«Когда женщине плохо в доме — плохо становится всем»
Звезда проектов «Воздух», «Кентавр» и нового сериала «Москва слезам не верит» Анастасия Талызина снимается только в тех фильмах, которые она бы смотрела сама как зритель. Вероятно, поэтому в ее актерском арсенале появилась роль надломленной и эмпатичной Мальвины из нового фильма Игоря Волошина «Буратино». Об архетипе девочки с голубыми волосами, отношении к фильмам ужасов и желании сыграть ведьму актриса рассказала в эксклюзивном интервью «Известиям».
«Мальвина — это застывшая женственность в нездоровой атмосфере дома Карабаса»
— В сказке Алексея Толстого, в советской экранизации и мультфильмах Мальвина — абсолютный идеал: безупречные манеры, любовь к порядку и чистоте. Похожа ли на этот образ ваша Мальвина? Расскажите о ней.
— Я довольно часто слышу, что Мальвину воспринимают как строгую и идеальную. Конечно, у меня тоже была такая ассоциация. Но когда мы начали работать над проектом, то исследовали много материалов с режиссером Игорем Волошиным, и для меня стало открытием, что Толстой вдохновлялся итальянской сказкой Карло Коллоди, где девочка с голубыми волосами описана как призрак.
Кадр из фильма «Буратино»
Мы даже немножко поиграли с этой мыслью в решении образа: добавили ожерелье из застывших слез, разбитую фарфоровую чашечку на корсет, нарисованные слезы на щеки. Но помимо внешних деталей, созданных огромным количеством невероятно талантливых людей, мне как исполнительнице роли было важно подчеркнуть хрупкость Мальвины, ее чувствительность, эмпатичность, внутреннюю надломленность и, конечно, безусловную — почти материнскую — любовь к ребятам, Артемону и Арлекину. Для меня Мальвина — это застывшая женственность в нездоровой атмосфере дома Карабаса. А ведь, знаете, когда женщине плохо в доме — плохо становится всем.
— Это очень точная метафора. У каждого персонажа в фильме есть своя предыстория, объясняющая его поступки. Карабас, например, жестокий, потому что он нереализованный актер и режиссер. А личная драма Мальвины связана только с тем местом, где она находится, или у нее есть и своя судьбоносная история?
— Вы сейчас говорите о той самой кухне артистов, когда актер может сыграть эпизодическую роль, но при этом рассказать вам 33 тома предыстории своего персонажа.
Кадр из фильма «Буратино»
Конечно, у Мальвины есть бэкграунд. Мы придумали, что она росла с мамой, которая была парикмахером. Отсюда любовь к волосам, к гриму, к театральности в целом. Даже в фильме был момент, где Мальвина правит грим Пьеро. Не знаю, остался ли он в финальном монтаже. А потом что-то происходит с мамой, девочка остается одна и Карабас ее спасает.
— Есть ли деталь, которую вы привнесли в Мальвину лично — в костюм или в поведение?
— Да. Я принесла маленькую сумочку — буквально размером с мизинец. Она рассыпается от каждого прикосновения. Мне показалось, что она жизненно необходима. И что в ней обязательно должен быть маленький платочек, чтобы собирать им слезы.
«Пьеро, конечно, безответно влюблен. А Мальвина его любит, но скорее как младшего брата»
— Вы играете не просто куклу, а актрису театра Карабаса — своего рода комедии дель арте с ярко очерченными персонажами. Если бы вы могли выбрать, кого сыграть — Арлекина, Пьеро или Мальвину, — кого бы выбрали?
— Арлекина. Он очень яркий. Его интересно делать — эти эмоциональные, почти биполярные качели. Актерски это, пожалуй, самое увлекательное.
Арлекин в исполнении Рузиля Минекаева в фильме «Буратино»
— В классической истории между Мальвиной и Пьеро есть любовь — по крайней мере, Пьеро безнадежно в нее влюблен. Сохранилась ли эта линия в фильме? И кому принадлежит сердце Мальвины?
— Думаю, Пьеро, конечно, безответно влюблен. А Мальвина его любит, но скорее как младшего брата, как ребенка, как сына. Мне кажется, она никогда не была в него влюблена в романтическом смысле.
— Создатели «Буратино» часто делают акцент на том, что это не просто сказка, а серьезный разговор об отношениях отцов и детей.
— Мы еще не видели фильм целиком, но я очень надеюсь, что он понравится зрителю. Каждый найдет в нем свои смыслы. Мне бы хотелось, чтобы зритель выходил из зала с легким сердцем, с чувством любви, благодарности, сказки и волшебства. Это было для нас главным. Мы снимали не бытовое кино, и не хотелось, чтобы зритель слишком сильно переживал на серьезные темы. Даже о самых грустных вещах, мне кажется, иногда стоит говорить легко. Может быть, даже играючи.
— Если представить, что Мальвина сошла с экрана и жила в реальном мире, чем бы она занималась? Была бы учительницей, блогером, инфлюенсером, активисткой?
— Она точно была бы связана с красотой. Возможно, стала бы стилистом или визажистом. Театральные навыки, забота о ребятах, о гриме, о волосах — мне кажется, она выбрала бы именно эту сферу.
«Какую-нибудь ведьму, отрицательную героиню сыграла бы с большим удовольствием»
— Вы до 14 лет занимались балетом. Помог ли этот опыт в создании образа Мальвины?
— Да, конечно помог. Но я даже не фокусировалась на этом специально. Это не навык, который я достаю из «рюкзачка» и применяю в нужный момент. Он уже часть меня, что-то приобретенное и встроенное. Я не отделяю себя от этого опыта.
Анастасия Талызина в роли Мальвины на съемочной площадке фильма «Буратино»
— Поправьте меня, если я ошибаюсь: одним из ваших первых проектов в кино был фильм ужасов. Хотели бы еще вернуться к этому жанру?
— Это был не совсем дебют, но один из первых проектов.
— А какой жанр вас привлекает меньше всего? В чем вы бы точно не хотели сниматься?
— Наверное, как раз в фильмах ужасов. Я их просто не люблю, не смотрю. Я слишком чувствительная и впечатлительная. Делать такое кино, возможно, очень весело, но для меня в этом нет ценности. Я стараюсь участвовать в проектах, которые мне самой хочется смотреть как зрителю. А я смотрю кино постоянно — нон-стоп. Но ужасы точно не мое.
— Какой из недавних проектов произвел на вас сильное впечатление именно как на зрителя?
— Из российских — «Гостья». И еще понравился второй сезон «Фишера».
— Это довольно мрачная история, триллер про маньяков.
— Но не ужасы. Там есть детектив, а его я, кстати, люблю. Мне кажется, это вообще база всех девчонок.
— Есть ли образ, который вам еще не предлагали, но вы очень хотели бы воплотить? Может быть, из классической драматургии?
— Из классики сейчас ничего конкретного не приходит в голову. А вот какую-нибудь ведьму, отрицательную героиню сыграла бы с большим удовольствием.
