После смены власти в Вашингтоне в начале года спецпосланник Дональда Трампа Стив Уиткофф приезжал в Россию уже четыре раза — в феврале, в марте и дважды в апреле. И за каждой его поездкой следовал очередной всплеск прекраснодушных упований на то, что отношения между Москвой и Вашингтоном все-таки не должны вечно сводиться к привычной игре с нулевой суммой и что в них что-то может сдвинуться с мертвой точки. К сожалению, раз за разом упования оборачивались разочарованиями, а позитивный политико-психологический эффект от многообещающих миссий Уиткоффа неизменно оказывался более чем эфемерным, быстро развеиваясь в морозном воздухе текущих геополитических реалий.
Сегодня общий фон очередного визита Уиткоффа еще намного холоднее, чем он был в феврале или в апреле. Российское руководство уже решительно отвергло идею немедленного и полного прекращения огня по линии боевого соприкосновения с Украиной, если такое перемирие не будет дополнено ощутимым прогрессом на пути к политическому урегулированию конфликта. А президент Трамп успел не только выразить накопившееся у него за несколько месяцев «глубокое разочарование» в своем российском коллеге, но и объявить о предстоящем введении новых антироссийских санкций, включая и жесткие вторичные меры в отношении основных торговых партнеров Москвы. Причем последний срок поспешно «укороченного» ультиматума Трампа истекает не далее как 8 августа — сразу же после планирующейся поездки Уиткоффа в Россию (6–7 августа).
Конечно, спецпредставитель президента США может просто привезти в Россию «черную метку», то есть еще раз изложить те многочисленные негативные последствия, которые неизбежно обрушатся на Москву в случае ее окончательного отказа принять американские — с точки зрения Трампа, более чем щедрые — предложения, касающиеся условий возможного перемирия и перспектив будущего соглашения. Все эти последствия, как известно, уже были многократно представлены американской стороной, в том числе и самим президентом США. Однако, вполне возможно, в Белом доме полагают, что в устах Уиткоффа, которого в Вашингтоне считают едва ли не самым пророссийски настроенным из всех высокопоставленных чиновников республиканской администрации, стандартные аргументы будут звучать более убедительно.
При этом не надо быть умудренным военным экспертом, чтобы понимать: полностью и надежно остановить конфликт такого масштаба и такой интенсивности в течение одного-двух дней невозможно просто технически, даже при наличии соответствующей политической воли прямых и опосредованных участников конфликта. Хотя бы потому, что пока не согласован и практически еще серьезно не обсуждался приемлемый для обеих сторон механизм мониторинга выполнения условий перемирия. А предыдущий опыт мониторинга, накопленный наблюдателями ОБСЕ в 2015–2022 годах в рамках реализации соглашений «Минск-2», оценивается и в Москве, и в Киеве как явно неудовлетворительный.
Впрочем, возможен и другой вариант — Уиткофф везет в Москву не «черную метку», а оливковую ветвь. После шести месяцев усилий в Белом доме не могли не прийти к выводу, что решить украинскую проблему с наскока не получается, равно как не получится и заставить Кремль изменить свои позиции под давлением дополнительных санкций. С другой стороны, в усилия по достижению прогресса на украинском направлении республиканская администрация и лично 47-й президент США уже вложили значительный политический капитал, который очень не хотелось бы списывать по графе чистых убытков. Поэтому громко хлопнуть дверью напоследок, отказавшись от продолжения диалога с Москвой, — едва ли оптимальный вариант для внешней политики Белого дома.
Конечно, какие-то новые, пусть даже символические рестрикции против России в итоге всё равно будут введены — Дональд Трамп не сможет отказаться от сделанных ранее публичных заявлений независимо от вероятных итогов поездки Уиткоффа в Россию.
Но санкции совсем не обязательно означают автоматический отказ США от дальнейших посреднических усилий, что Уиткофф наверняка и постарается объяснить своим российским собеседникам. В будущих ограничительных мерах, как и в большинстве прошлых, возможны исключения; эти меры, утвержденные исполнительной, а не законодательной властью США, могут быть смягчены или вообще отменены самим же Белым домом.
Такое развитие событий представляется вполне возможным, особенно если какое-то движение в направлении деэскалации после визита Уиткоффа в Россию все-таки наметится. Как показывает практика, ничего принципиально неприемлемого в идее выборочной деэскалации для российской стороны нет. Напомним, что в марте–апреле Москва соблюдала условия 30-дневного моратория на удары по объектам энергетической инфраструктуры, что было позитивно воспринято в том числе и в Вашингтоне.
Нельзя полностью исключить возможность договоренностей по каким-то другим направлениям деэскалации — например, по часто обсуждаемому экспертами «воздушному перемирию» или по продлению сроков предложенных Россией в Стамбуле «гуманитарных пауз».
Косвенным аргументом в пользу более оптимистического сценария можно считать поступившую информацию о том, что в рамках пребывания Стива Уиткоффа в России допускается возможность его встречи с Владимиром Путиным. Для того чтобы просто подтвердить получение американской «черной метки» из рук посланца Дональда Трампа, едва ли нужен прием на уровне президента страны.
Автор — эксперт «Валдая»
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
