В спину уныло: в России пять лет сохраняется дефицит ревматологов
Острая нехватка ревматологов наблюдается в России уже на протяжении пяти лет, заявил главный внештатный специалист-ревматолог Минздрава Александр Лила, выступая на круглом столе в Госдуме. По его оценке, потребность в таких специалистах закрыта в стране лишь наполовину. Кадровый дефицит наблюдается практически во всех регионах страны, подтвердили «Известиям» эксперты. В России с ревматическими заболеваниями живут более 20 млн человек, при этом почти каждый второй из них имеет инвалидность. О том, как предлагают решить проблему, — в материале «Известий».
Почему не хватает ревматологов
По данным на февраль 2026 года, в России работают 1,5 тыс. ревматологов, что составляет лишь половину от необходимого количества врачей такого профиля. Об этом заявил главный внештатный специалист-ревматолог Минздрава, директор Научно-исследовательского института ревматологии (ФГБНУ НИИР) имени В.А. Насоновой Александр Лила.
— Например, на Камчатке работает только один ревматолог на весь регион, — отметил он в ходе круглого стола Госдумы «Главные векторы стратегии борьбы с ревматическими болезнями».
Эксперт подчеркнул, что в России доступны все лекарства, необходимые для эффективного лечения ревматических заболеваний, но новые технологии требуют высокого уровня образования врачей. Однако в 2025 году Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования в Москве, по его словам, выпустила лишь двух ординаторов-ревматологов.
— Так происходит, поскольку это целевое обучение, а регионы вовремя не подают заявки, — считает Александр Лила.
Дефицит врачей этого профиля наблюдается практически во всех регионах России около пяти лет, подтвердила «Известиям» президент Российской ревматологической ассоциации «Надежда» Полина Пчельникова.
— Из-за этого удлиняется срок постановки диагноза. Есть так называемое «окно возможностей» — это первые 12 недель, когда пациенту должен быть поставлен диагноз и назначено лечение, чтобы был максимально положительный прогноз, — отметила эксперт. — Иначе могут произойти события, которые существенно влияют на инвалидизацию и преждевременную смерть.
Нехватка профильных специалистов приводит к тому, что пациентам не могут вовремя скорректировать лечение. Сроки ожидания консультации и госпитализации сейчас в среднем составляют три месяца, хотя по закону норма — 14 рабочих дней.
— У нас в стране нет системной программы по сохранению и увеличению количества ревматологов, — посетовала Полина Пчельникова. — Содействие носит лишь локальный характер. Если в конкретном субъекте и институте принимают меры поддержки, то там появляются молодые специалисты-ревматологи. Остальные регионы остаются в более невыгодной позиции.
В ответ на запрос «Известий» Минздрав РФ сообщил, что ситуация с кадровым обеспечением ревматологической службы ежегодно улучшается.
«По данным Росстата, в государственных и муниципальных организациях в 2024 году работало 1584 ревматолога, а укомплектованность составляла 90%. По сравнению с 2023 годом число ревматологов увеличилась на 3,2%», — указали в ведомстве.
Там отметили, что один из главных факторов, влияющих на численность врачей, — их «целевая подготовка из числа профориентированных выпускников вузов в соответствии с потребностью отрасли, которую формируют регионы». В 2026 году объемы целевой подготовки ревматологов будут увеличены, заверили в Минздраве.
Какая ситуация в регионах
В 2025 году Московский областной научно-исследовательский клинический институт имени М.Ф. Владимирского выпустил десять ревматологов, рассказал профессор кафедры терапии факультета усовершенствования врачей, главный внештатный ревматолог подмосковного минздрава Дмитрий Каратеев.
— Это не так много, но надеюсь, что рост будет продолжаться, — отметил врач в ходе круглого стола Госдумы. — В Подмосковье регистрируется порядка 200 тыс. ревматических пациентов в год, из них 30 тыс. человек страдают от тяжелых форм заболеваний.
Он отметил, что в 2017 году на биологической терапии (современные генно-инженерные препараты. — Ред.) находились 500 пациентов, сейчас — 2,5 тысячи.
— Несмотря на многократный рост, мы пока не достигаем целевых параметров по обеспеченности биологическими препаратами. Большая разница есть не только между регионами, но и муниципальными образованиями одной и той же области. Это, в первую очередь, зависит от кадрового вопроса.
Дефицит персонала серьезно осложняет работу, согласился завкафедрой терапии и ревматологии имени Э.Э. Эйхвальда, ученый секретарь Северо-Западного государственного медуниверситета имени И.И. Мечникова Евгений Трофимов.
— Тезисы о том, что ревматологов надо готовить в большем объеме, абсолютно верные. На нашей кафедре в Санкт-Петербурге мы ежегодно выпускаем 10-15 ревматологов, это ординатура плюс циклы профессиональной переподготовки. Контрольные цифры приема получаются в результате заявок, которые нам дают регионы. Мы готовы увеличить выпускаемое количество ординаторов в два-три раза. У нас есть для этого все мощности и клиническая база, — заверил Евгений Трофимов.
Привлечь внимание к сфере ревматологии поможет создание соответствующей национальной программы, считает главный ревматолог Центрального федерального округа, заведующая лабораторией медико-социальных проблем в ревматологии ФГБНУ НИИР им. В.А. Насоновой Татьяна Дубинина.
— Чтобы справиться с кадровым дефицитом, необходимо повысить интерес к специальности ревматолога, сделать так, чтобы будущие студенты медвузов знали о ней, — сказала она. — Сейчас у нас кардиологов больше, чем ревматологов, в десять раз, неврологов — в 20 раз, онкологов — в 15 раз больше. Население до сих пор путает врача-ревматолога с реаниматологом.
Татьяна Дубинина пожаловалась, что пациенты с болью в спине, которая может быть проявлением болезни Бехтерева (хроническое заболевание позвоночника и суставов. — Ред.), приходят к врачу только спустя 15 месяцев после появления первых симптомов.
— Они даже не рассматривают ревматолога как специалиста, который мог бы им помочь, — посетовала врач.
Ревматологические центры чаще всего расположены в крупных городах, поэтому иногда пациенту необходимо преодолеть 300 и более километров, чтобы увидеть своего врача, отметила Татьяна Дубинина.
Сколько в России людей с ревматическими болезнями
Ревматические заболевания поражают сухожилия, мышцы и другие ткани опорно-двигательного аппарата. Существует около 200 видов таких патологий, среди них — ревматический артрит, подагра и системная красная волчанка.
В частности, системной красной волчанкой чаще всего болеют женщины детородного возраста, рассказал Александр Лила. Он также сообщил, что средний возраст ревматологических пациентов в России — 48 лет.
В стране насчитывается более 20 млн пациентов с подобными заболеваниями — при этом у каждого второго из них есть инвалидность, рассказал на круглом столе член профильной комиссии Минздрава России по ревматологии, директор Центра социальной экономики Руслан Древаль.
— Ревматические болезни находятся на третьем-четвертом месте по вкладу в инвалидность пациента как в России, так и во всем мире, — уточнил специалист. — Как показывают исследования, им часто сопутствуют сердечно-сосудистые заболевания (смертность от которых они увеличивают на 50%), рак и диабет. Впрочем, у нас в стране доступен большой арсенал биологических препаратов, лечение которыми показывает хорошие результаты, — указал Руслан Древаль.
Эксперт уверен, что статистика Минздрава по количеству таких пациентов расходится с реальным положением дел в регионах — в России нет федерального регистра ревматологических заболеваний.
— Если мы не знаем точное количество больных, их профиль и потребности, то очень сложно планировать финансирование, — констатировал Руслан Древаль. — Это серьезный барьер. Сегодня, к сожалению, нельзя сказать, что мы реализуем все истинные потребности наших пациентов. Кроме того, субъекты не в состоянии обеспечить полное покрытие потребностей за счет региональных бюджетов. Не секрет, что пациенты вынуждены записываться в листы ожидания.
Полина Пчельникова добавила, что в регионах главные внештатные ревматологи ведут свои регистры пациентов — по личной инициативе.
— Сотрудникам частных клиник также стоит дать возможность вносить свои данные, чтобы регистр был полным, — сказала она в рамках круглого стола Госдумы.
Александр Лила предложил запустить по всей стране программу по борьбе с ревматическими заболеваниями — первым шагом, по его мнению, может стать создание федерального регистра. Соответствующее обращение участники круглого стола собираются направить в Минздрав.
