- Статьи
- Экономика
- Что скажет купечество: Россия вошла в тройку стран G20 с самыми высокими доходами от торговли
Что скажет купечество: Россия вошла в тройку стран G20 с самыми высокими доходами от торговли
Россия стала третьей страной «большой двадцатки» по уровню профицита внешней торговли, сообщили в РИА Новости. С января по сентябрь 2025 года этот показатель достиг $101,7 млрд. Насколько устойчив текущий торговый профицит России с учетом санкций, а также как он может отразиться на валютном рынке, инвестиционной активности и экономическом росте, разбирались «Известия».
Изменение поставок
Высокий профицит внешней торговли России сложился под воздействием нескольких системных факторов, заявил «Известиям» Александр Фиранчук, ведущий научный сотрудник международной лаборатории исследований внешней торговли РАНХиГС. Главным драйвером стало заметное сокращение импорта. Дополнительное влияние оказали процессы импортозамещения, рост издержек на внешние закупки, а также замедление внутреннего спроса, вызванное более жесткими финансовыми условиями. На фоне относительно устойчивого экспорта это привело к значительному превышению экспортных доходов над импортными расходами.
Однако, по его словам, устойчивость такого торгового профицита в условиях санкционного давления вызывает вопросы. С одной стороны, ограниченный импорт и частичная перестройка товарных потоков механически формируют положительное сальдо. С другой стороны, модель, основанная на внешних ограничениях, уязвима. Стоит экспортным поступлениям сократиться или логистическим цепочкам вновь измениться, равновесие может быстро нарушиться.
Дополнительная сложность заключается в резком сокращении каналов международного движения капитала, считает эксперт. Ранее отток частного капитала помогал сглаживать дисбалансы внешних счетов, но теперь этот механизм почти выключен административными и санкционными мерами. В результате даже небольшие сдвиги в экспортно-импортных потоках вызывают заметные скачки курса рубля. Повышенная волатильность увеличивает валютные риски для компаний, работающих на внешних рынках, снижает предсказуемость контрактов и повышает издержки внешнеторговой деятельности.
— Устойчивость российского экспорта во многом объясняется его сырьевой структурой. В первые месяцы действия санкций их конструкция привела к рекордным экспортным поступлениям из ЕС. В дальнейшем экспорт устоял из-за того, что сырьевые товары — нефть, металлы и ряд других позиций — сравнительно легко перенаправить на новые рынки, за счет предоставления умеренных скидок, — отметил он.
Ограничения, введенные против так называемого теневого флота, практически не влияют на поступления от экспорта и ключевые импортеры российской нефти, прежде всего Китай, продолжают игнорировать ценовые лимиты, добавил Александр Фиранчук.
Кроме того, прежняя зависимость импорта от динамики рубля почти исчезла. Если раньше укрепление национальной валюты примерно на десятую часть вело к сопоставимому увеличению закупок, то теперь курс практически не регулирует их объем. Дополнительным тормозом выступают повышенные процентные ставки, ограничивающие доступ к кредитам, которые традиционно применяются для приобретения оборудования и инвестиционных товаров.
Возможные риски
Текущий торговый профицит способен чрезмерно усиливать рубль, тем самым снижая конкурентоспособность несырьевых и низкомаржинальных отраслей и ухудшая позиции производителей как внутри страны, так и за ее пределами, пояснил Александр Фиранчук.
— При этом укрепление валюты в сочетании с ограниченным доступом к импортному оборудованию усложняет модернизацию и тормозит инвестиционную активность. Поэтому высокий профицит нельзя считать однозначным плюсом. При слабом движении капитала он усиливает давление на курс и формирует внешние дисбалансы, которые со временем превращаются в источник структурных перекосов, — подчеркнул он.
Устойчиво высокий профицит внешней торговли России во многом сформировался благодаря сокращенному притоку импортных товаров, подтвердил «Известиям» аналитик по суверенным и региональным рейтингам агентства «Эксперт РА» Кирилл Лысенко. Ослабление закупок из-за рубежа объяснялось сразу несколькими факторами. В частности, экономическая активность замедлилась под воздействием жесткой денежно-кредитной политики, нарастало влияние программ по замещению зарубежной продукции, а рост акцизов и различных сборов сделал импорт еще менее привлекательным. Все эти условия совместно поддержали значительное положительное сальдо торгового баланса.
— По состоянию на 2025 год санкции сильнее давят на импортную составляющую торгового баланса. По экспортной части воздействие санкций было нивелировано через реализацию поворота на Восток. Впрочем, в перспективе нельзя отрицать риска шоков со стороны санкций на экспортную составляющую, — заметил эксперт.
При этом когда профицит торговли достигает значительных величин, рубль получает мощный фундамент для укрепления, отметил эксперт. Однако такая динамика оборачивается своеобразной ловушкой. Рост курса уменьшает рублевые доходы экспортеров не только из-за пересчета валютной выручки, но и вследствие падения ценовой конкурентоспособности на внешних рынках при неизменных внутренних издержках.
Также, по его словам, экспортные доходы, выраженные в рублях, являются важной налоговой базой для бюджета. Если их объем уменьшается в условиях сильной национальной валюты, государство получает меньше средств для поддержки новых отраслей и стимулирования экономического роста. Более того, в таких условиях возрастает риск дополнительного давления на бизнес через увеличение налоговой нагрузки, что еще сильнее ослабляет частный сектор.
Внешняя торговля России в 2025 году развивается под влиянием переориентации на страны Азии, Латинской Америки и Ближнего Востока, расширения расчетов в национальных валютах и активной цифровизации внешнеэкономических процедур, включая использование блокчейна и цифровых сертификатов, сообщила «Известиям» доцент кафедры менеджмента и ГМУ факультета экономики и управления МГУТУ Разумовского Екатерина Швеёва. Эти тенденции постепенно формируют более устойчивую модель взаимодействия с партнерами вне западных рынков.
Однако объемы торговли снизились. За январь–октябрь экспорт упал на 4,3%, до $339,8 млрд, а импорт — на 2,4%, до $224,4 млрд. В результате профицит внешней торговли уменьшился на 7,8% год к году и составил $115,3 млрд.
«Известия» направили запрос в Минэк, но на момент публикации ответ получен не был.
