- Статьи
- Экономика
- Аппетит к риску: как конфликт на Ближнем Востоке влияет на сырьевой и фондовый рынки
Аппетит к риску: как конфликт на Ближнем Востоке влияет на сырьевой и фондовый рынки
Вооруженный конфликт на Ближнем Востоке спровоцировал рост цен на топливном рынке. Стоимость нефти марки Brent увеличилась на 13%. На ценовые колебания отреагировал российский рынок акций, открыв новый месяц ростом на 1,1%. Как новый виток подорожания энергоносителей повлияет на мировую экономику — в материале «Известий».
Причина и следствие
В субботу, 28 февраля, США и Израиль начали масштабную военную операцию против Ирана. Утверждается, что ее цель — не допустить получения Тегераном ядерного оружия. Президент США Дональд Трамп при этом заявил о намерении уничтожить иранский флот и оборонную промышленность, призвав граждан страны свергнуть действующий режим.
Сложившаяся ситуация спровоцировала проблемы с перевозкой нефти через Ормузский пролив, считающийся важнейшей энергетической артерией в мире. Через него проходит около 20% мировой нефти.
Глава МИД Ирана Аббас Аракчи, комментируя ситуацию, утверждал, что планов по перекрытию пролива нет, однако суда начали получать предупреждения о небезопасности данного маршрута. Позже, 1 марта, Иран всё же объявил о прекращении торговли через водную артерию, что привело к скоплению судов. По данным Reuters, в открытых водах, не дойдя до пролива, были вынуждены бросить якорь не менее 150 нефтяных танкеров.
Министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи
Всё это закономерно привело к росту цен на нефть. В выходные торги на бирже ICE Futures не проводятся, поэтому рынок отреагировал на события лишь в понедельник, 2 марта. Стоимость майских фьючерсов на нефть эталонной марки Brent выросла более чем на 13%. На пике она достигла $82,37 за баррель. Позже цена на энергоноситель скорректировалась до $79.
В свою очередь, подорожание нефти привело к изменениям на российском рынке акций. Он открыл месяц ростом на 1,1%, свидетельствуют данные Московской биржи. В частности, индекс Мосбиржи с дополнительным кодом (iMOEX2) по состоянию на 07:01 мск рос на 1,14%, до 2831,06 пункта.
К 10:01 индекс торговой площадки составил 2822,53 пункта (+0,8%), индекс РТС — 1150,66 пункта (+0,8%). Также в рост пошли акции нефтяных, газовых и золотодобывающих компаний.
Опасная ситуация
Перекрытие Ормузского пролива стало ответом Ирана на агрессивные действия США и Израиля, подтверждает заведующий кафедрой государственного и муниципального управления Государственного университета управления Сергей Чуев. И фактическая остановка движения танкеров через пролив — это гораздо более серьезный фактор, чем военные действия в Ближневосточном регионе, подчеркивает руководитель лаборатории «Энергия будущего» московской школы управления «Сколково» Владимир Демидов. Через эту артерию проходят десятки миллионов баррелей нефти и нефтепродуктов ежедневно.
— Блокировка создает физический дефицит предложения, несмотря на наличие запасов у стран-импортеров. Это добавляет рекордную премию в цену каждого барреля, и пока пролив не будет разблокирован, цены будут колебаться в высоком диапазоне, — утверждает эксперт.
На перекрытие Ормузского пролива уже отреагировал ОПЕК. Организация повысила квоты на добычу нефти, обращает внимание Чуев. ОПЕК+ решил увеличить с апреля добычу на 206 тыс. б/с, уточняет Демидов. Это сигнализирует рынку о том, что производители намерены охладить ажиотаж и компенсировать возможные перебои поставок из Персидского залива. И теоретически картель, благодаря своей политике сдерживания добычи, может удержать волатильность цен на нефть.
— Но это не поможет, если конфликт будет продолжаться длительный период. В этом случае цена на нефть может достигнуть и $100, и $150 за баррель, — допускает Чуев.
Не исключает скачка до $100 и выше и Демидов. Однако для устойчивого удержания этой отметки, по его словам, нужны не только военные действия, но и реальное уничтожение инфраструктуры или длительная остановка экспорта.
— Пока рынок отыграл новости, вернувшись к цене в $79, но риск новой волны роста сохраняется, — отмечает собеседник «Известий».
Победители и проигравшие
Повышение цен на энергоносители отразится благоприятным образом на российской экономике, утверждает Сергей Чуев. РФ в последнее время диверсифицирует свои источники доходов, но поступления от нефти по-прежнему составляют немалую часть в бюджете.
Однако стоит учитывать, что удорожание топлива может привести к усилению инфляционного давления внутри России, предостерегает Владимир Демидов. Если инфляционные ожидания вновь начнут расти, Центробанку будет сложнее продолжить цикл снижения ключевой ставки.
При этом длительное удержание цен на нефть выше $90–100 за баррель способно спровоцировать спад мировой экономики, допускает эксперт.
— Дорогая нефть бьет по покупательскому спросу и увеличивает издержки бизнеса, что уже привело к падению фондовых индексов в Азии, Европе и США. Если кризис затянется, высокая стоимость энергии замедлит восстановление экономики, что может привести к полномасштабной рецессии, — предупреждает он.
В первую очередь столкнуться с рецессией могут европейские страны, потому что у них нет собственных нефтяных источников, уточняет Чуев.
— Экономика США получит бонусы, поскольку они имеют доступ к венесуэльской нефти. И импульс к развитию получит Россия. В проигрыше окажется Китай, поскольку он завязан на поставке нефти из Персидского залива. Но этот недостаток с лихвой ему может компенсировать Россия, так же как и Индия, — ожидает собеседник «Известий».
Премия за риск
Логика движения на рынке акций в России на фоне происходящих событий является вполне понятной, считает инвестиционный советник реестра ЦБ, основатель онлайн-университета инвестиций «Финансология» Юлия Кузнецова. Для отечественной экономики нефть остается одним из ключевых факторов, в связи с чем резкий рост ее стоимости автоматически улучшает ожидания по выручке компаний и бюджетным доходам.
Сам по себе рост фондового рынка на 1–1,5% не является сигналом о начале долгосрочного ралли, предупреждает собеседница «Известий». Это скорее быстрая реакция на внешний шок и закрытие коротких позиций.
— Чтобы говорить о развороте тренда, рынку нужно закрепление выше сильных технических уровней, устойчивость нефти в зоне более $80 и подтверждение объемами. Пока мы видим импульс, но не смену структуры. Геополитика создает волатильность, а не фундамент, — разъясняет эксперт.
И этот импульс больше похож на реакционный отскок, чем на сигнал к долгосрочному ралли, подтверждает директор по стратегии ИК «Финам», преподаватель Высшей школы бизнеса НИУ ВШЭ Ярослав Кабаков.
— Российские акции традиционно чувствительны к нефти, но устойчивый восходящий тренд формируется не на геополитическом шоке, а на фундаментальных факторах — динамике прибыли компаний, состоянии бюджета, денежно-кредитной политике и стабильности внешнего фона, — перечисляет он.
Нынешний рост стоимости нефти вызван прежде всего премией за риск, а не структурным дефицитом предложения, поэтому говорить о начале нового цикла преждевременно, подчеркивает эксперт.
Однако глобальная нестабильность вряд ли перевесит локальный позитив от дорогой нефти, ожидает Кузнецова.
— Исторически в моменты военной эскалации включается режим «бегства от риска»: растут доллар и защитные активы, а развивающиеся рынки становятся более волатильными. Уже сейчас видно, что рубль не укрепляется пропорционально росту нефти, а значит, участники рынка закладывают повышенную премию за риск, — уточняет инвестиционный советник.
В периоды резкой эскалации инвесторы уходят в защитные активы, согласен Кабаков. Рынки развивающихся стран при этом остаются под давлением даже при высоких ценах на сырье.
Текущую картину Кузнецова видит балансом двух сил. На ситуацию влияют поддержка от сырья и давление глобального risk-off. Если конфликт останется локальным, российский фондовый рынок может продолжить движение вверх вслед за нефтью. Но если эскалация расширится, возрастет волатильность, и текущий краткосрочный позитив быстро сменится осторожностью.
— Кроме того, резкие скачки Brent часто сопровождаются столь же быстрыми коррекциями, как только страхи частично закладываются в цену. В результате текущая динамика iMOEX2 выглядит скорее краткосрочной реакцией на шок, чем началом устойчивого многомесячного ралли: дорогая нефть поддерживает рынок, но в условиях глобальной нестабильности она не гарантирует смены тренда, — резюмирует Кабаков.
