персидского залива, которые оказались на острие иранского удара, указал Андрей Чупрыгин. И если Трамп потеряет интерес к региону и переключится на другой, они рискуют оказаться один на один с серьезным противником.
Вероятность, что Трамп выйдет из конфликта, не дожидаясь открытия пролива, эксперт оценил как высокую: президент США не увидел моментальной победы и хочет от этого отойти, в то время как внутри страны растет недовольство этой кампанией.
Впрочем, не исключена и обратная ситуация: Соединенные Штаты, несмотря ни на что, последовательно готовят наземную операцию, рассказал «Известиям» военный эксперт Юрий Лямин.
— Сейчас следует смотреть в первую очередь на действия: продолжается переброска войск в регион — десантников, морских пехотинцев, то есть сил быстрого реагирования. Для чего их перебрасывать, если ничего не планируется? — отметил он.
По мнению эксперта, для крупных сухопутных операций стянутых сил не хватит, но они вполне могут действовать локально. Правда, в этом случае Соединенные Штаты пойдут на серьезные риски.
— Есть вероятность больших потерь. Это зависит от того, где они могут проводить операции. Другая опасность заключается в том, что поначалу ограниченная операция будет иметь тенденцию к дальнейшему расширению. Помимо первичного риска потерь всегда есть риск ползучей эскалации, — заключил Юрий Лямин.
Соединенные Штаты хотят выйти из конфликта с минимальными потерями и с максимальными результатами, и они могут это сделать, переложив ответственность за открытие Ормузского пролива на другие страны, рассказал «Известиям» военный эксперт Дмитрий Корнев.
— И если США удастся привлечь другие страны в организацию судоходства в Ормузском проливе, то они тогда сами могут выйти из конфликта и сделать это максимально красиво, — полагает он. — Но при этом стягиваемые в регион десантные силы, вполне вероятно, все-таки будут использованы для каких-то, видимо, локальных акций.
Ранее агентство Bloomberg сообщило, что монархии залива уже использовали 2,4 тыс. ракет для комплексов Patriot из запасенных 2,8 тыс. Они были израсходованы на поражение примерно 1,3 тыс. баллистических ракет Ирана и порядка 4 тыс. дронов типа «Шахед».
— Это говорит о том, что в распоряжении стран Персидского залива и Соединенных Штатов на Ближнем Востоке остается порядка 400 ракет. И этого может быть недостаточно даже на неделю интенсивных боевых действий, — пояснил Дмитрий Корнев, добавив, что сейчас интенсивность ударов Ирана снизилась.
Несмотря на предпринимаемые усилия, производство ракет Patriot пока остается относительно низким и в этом году может составить более 600 единиц, но при активных боевых действиях этого хватит примерно на неделю противостояния иранским ударам. При этом, отметил эксперт, остается вопрос, у кого ракеты закончатся раньше — у Ирана или коалиции.
По словам Кирилла Семенова, то, что у коалиции заканчиваются боеприпасы для средств ПВО, напрямую затрагивает интересы режима Владимира Зеленского. В таких условиях военная поддержка Украины находится под большим вопросом.
— Конечно, на Украину сейчас ничего не попадет, — отметил он. — И американцы открыто им об этом говорят. Поэтому, если война с Ираном будет продолжаться, США будут вынуждены пересмотреть возможности продолжения военной помощи Киеву, — добавил он.
Трамп заявил о «третьем» режиме в Иране
В условиях продолжающихся непрямых контактов между США и Ираном Дональд Трамп заявил о «значительном прогрессе» в переговорах, однако одновременно усилил давление на Тегеран, вновь пригрозив ударами по его энергетической инфраструктуре в случае отсутствия соглашения.
Исламская Республика при этом опровергает факт переговоров с Вашингтоном. В Иране утверждают, что республика лишь получила просьбу об их проведении через посредников, в том числе через Пакистан.
В публикации в соцсети Трамп допустил возможность уничтожения электростанций, нефтяных объектов, острова Харк и даже объектов опреснения воды, увязав это с перспективой разблокировки Ормузского пролива. Впрочем, по данным американских СМИ, Трамп также заявлял о готовности завершить операцию даже при сохранении частичных ограничений на судоходство в стратегическом проливе.
Белый дом подтвердил, что установлен крайний срок для достижения договоренностей — 6 апреля. 26 марта Трамп объявил о десятидневной приостановке ударов по энергетической инфраструктуре Ирана якобы по просьбе Тегерана, заявив, что переговоры идут «очень хорошо». При этом ранее уже действовало пятидневное «энергетическое перемирие» до 27 марта.
Сам Трамп в последние дни неоднократно менял тональность заявлений — от оптимистичных оценок переговоров до угроз военного характера, включая обсуждение возможного захвата острова Харк.
Отдельное внимание привлекли заявления президента США о контактах с так называемым третьим уровнем иранской политической элиты.
«Первый режим был уничтожен, следующий режим преимущественно мертв, а с третьим режимом мы имеем дело», — отметил Трамп.
Эта риторика, по сути, используется для демонстрации того, что в Иране якобы произошла или происходит смена политического режима, которую он может представить как внешнеполитический результат и собственную победу в кампании давления на Тегеран.
Трамп заявил в интервью New York Post, что новый верховный лидер Ирана Моджтаба Хаменеи, вероятно, жив, но находится в крайне тяжелом состоянии и, по его словам, серьезно ранен. При этом никаких доказательств своим утверждениям он не привел. Ранее президент Штатов заявлял о наличии канала связи с «наиболее уважаемым человеком» в Исламской Республике без прямого контакта с верховным руководством. СМИ предполагают, что речь идет о спикере парламента Мохаммаде Багере Галибафе, а также сообщают, что он и глава МИДа Аббас Аракчи временно исключены из целей ударов, что может указывать на попытку сохранить пространство для диалога.
Переговорный процесс между США и Ираном остается непрямым и осуществляется через посредников, среди которых называются Пакистан, Турция и Египет. Несмотря на продолжающиеся контакты, расхождения сторон по ключевым вопросам сохраняются. Отдельным фактором напряженности остается ситуация вокруг Ормузского пролива, где обсуждаются новые ограничения и возможное введение платы за проход судов. Ранее иранские представители сообщали о намерении распространить такой механизм на иностранные суда по аналогии с Египтом и Суэцким каналом.
Главный редактор сайта 9-го израильского телеканала Роман Янушевский рассказал «Известиям», что Иран вряд ли пойдет на самостоятельное разблокирование Ормузского пролива, при этом его частичная или полная блокировка ежедневно несет существенные издержки для мировой экономики. По его оценке, выдвигаемые Тегераном условия носят заведомо завышенный характер и в нынешнем виде не могут быть приняты Соединенными Штатами по политическим и стратегическим причинам. Эксперт также полагает, что возможный сценарий силового развития событий не обязательно начнется с ударов по острову Харк, о котором чаще всего идет речь в публичных заявлениях, а скорее с десантной операции в районе Ормузского пролива для создания плацдарма.
Корпус стражей исламской революции (КСИР) Ирана выступил с официальным заявлением о намерении атаковать объекты 18 крупнейших американских компаний, расположенных в ближневосточном регионе. Согласно данным агентства Fars, в перечень потенциальных целей включены такие технологические и промышленные гиганты, как Apple, Google, Microsoft, Nvidia, HP и Boeing.
Позиция иранского военного командования обусловлена убежденностью в том, что американские корпорации в сфере информационных технологий и искусственного интеллекта играют ключевую роль в разработке и отслеживании целей для нанесения ударов по республике. В Тегеране подчеркнули, что атаки станут ответом на каждое убийство официальных лиц иранской стороны.
Начало ответных действий намечено на 20:30 по московскому времени 1 апреля. В связи с этим представители КСИР через агентство Tasnim обратились к персоналу указанных организаций с призывом немедленно покинуть рабочие места. Предупреждение также касается мирных жителей: иранские военные настоятельно рекомендуют населению стран региона эвакуироваться из районов, находящихся в радиусе одного километра от офисов и производственных площадок данных компаний, которые в заявлении характеризуются как содействующие террористической деятельности.
Москва, со своей стороны, заявляет о готовности содействовать деэскалации. Президент России Владимир Путин с начала конфликта поддерживает активный диалог с лидерами региона: 31 марта он провел телефонный разговор с президентом Египта Абдель Фаттахом ас-Сиси, во время которого стороны подробно обсудили ситуацию на Ближнем Востоке, подчеркнули необходимость немедленного прекращения боевых действий и перехода к политико-дипломатическим решениям с учетом интересов всех стран региона. При этом ас-Сиси заявил, что Россия способна внести свой вклад в завершение военных действий на Ближнем Востоке, а также рассказал об инициативах Каира по снижению напряженности.
Также Путин провел телефонный разговор с президентом ОАЭ Мухаммедом Бен Заидом Аль Нахайяном. В центре внимания лидеров двух стран оказалась резко обострившаяся ситуация на Ближнем Востоке. Стороны выразили глубокую озабоченность продолжающейся деградацией военно-политической обстановки, указав на рост числа жертв среди мирного населения и разрушение критически важной энергетической, промышленной и гражданской инфраструктуры.
В ходе беседы была подчеркнута необходимость скорейшего прекращения боевых действий и активизации политико-дипломатических усилий для мирного урегулирования конфликта. Лидеры акцентировали внимание на том, что долгосрочное решение должно учитывать законные интересы всех государств региона, с которыми Россия традиционно поддерживает дружественные и взаимовыгодные отношения.
Как ранее отмечал глава МИД России Сергей Лавров, внешние игроки пытаются помешать нормализации отношений Ирана со странами Персидского залива.
