«Два-три года — реалистичный срок для восстановления экономики Газы»
При благоприятном раскладе двух-трех лет хватит для того, чтобы экономика сектора Газа начала нормально функционировать, заявил в интервью «Известиям» глава российского отделения Продовольственной и сельскохозяйственной организации Объединtнных Наций (ФАО) Олег Кобяков. При этом должен быть обеспечен прочный мир, а не временное прекращение огня. На продовольственную безопасность влияют также и климатические изменения. При этом от стихийных бедствий страдают не только страны Юго-Восточной Азии и Африки, но и ведущие европейские государства. О том, как решается вопрос с заблокированными российскими удобрениями, об угрозе зерновым культурам и перспективах сельского хозяйства в России — в эксклюзивном интервью директора российского офиса ФАО.
«Сельское хозяйство требует мира»
— Крайне разрушительный фактор для продовольственной безопасности — вооруженные конфликты. Насколько серьезные препятствия для обеспечения продовольствием создают конфликты на Украине и Ближнем Востоке, в том числе для сопредельных стран и регионов?
— Вооруженный конфликт — это главный драйвер голода, тот основной барьер, который не позволяет человечеству следовать по пути устойчивого развития. Другие причины голода — это болезни, стихийные бедствия, экономические встряски, например, повышение цен на энергоносители. Но с начала XX века вооруженные конфликты стали основной причиной того, почему до сих пор не удается ликвидировать голод. И безусловно, и украинский, и ближневосточный конфликты, значительное число локальных конфликтов в Африке, тлеющих и достаточно горячих, усугубляют ситуацию с продовольственной безопасностью. Во время войн невозможно нормально заниматься сельским хозяйством. Сельское хозяйство требует мира. Не говоря о том, что войны уничтожают человеческие жизни. Страдают и средства производства, и поля, и собранный урожай, и сельскохозяйственные животные, растет угроза эпизоотий и эпидемий. Войны, как правило, ведут к весьма значительным вынужденным перемещениям мирного населения, которое таким образом лишается источников средств существования, особенно в сельских районах. И их содержание ложится тяжким дополнительным бременем в тех районах или странах, которые их приютили.
Масштабные конфликты на Украине и Ближнем Востоке, конечно, оказали негативное влияние. Зерно, производимое в России и на Украине, служило основным импортируемым продовольствием в большинстве стран — это север, центр и юг Африки, страны Магриба, Турция, Египет. И естественно из-за военных действий торговые потоки нарушились. С одной стороны возникли физические сложности — с маршрутами доставки, с другой стороны юридические — из-за санкций против РФ. Российские урожаи последних лет очень трудно вывозить: есть физическая опасность судоходства. Значительно подорожал фрахт, страховка. Если представить, что сейчас в мире прекратились все вооруженные конфликты, то мы могли бы быстро встать на путь достижения цели 2 — ликвидации голода (одна из 17 целей устойчивого развития, установленных ООН в 2015 году. — Ред.) — если не к 2030 году, то хотя бы в обозримом будущем.
Продолжающиеся вооруженные разборки в Аденском заливе с хуситами тоже создают очевидную и острую угрозу безопасности судоходства, и многие страны вынуждены перенаправлять торговые потоки на другие маршруты. А каждая лишняя миля (зерно, в основном, перевозится морским путем) — это повышение стоимости, вопросы сохранности. Понятно, что в условиях войны работать труднее, чем в мирных.
— Как ФАО оценивает перспективы преодоления мирового голода?
— ФАО — не политическая и не политизированная организация. Мы занимаемся сугубо технической помощью. Даем площадку странам-членам для обсуждения вопросов сельского хозяйства, его развития, улучшения жизни людей, безопасности продовольствия. И, конечно, когда создавалась ООН и соответственно ФАО, которые в этом году отмечают 80 лет, отцы-основатели исходили из того, что будет прочный мир и в этих условиях будет обеспечено справедливое мироустройство, права человека и, прежде всего, доступ к таким базовым ресурсам, как вода и пища. Но мы не уклоняемся от работы в достижении этих целей. В 2021 году ООН провела Всемирный саммит по продовольственным системам, через два года был обзорный саммит, в этом году мы проводим второй обзорный саммит — в Аддис-Абебе, в столице Эфиопии, той страны, которая периодически фигурирует на карте голода.
Ну и мы, конечно, оптимисты и будем двигаться к своей цели. Потому что когда создавалась ФАО, население планеты немногим превышало 2,3 млрд человек. И после Второй мировой войны почти 800 млн голодали. Это одна треть населения. Сейчас голодают 735 млн, но с учетом роста населения планеты, это каждый 11-й человек, поэтому динамика позитивная. И я верю, что еще при жизни нынешних поколений голод канет в историю, так же как чума, холера и прочие напасти, которые преследовали человечество.
«Первый этап — не дать людям умереть с голода»
— Ближневосточный конфликт создал гуманитарную катастрофу в секторе Газа. И более 90% его населения находится в кризисной ситуации в плане продовольственной безопасности. Какими должны быть первые меры для преодоления этого кризиса, и сколько времени на это понадобится?
— Ситуация в Газе — это, пожалуй, самая масштабная и острая гуманитарная катастрофа, причем сконцентрированная на очень небольшой площади. И инфраструктура, и основные производственные мощности в секторе сельского хозяйства и рыболовства разрушены практически полностью. Поэтому сейчас всё население подсажено на иглу продовольственной помощи. И сейчас ООН осуществляет эту программу на ближайший квартал. Задача — обеспечить беспрепятственный доступ к помощи, которая идет через ограниченное число пунктов пропуска. Прокормить 2 млн человек, конечно, очень трудно. Причем есть разные пищевые потребности: у взрослого населения, пожилых, людей с хроническими заболеваниями, у детей, младенцев, кормящих матерей и беременных. Количество фур с гуманитарной помощью, пересекающих пункты пропуска на юге сектора Газа, исчисляется сотнями, а очередь скопилась на несколько тысяч. А в среднем фура везет 20 т продовольствия.
Первый этап — не дать людям умереть с голода, тем, кто получает минимум, улучшить рацион, чтобы поддерживать иммунитет и дать возможность человеку заниматься производством. И вторая параллельная задача — восстановление инфраструктуры: расчистка завалов, налаживание энерго- и водоснабжения. То есть цель 6 (Цель устойчивого развития. — Ред.) — чистая вода и санитария. На следующем этапе нужно обеспечить источники средств существования людей. Так как сократилось поголовье скота, птицы. Уничтожен весь небольшой рыбацкий флот, который, тем не менее, обеспечивал источники средств существования для рыбаков и членов их семей — это порядка 100 тыс. из более чем 2 млн населения. Недавно ФАО призвала страны-члены оказать содействие в ремонте и приобретении новых маломерных плавсредств для восстановления рыбного промысла.
Нужно восстанавливать рыночные каналы, а это требует финансов. Поэтому первоочередная задача гуманитарных агентств — это обеспечение донорских средств, такой конвейер. Во всем постконфликтном восстановлении есть стадия экстренной гумпомощи, а есть стадия восстановления и перевода на собственные рельсы. Вот чем скорее мы выйдем из кризиса и мировое сообщество начнет восстанавливать Газу, ее производственный потенциал, тем скорее ситуация перейдет в фазу урегулирования. Это дело не месяцев, счет идет на годы. Скорость зависит от реакции донорского сообщества и обеспечения внешних условий безопасности, потому что там нет мира, там есть перемирие. При самом благоприятном раскладе, два-три года — это реалистичный срок для восстановления нормального функционирования экономики.
— В развитии и тем более восстановлении сельского хозяйства большую роль играют удобрения. В этой связи хотелось бы затронуть тему российских минеральных удобрений, заблокированных в европейских портах. Речь идет о 100 тыс. т. Решается ли сейчас эта ситуация, и какие меры предпринимает ФАО для этого?
— Насколько мне известно, проблемой контактов и договоренностей с властями тех стран, на территориях которых находятся эти порты, занимается Всемирная продовольственная программа (ВПП). И никакой свежей информации по разблокировке у меня нет. Поэтому можно предположить, что здесь, к сожалению, вопрос заморожен.
ВПП занимается этими вопросами, так как имеет самый большой опыт в транспортной логистике. По сути, это одна из крупнейших логистических компаний мира. У нее есть и собственные суда, и зафрахтованные, и огромный автопарк, есть своя авиация. Поэтому с учетом тесных отношений России с ВПП и с точки зрения оперативности — а они привыкли работать в условиях аврала и кризисов — это было поручено Всемирной продовольственной программе.
«Средний индекс цен за 2024 год меньше индекса за 2023 год на 2,5%»
— 2023 год отметился снижением мирового индекса цен. Каковы итоги 2024 года, и в каких категориях продовольствия существуют основные риски?
— Тенденция 2024 года была разнонаправленной. У нас были и периоды роста. Причем значительно выше аналогичных периодов. ФАО измеряет помесячно стоимость корзины по пяти основным товарным группам: молочная продукция, мясная, сахар, растительные масла, зерновые. На протяжении 2024 года был зафиксирован достаточно приличный рост по молочной продукции, мясной и по растительным маслам, а стоимость той же пшеницы, зерновых, в это время падала. В итоге, средний индекс за 2024 год меньше индекса за 2023 год на 2,5%. Это достаточно существенная цифра. Самые высокие темпы были достигнуты в разгар пандемии, потом с начала военных действий на Украине — пик цен был в апреле. С тех пор этот индекс снижается. Рассчитываем на то, что тенденция снижения сохранится.
— На продовольственную безопасность негативно влияют в том числе климатические изменения. Какие страны или регионы находятся в зоне повышенного риска именно из-за этого фактора?
— Традиционно проблемными регионами в плане наводнения или засухи — как правило, эти стихийные бедствия сменяют друг друга — остаются Мьянма, Бангладеш, Пакистан. Как ни странно, это европейские страны: Польша, Германия, Венгрия, Италия, Франция — в последние годы там фиксируются весьма и весьма разрушительные наводнения. И это опять же влияет на урожай. То, что наводнения, например, в Италии совершенно вопиющие, так как погибло по европейским меркам огромное количество людей, говорит о том, насколько у нас все-таки недостаточно развита система предотвращения, информирования. Традиционно страдают от засухи Африканские страны, это зона Сахеля, Южный Судан, Сомали, Ангола, Мозамбик. Малые островные государства, особенно в Тихом океане, по сути беззащитны перед тайфунами и цунами. С учетом того, что средняя высота над уровнем моря достигает полуметра или метра, то практически каждый сильный шторм может полностью уничтожить всю инфраструктуру сельского хозяйства.
— А есть ли конкретные виды продовольствия, в том числе среди зерновых культур, которые могут в ближайшее время исчезнуть из-за климатических изменений?
— Ученые достаточно четко определили культуры, которые страдают от изменения климата, снижения уровня осадков. В первую очередь, это кукуруза, потому что повышение среднегодовой температуры на один градус в основных районах выращивания приводит к снижению урожайности на 7%. Достаточно чувствительная ситуация с зернобобовыми. В целом повышение температуры и, как следствие, уменьшение количества осадков сейчас расценивается как негативный фактор. При этом просо практически не нуждается в искусственном орошении, очень хорошо переносит засуху, прямые лучи солнца. Поэтому у этой культуры неплохие перспективы для выращивания в том числе в России. Традиционным ареалом были юг Поволжья и Забайкалье. Сейчас он расширяется, идя вверх по Волге в более северные регионы. Стоит отметить, что треть выращенного в России проса экспортируется, и этот товар пошлиной не облагается.
«Конечно, работать стало труднее»
— Влияет ли текущая турбулентная геополитическая обстановка на работу ФАО? Ощущаются ли трудности для российского отделения?
— Безусловно, как в международной организации широкого состава, в ней представлены все страны ООН. И среди них есть государства, которые достаточно резко критикуют российские действия на Украине. ФАО всегда отличалась атмосферой сотрудничества, у нас даже была традиция консенсуса, очень редко проводились голосования. Сейчас создается сильный негативный фон.
В ФАО работают граждане практически всех стран мира. Понятно, что международный служащий, как мы говорим, не имеет гражданства, и статья 100 Устава ООН прямо указывает, что в своей работе сотрудники системы ООН не могут получать указания ни от одного государства, ни от руководства с позицией своего государства. Тем не менее, они остаются гражданами своих стран. И мы это иногда ощущаем. С коллегами из тех стран, которые сейчас резко критикуют Россию, более сдержанные отношения. Конечно, работать стало труднее. Но надо сказать, что профессионализм здесь все-таки преобладает.
