Смертельная красота Востока: политика США окажется под угрозой из-за атаки на Иран
В последнее время США увеличили количество военной техники на своих базах в Ближневосточном регионе. Эксперты считают, что это может стать сигналом к началу боевых действий в Иране, но американский президент Дональд Трамп не предпринимает никаких силовых шагов. Республиканцы разделились на два лагеря: одни поддерживают лидера США в решении иранского вопроса с помощью военного вторжения, а другие призывают к дипломатическому урегулированию. Почему некогда верные сторонники американского лидера отговаривают его от опрометчивых шагов и как внутриполитическая ситуация может повлиять на эскалацию конфликта на Ближнем Востоке — в материале «Известий».
Точка отсчета
США значительно увеличили количество военных самолетов, расположенных на базах в Иордании и Саудовской Аравии. Об этом написала британская газета Financial Times (FT) со ссылкой на спутниковые снимки и экспертные оценки. Утверждается, что Вашингтон «собирает огромную воздушную мощь на Ближнем Востоке для возможной военной кампании против Ирана, которая может продлиться несколько недель».
Издание сообщает, что исследователи Тель-Авивского университета увидели на спутниковых фотографиях базы в Иордании как минимум 66 боевых машин: 18 истребителей F-35 и 17 многоцелевых F-15, восемь штурмовиков A-10, а также самолеты радиоэлектронной борьбы EA-18 и другие летательные аппараты. В Саудовской Аравии количество военной техники тоже выросло: эксперты заметили авиацию радиолокационного обнаружения E-3 AWACS и транспортные самолеты.
WSJ подсчитал, что США перебрасывают на Ближний Восток крупнейшую со времен вторжения в Ирак в 2003 году авиационную группировку. По некоторым данным, от 40 до 50% всей военно-воздушной мощи страны нацелены на Тегеран и ждут отмашки американского президента Дональда Трампа.
В случае, если США всё же примут решение о нанесении крупного удара по Ирану, одной из их главных целей станет руководство Корпуса стражей исламской революции (КСИР) — элитной части вооруженных сил республики. Телеканал CNN уточнил, что этот сценарий рассматривается администрацией Трампа на случай, если дипломатия или точечные атаки не вынудят Тегеран пойти на сделку с Вашингтоном.
Еще в январе Белый дом заявил о серьезном изучении возможности применения силы против Ирана. Тогда Вашингтон выразил надежду на то, что Тегеран согласится на предложенные условия и подпишет «справедливое и равноправное» соглашение, которое подразумевает полный отказ от ядерного оружия. При этом власти Исламской Республики неоднократно подчеркивали отсутствие намерения создать атомную бомбу.
17 февраля в Женеве при содействии Омана прошел второй раунд переговоров между США и Ираном по вопросам ядерной программы. МИД республики сообщил о достижении взаимопонимания по нескольким направлениям, которые могут включить в проект будущего соглашения. Вашингтон же отметил, что диалог прошел успешно, но Тегеран пока не готов принять некоторые позиции, озвученные американской стороной.
Быть или не быть
Председатель Объединенного комитета начальников штабов ВС США (JCS), генерал Дэн Кейн считает, что вооруженные действия против Тегерана могут привести к негативным последствиям для Вашингтона, сообщил портал Axios со ссылкой на источники.
По некоторым данным, Кейн предупредил Трампа, что «кампания против Ирана несет существенные риски и может обернуться затяжным конфликтом». Аналитики издания полагают, что позиция генерала может быть особенно влиятельной: он главный военный советник американского президента и пользуется у него большим уважением. Источники портала утверждают, что Кейн поддержал проведение военной операции США в Венесуэле, но «в обсуждении Ирана проявляет большую осторожность». Он предполагает, что в случае нападения на Тегеран потерь со стороны американских вооруженных сил будет больше, чем среди иранских военных.
Дональд Трамп уже опроверг информацию о том, что председатель JCS пытался отговорить его от ударов по Тегерану. «Кейн, как и все мы, хотел бы избежать войны, но, если будет принято решение выступить против Ирана на военном уровне, он считает, что это будет легко выиграть», — написал 47-й президент США в Truth Social.
При этом американский лидер до сих пор не предпринял попытку вооруженного нападения на Исламскую Республику, хотя некоторые аналитики прогнозировали удары еще в конце января.
Обеспокоенность из-за возможной атаки на Иран выражает не только генерал Кейн. В пользу дипломатического решения конфликта, как передает Axios, выступают политики, журналисты и лидеры общественного мнения. Среди них — главные спецпосланники Трампа Стив Уиткофф и Джаред Кушнер, вице-президент Соединенных Штатов Джей Ди Вэнс, директор Национальной разведки Тулси Габбард, американский консервативный журналист Такер Карлсон и другие. Даже госсекретарь США Марко Рубио, который занимал жесткую позицию по поводу Ирана, сейчас «сидит сложа руки». Вполне возможно, что негативное мнение отчасти влияет и на взгляды самого Трампа.
Например, 23 февраля в интервью ТАСС аналитик, блогер и автор подкаста Judging Freedom Эндрю Наполитано заявил, что Карлсон пытается убедить Трампа не вступать в вооруженный конфликт с Ираном. «Мне известно, что мой друг и бывший коллега (на) Fox (News) Такер Карлсон находится во второй половине сегодняшнего дня с президентом, предпринимая последнюю отчаянную попытку отговорить его от войны с Ираном», — сказал эксперт.
Однако в республиканских кругах всё еще остаются «антииранские ястребы». Так, министр обороны США Пит Хегсет, комментируя ход переговоров с Тегераном, отметил, что не исключает силового сценария. «Все варианты остаются на столе. Решение принимает президент. Мы здесь для того, чтобы обеспечить достижение соглашения. Считаю, что для Ирана было бы разумно заключить хорошее соглашение», — уточнил глава ведомства.
Нарратив о силе американской армии исходит и от произраильского лоббиста и блогера Бена Шапиро. Он утверждает, что «огневая мощь» Соединенных Штатов позволит вести вооруженные действия намного дольше, чем было в июне 2025 года, когда началась операция «Полуночный молот». «Хотя у Ирана есть арсенал баллистических ракет, которые способны поразить базы США в регионе, предположение о том, что десятки тысяч американцев погибнут в результате контрударов, ложно. Республика не обладает таким подавляющим потенциалом, а Соединенные Штаты уже укрепляют свою оборону на случай возможного ответного удара», — объяснил блогер.
Среди простых американцев тема вторжения в Иран особенно непопулярна. Январский опрос Университета Куиннипак показал, что 70% избирателей выступают категорически против вооруженного конфликта между США и Ираном. Лишь 18% проголосовали за.
Вторжение однозначно не добавит политических очков Трампу, поскольку, вероятно, превратится в «многолетнюю эпопею с дестабилизацией всего региона», делится мнением политолог-американист Малек Дудаков.
— Всё делается «на авось»: вдруг повезет и удастся относительно дешево поменять власть, привезти кого-то прозападного, а потом назвать это своей победой. Риски большие, и вероятность позитивного сценария крайне мала. Это еще один фактор, который влияет на позицию Трампа. Он до сих пор не принял окончательного решения о бомбежках Ирана, хотя собрал большую группировку: две авианосные ударные группы — 7–8 эсминцев, у которых до 300 ракет Tomahawk на борту. Вряд ли это приведет к свержению власти, но нанесет серьезный урон иранским военным объектам, если эти ракеты до них долетят, — указывает эксперт.
Скачок в пустоту
Конфликт в Республиканской партии, как считают аналитики, способен влиять на эскалацию в Ближневосточном регионе через «механизмы политических стимулов». В частности, крыло изоляционистов настаивает на приоритете внутренних задач и недопущении новой затяжной войны, а другое — «ястребы» и часть произраильского лобби — требует демонстрации силы перед Ираном, чтобы показать другим странам мощь США.
Специалист по Ближнему Востоку Дмитрий Бридже рассказал «Известиям», что назревающий раскол станет инструментом «внутрипартийной дисциплины». Наращивание военной мощи в регионе решит сразу две проблемы, позволив показать жесткую позицию, с которой Трамп обычно заходит в серьезные переговоры, и нейтрализовать обвинения в слабости со стороны собственных «ястребов».
— Силовой компонент при этом подходе не обязательно выступает сигналом подготовки к большой войне. Он создает ощущение неизбежности худшего сценария, чтобы подтолкнуть Иран к соглашению на выгодных для США условиях. Здесь есть и обратная сторона: чем жестче сигнал, тем выше вероятность, что Тегеран решит укрепить свою переговорную позицию ответами через региональные сети, — объяснил эксперт.
США и западные союзники беспокоятся, что Иран даст указание поддерживаемым им группировкам атаковать американские объекты в Европе и на Ближнем Востоке, если Вашингтон решит провести военную операцию против Тегерана. Об этом сообщило издание The New York Times (NYT), ссылаясь на источники в американских и западных службах безопасности.
Глава МИД Ирана Аббас Арагчи при этом предупреждал, что Тегеран будет вынужден ударить по военным базам США, если государство атакует республику. «Если США нападут на нас, то мы будем иметь полное право защищаться», — сказал он в интервью CBS.
Малек Дудаков отмечает, что из-за большой сосредоточенности на ближневосточном вопросе и крупной «просадки» на этом фланге внешнеполитического трека США, среди американцев происходит «крушение старого произраильского консенсуса». Эта тенденция наблюдается как среди демократической, так и среди республиканской молодежи.
— Явление имеет долгосрочные последствия, потому что рано или поздно эта молодежь придет в большую политику. В контексте Израиля молодые люди будут гораздо ближе к Зохрану Мамдани, нынешнему мэру Нью-Йорка, либо к Александрии Окасио-Кортес, нежели к «старичкам» вроде Майка Хакаби, которые всегда поддерживают Израиль и критикуют Иран, — резюмирует эксперт.
