Своры в законе: Таллин и Киев работают над конфискацией российских активов
Эстония просчитывает механизмы изъятия замороженных частных российских активов. В Таллине рассматривают их полную конфискацию в пользу Украины, если Москва откажется от компенсационных выплат Киеву, заявил «Известиям» глава МИД республики Маргус Цахкна. По его словам, необходимая правовая база уже создана, а дальнейшие шаги Эстония согласовывает с Украиной. В РФ подобное называют воровством и предупреждают о неизбежности ответа. Он может касаться режима хозяйственной деятельности Эстонии в приграничных зонах, включая рыболовство и судоходство, а также пересмотра доступа эстонских судов к российским территориальным водам, которые имеют критическое значение для логистики отдельных портов.
На какую сумму заморожены российские активы в Эстонии
Эстония ищет «законные» способы воровства замороженных российских активов. Власти республики пытаются использовать национальное законодательство и международные механизмы для того, чтобы направить заблокированное имущество российских граждан в пользу Украины.
— В Эстонии заморожены частные российские активы. У нас есть соответствующий закон, и сейчас мы совместно с Украиной готовим следующие шаги. Это определенная рамка, система, которая позволяет нам действовать, но на ее реализацию требуется время. Если конфликт будет завершен, ущерб будет зафиксирован в международных инстанциях в Гааге, Украина предъявит России иск, а Москва откажется выплачивать компенсацию, тогда через этот механизм мы сможем использовать замороженные активы, — заявил «Известиям» глава МИД Эстонии Маргус Цахкна на Мюнхенской конференции по безопасности.
Отвечая на уточняющий вопрос о возможности полной конфискации имущества, он не исключил такой вариант:
— Мы можем, — сказал он.
Таким образом, в Таллине планируют выставить этот шаг как «репарационный» механизм: Россия якобы сохранит право на возврат средств только после полной выплаты компенсаций. Однако на практике это означает фактическую конфискацию. Эстония уже несколько лет выступает в качестве одного из самых активных лоббистов подобного решения в ЕС — еще в 2023 году страна первой начала разрабатывать национальное законодательство на эту тему.
В 2024 году Таллин одобрил закон, позволяющий изымать замороженные активы российских физических и юридических лиц. По оценке эстонской стороны, общий объем заблокированного имущества составляет €37–39 млн. Как уточнял ранее Маргус Цахкна, значительная часть этих активов связана с транзитом российских удобрений, незаконно удерживающихся в Эстонии после начала СВО. Согласно замыслу законодателей, вырученные средства предполагается направить Украине в качестве компенсации за причиненный ущерб, при этом решение о практическом использовании имущества остается за внешнеполитическим ведомством.
Еще в 2023 году Маргус Цахкна подчеркивал важность того, чтобы именно Эстония первой в ЕС узаконила возможность конфискации российских активов. В свою очередь, глава евродипломатии Кая Каллас ранее выражала надежду, что эстонский опыт сможет стать ориентиром для других государств союза.
Заместитель председателя финансовой комиссии парламента Эстонии Андрей Коробейник ранее пояснил «Известиям», что применение нового механизма на практике сталкивается с серьезными ограничениями. По его оценке, имущество, подпадающее под санкции Евросоюза, может быть заморожено, однако сам по себе принятый закон не создает автоматической процедуры его конфискации.
Россия может ужесточить режим в приграничных акваториях
В целом тема использования замороженных российских суверенных и частных активов для поддержки Украины обсуждается на Западе с начала специальной военной операции. Основная их часть — свыше €200 млрд — заблокирована на территории Евросоюза. В Брюсселе при этом подчеркивают, что прямое изъятие активов затруднено из-за отсутствия единой правовой базы. В частности, на счетах бельгийского депозитария Euroclear заблокировано российских активов почти на $224,5 млрд. Речь идет как о суверенных, так и частных средствах — под санкциями ЕС находятся 1980 физлиц и 683 организации.
Президент РФ Владимир Путин уже отмечал, что подобная практика в Европе могла бы рассматриваться как акт воровства. Как заявил министр юстиции РФ Константин Чуйченко, руководству страны представлены варианты реагирования на возможное изъятие российских активов западными государствами, а пресс-секретарь президента Дмитрий Песков подчеркнул, что Москва не оставит такие действия без ответа.
В октябре Еврокомиссия выступила с инициативой экспроприировать заблокированные в странах ЕС с февраля 2022-го примерно €210 млрд суверенных активов России (€185 млрд из которых находятся на счетах в депозитарии Euroclear в Бельгии) под прикрытием «репарационного» кредита для финансирования военных и бюджетных нужд Украины в 2026–2027 годах. В декабре Еврокомиссия предложила альтернативную схему, которая предполагает выделение займа под гарантии бюджета ЕС в размере €90 млрд. Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен заявила, что ЕК исходит из необходимости покрыть две трети из €135 млрд финансовых потребностей Украины на 2026–2027 годы. Оставшуюся треть, по ее словам, должны предоставить зарубежные партнеры Киева.
Говоря об ответных мерах Эстонии со стороны России, президент Ассоциации прибалтийских исследований Николай Межевич обратил внимание на принципиальное ограничение для симметричных мер. Значимых эстонских активов на территории РФ практически нет, а те немногочисленные объекты, которые могут быть выявлены на северо-западе страны, не способны стать полноценным инструментом давления, уверен эксперт.
— В этой ситуации логика реакции Москвы неизбежно должна быть асимметричной. Речь может идти не о разовых символических шагах, а о системных мерах экономического и политического характера, не связанных с применением военной силы. Безусловно, можно воспрепятствовать эстонскому рыболовству в Чудском и Псковском озерах, максимально возможно ограничить перемещение эстонских судов в российских территориальных водах, — рассказал в беседе с «Известиями» Николай Межевич.
Он считает необходимым поэтапное сворачивание товарооборота, включая чувствительные для эстонской экономики отрасли, даже если речь идет о нишевых или потребительских товарах. С учетом несоразмерности экономических масштабов двух стран подобные меры, по его мнению, способны оказать на Таллин значительно более болезненный эффект, чем на Москву.
По словам Николая Межевича, если подобная практика начнет распространяться на другие государства ЕС, речь пойдет уже не о частном национальном решении, а о формировании опасного прецедента, способного подорвать доверие к европейской финансовой системе и снизить инвестиционную привлекательность региона в глазах крупных зарубежных инвесторов.
Пока в Евросоюзе нет единства по поводу полной конфискации. Хотя Эстония, Литва, Латвия, Польша и ряд других стран активно продвигают жесткую линию, Бельгия (где хранится основная часть суверенных активов), Италия и Франция выражают серьезные опасения из-за юридических и финансовых рисков.
