Как ситуация на Ближнем Востоке влияет на обстановку в АТР. Разбор
Конфликт между США, Израилем и Ираном будет иметь последствия не только для Ближнего Востока, но и для Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР). Пока американские военные заняты текущей военной кампанией, растет напряженность между Китаем и Тайванем, которая может вылиться в полноценное противостояние с вовлечением соседних стран. Как удары по Ирану провоцируют эскалацию на востоке Азии — в материале «Известий».
Обострение вокруг Тайваня
• Конфликт на Ближнем Востоке перетянул на себя внимание со стороны других потенциально напряженных регионов, которые обычно находятся в фокусе международной политики. При этом в них не только не стало спокойнее, но и появились тенденции к ухудшению ситуации. В первую очередь речь идет об АТР, где продолжается противостояние США и Китая вокруг Тайваня и Корейского полуострова. Продолжающиеся удары по Ирану не только нанесли экономический удар по странам Восточной Азии, оказавшимся отрезанными от поставок нефти из Персидского залива, но и повлияли на расклад сил в регионе.
• Одним из аргументов в пользу того, что США не станут наносить удары по Ирану, было то, что таким образом они опустошат свои арсеналы и не смогут обеспечить должны уровень защиты в случае потенциального конфликта из-за Тайваня. Однако в итоге решение о бомбардировках было принято, и теперь вновь встает вопрос, сможет ли Вашингтон так же надежно обеспечить оборону острова, как декларировал ранее.
• Тайвань имеет огромное значение для США. Он производит около 90% передовых компьютерных чипов и таким образом закладывает основу под экономическую безопасность Запада. Ради сохранения текущего положения США объявили о продаже острову оружия на сумму порядка $11 млрд, что вызвало протест со стороны Китая, пригрозившего отменить визит президента США Дональда Трампа в Пекин. Хотя СМИ сообщали, что решение о продаже было отложено, министерство обороны Тайваня все-таки подтвердило, что договоренность остается в силе. Однако в текущих условиях, когда конфликт вокруг Ирана затягивается, а перспективы его окончания туманны, США будет всё сложнее обеспечить необходимые поставки, так как им требуется в первую очередь удовлетворить свои потребности.
Возможный ответ Китая
• Китай уже вправе считать себя пострадавшей стороной из-за конфликта США с Ираном. Будучи крупнейшим потребителем сырой нефти в мире, он оказался отрезан от поставок из Персидского залива. Пекин перестал получать не только дешевую иранскую нефть, находящуюся под санкциями США, но и углеводороды от других стран, которым Иран заблокировал проход по Ормузскому проливу.
• Произошедшее нельзя назвать случайностью. Это является частью стратегического плана США по отрезанию Китая от поставок нефти и подрыванию его экономического потенциала. Ранее по этим же причинам Белый дом провел операцию по захвату президента Венесуэлы Николаса Мадуро. Ее главным результатом стала не смена правящего режима в стране, а усиление давления с целью недопущения поставок нефти в Китай.
• Потеря еще одного поставщика нефти, причем гораздо более легкой и качественной, чем венесуэльская, может подтолкнуть к Китай к более решительным действиям в отношении США. Обычно Пекин придерживается осторожной стратегии и «играет по правилам», стараясь избежать образа агрессора в глазах международного сообщества. Однако то, что Вашингтон одновременно реализует план по нефтяной блокаде и подрывает оборонный потенциал Тайваня, становится поводом для Китая дать свой ответ.
• Пекин не отрицает свою готовность добиться контроля над Тайванем военным путем и всячески демонстрирует свой потенциал, проводя военные учения рядом с островом. С недавних пор пресечь военный сценарий стала пытаться Япония в лице нового премьер-министра Санаэ Такаити, которая объявила о готовности защищать Тайвань. Последующее экономическое давление со стороны Китая оказало воздействие на Токио, так что Такаити отошла от прямой конфронтации с Китаем. При этом ни она, ни другие высокопоставленные чиновники не выразили поддержку США в конфликте с Ираном, и в Пекине это будут трактовать как отступление Токио от прежних ястребиных позиций.
• Помимо военных вариантов у Китая остаются другие возможности противостоять США. Сейчас перед ним открыты двери по усилению своего влияния на Ближнем Востоке, пострадавшем от внезапно обострившегося кризиса. Пекин вправе позиционировать себя как более спокойного и уверенного союзника, договоренности с которым будут длиться дольше, чем останется у власти действующая администрация. В 2023 году Китай уже сыграл огромную роль в восстановлении дипломатических отношений между Ираном и Саудовской Аравией, и это может стать фундаментом для нового примирения сторон, которое будет вознаграждено посреднику.
Дополнительные риски для АТР
• Операция в Иране также подсветила пренебрежительное отношение США к интересам союзников. Они были поставлены перед фактом, что в ближайшее время им придется столкнуться с целым рядом негативных для себя последствий, которых они бы хотели избежать, если бы их мнение при планировании ударов учитывалось. Союзники, которые выступают за более мягкие формы взаимодействия, могут в любой момент оказаться заложниками односторонних действий США и даже подвергнуться санкциям за отказ присоединиться, как это было в случае с Испанией, которой Трамп пригрозил торговым эмбарго. Таким странам, как Южная Корея, Япония и Филиппины, придется учитывать, что их усилия по взаимодействию с Китаем и КНДР в любой момент могут быть перечеркнуты, если в Вашингтоне сделают ставку на военные решения.
• Конфликт с Ираном наглядно показал, как союзники США, не желающие вовлекаться в боевые действия, всё равно становятся жертвой ответных ударов. И эта перспектива теперь будет пугать страны, в которых расположены американские военные базы. Если Южная Корея и Япония пожелают занять нейтральную позицию в гипотетическом конфликте Китая и США из-за Тайваня, это не обезопасит их от ударов по военным объектам. Судьба ближневосточных стран, которые пострадали от Ирана гораздо больше, чем США, теперь волнует всех, кто так или иначе взаимодействует с Вашингтоном по военной линии.
• Тот факт, что вторжению в Венесуэлу и ударам по Ирану предшествовала активная дипломатия с участием США, еще сильнее осложняет возможное урегулирование каких-либо процессов в АТР. Страны, к которым у Вашингтона имеются претензии, теряют последнюю надежду на то, что споры с текущей администрацией можно решить мирным путем. Переговорный процесс со стороны США перестал быть надежным инструментом налаживания отношений, который вызывает доверие. Любому государству, к которому Белый дом обратится с предложением обсудить накопившиеся проблемы, теперь придется относиться к нему с опаской и параллельно готовиться к силовому варианту развития событий.
• Конфликт на Ближнем Востоке имеет отдельное значение для КНДР. В отличие от Тегерана Пхеньян сумел реализовать свою ядерную программу и создать ядерные силы сдерживания. Американские и израильские удары стали наглядным подтверждением руководству КНДР, что оно не зря выбрало курс по обеспечению собственной безопасности. Безнаказанность, с которой США осуществили операции по устранению лидеров Венесуэлы и Ирана, в отношении КНДР становится недостижимой, пока она сохраняет статус ядерной державы. Неслучайно, что первым публичным появлением лидера КНДР Ким Чен Ына с начала иранских бомбардировок стала инспекция нового военного корабля и крылатых ракет. Это был явный сигнал о том, что вторжение в КНДР будет иметь тяжелые последствия для США.
