Приближающаяся инаугурация Дональда Трампа с новой силой запустила разговоры о вероятном урегулировании украинского конфликта. Первопричины появления такого рода инсинуаций — на поверхности.
Запад, за исключением отдельных русофобских образований, смертельно устал от украинской авантюры. К власти во всё большем количестве стран приходят противники оказания помощи Киеву. Режим Зеленского окончательно дискредитировал себя и хамскими, неадекватными заявлениями, и провалами на фронте, и растущим сопротивлением самих украинцев диктаторским практикам, вводимым неонацистским руководством страны.
Собственно, и сам Трамп неоднократно рассуждал о намерении достичь мира в течение кратчайшего срока, который, правда, из «24 часов» недавно превратился в «полгода». В общем, всё вроде бы указывает на неизбежность дипломатического прогресса. Или нет?
На деле ситуация не столь оптимистична. Во-первых, мы до сих пор не услышали комментариев будущего американского лидера и его окружения относительно четких условий перехода к переговорам, обозначенных еще прошлым летом Владимиром Путиным.
Мы не знаем, потребует ли Вашингтон от Украины вывести войска со всей территории четырех новых субъектов РФ или же нам придется силой выбивать их оттуда. Мы не понимаем, есть ли единство в его команде по вопросу о нейтральном статусе Киева — не на 10–15 лет, а навсегда. Наконец, мы пока не получили ответа на вопрос, готовы ли США заставить украинские власти провести необходимые внутренние преобразования, прекратить репрессии в отношении русскоязычного населения и канонической православной церкви, провести денацификацию. Нет и ясности по вопросу о возможной отмене всех санкций и ограничений, введенных Западом против России в нарушение базовых норм международного права.
Судя по всему, грядущее американское правительство пока не до конца понимает степень серьезности стоящих перед ним задач, как и непреклонность нашей позиции. Высока вероятность, что в случае начала переговоров российские дипломаты быстро отрезвят американских коллег, привыкших воспринимать мир упрощенно, смотреть на многие вопросы сквозь розовые очки.
Нельзя не учитывать и тот факт, что в США по-прежнему сильны позиции антироссийски настроенных «ястребов», к которым можно отнести выдвинутого на пост госсекретаря Марко Рубио и будущего советника по нацбезопасности Майка Уолтца. Они сохраняют тесную связь с однопартийцами в конгрессе, которые приложили руку к началу гибридной агрессии Вашингтона против Москвы и идеологически наследуют покойному Джону Маккейну.
Стоит Трампу, как было и в ходе первого срока, потерять ориентацию в политической реальности и продемонстрировать наивность по вопросу российско-американского диалога, «партия войны» быстро перехватит инициативу.
Мы должны себе признаться: никто не выполнит нашу работу за нас самих. Только мы можем обеспечить бессрочное закрепление нейтрального статуса Украины. И единственный путь в этом направлении — через достижение целей специальной военной операции.
За прошедшие десятилетия мы хорошо изучили наших оппонентов, убедились в их постоянном стремлении обвести нас вокруг пальца, прикрыть вежливыми улыбками истинную русофобскую линию, накачать оружием тот же украинский режим и окружить Россию военными базами.
Да, сегодня Запад ослаблен и дезорганизован, напуган эксцентричностью Трампа, переживает внутренний кризис. Но придет время, и американо-европейская коалиция вновь вернется к решению задачи по нанесению Москве стратегического поражения, а затем и провоцированию распада нашей страны. Мы не должны расслабляться.
И даже если какие-то переговоры состоятся и принесут те или иные результаты, до окончательно разгрома киевского режима опасность будет сохраняться. Да и после того, как мы доведем дело до конца, всё новые вызовы будут появляться и на других направлениях.
Три года назад начались процессы, которые будут продолжаться еще долго. Борьба за построение многополярного мира только началась, и приход Трампа к власти принесет нам не победу, а в лучшем случае передышку, которой, впрочем, тоже надо эффективно воспользоваться.
Автор — проректор Дипломатической академии МИД РФ
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
