Премьер канадской провинции Онтарио Даг Форд на днях сообщил, что готов прекратить поставки электроэнергии в США в ответ на введение тарифов со стороны новой президентской администрации. Помимо этого, чиновники Онтарио рассматривают целый ряд других мер — недопуск американских компаний к закупкам на уровне штата, запрет на экспорт редких металлов, ограничение импорта алкоголя из соседней страны. Всё это реакция на угрозы избранного американского президента Дональда Трампа ввести тариф в 25% на все канадские товары.
Если провинция Онтарио решила сыграть с Трампом в игру на повышение ставок, то провинция Альберта пытается устранить формальную причину претензий Трампа, а именно — недостаток контроля над миграцией и наркотрафиком. Премьер Альберты Даниэлла Смит объявила о создании нового патрульного пограничного отряда, включающего 51 служащего, четырех собак и несколько дронов для наблюдения. Поскольку сейчас границу с соседним американским штатом Монтана охраняют всего шесть человек, этот шаг — значительное увеличение патрульных сил Альберты.
Пикантность ситуации в том, что обе провинции возглавляют канадские консерваторы, которые в теории должны испытывать больше симпатии к Трампу, чем доминирующая на национальном уровне Либеральная партия и ее лидер Джастин Трюдо. Почему же канадские консерваторы считают нужным отреагировать на инициативы Трампа и почему делают это настолько по-разному?
Прежде всего канадские политики либерального и консервативного толка прекрасно помнят канадско-американскую тарифную войну начала 30-х годов прошлого века. После повышения американских тарифов на импорт в 1930-м Канада обложила примерно треть объема совместной торговли ответными пошлинами. Это решение усилило кризисные тенденции в период Великой депрессии, но важнее политические последствия: два правительства подряд проиграли общенациональные выборы.
В наши дни турбулентность в Канаде еще опаснее для основных политических сил, чем в прошлом веке: двухпартийная система постепенно размывается, и растет влияние Новой демократической партии — структуры социал-демократического толка. И в Онтарио, и в Альберте — у новых демократов уже вторая по численности фракция в парламентах провинции, и им турбулентность может дать шанс выйти на национальный уровень. Понимая долгосрочные тенденции, премьер провинции Британская Колумбия — новый демократ Давид Эби — в своем выступлении обещал поддержать «любые» ответные меры в отношении тарифов США.
Для консерваторов принципиально важно сохранять публичную активность по этой теме, обостряя риторику, но не реальное противостояние. Однако способы достижения этой цели напрямую связаны с идеологией. Канадский консерватизм находится под мощным влиянием процессов в США и с некоторой задержкой заимствует идеи близкой по духу Республиканской партии. В 90-е годы прошлого века канадские консерваторы совершили «революцию здравого смысла» и фактически заимствовали идеи рейганомики с ограничением расходов государства и снижением налогов. В 2000-е канадский консерватизм стал «социальным», включил в себя христианскую риторику администрации Буша-младшего и яростно выступил против разрушения общепринятых структур общества (семьи, гендера, религии). С избранием президента Трампа в 2016-м стало только вопросом времени, когда и как канадский консерватизм воспроизведет новые веяния.
В вопросе новых тарифов США часть канадских консерваторов выступает с позиций идей «здравого смысла» и снижения вмешательства государств в свободную торговлю. В их числе и руководитель провинции Альберта Даниэлла Смит. Другая часть во главе с премьером Онтарио Дагом Фордом пытается найти ответы в духе самого Трампа, отдавая приоритет национальной экономике и ее отдельным отраслям, а не сложной системе связей между двумя странами. Однако вряд ли потенциальные канадские трамписты станут союзниками новой администрации США.
С точки зрения самого Трампа, более комфортные партнеры — как раз «старые» канадские консерваторы, которые готовы к уступкам во имя общих экономических интересов. Более того, провинция Альберта в иерархии приоритетов нового президента США стоит важнее Онтарио. В Альберте добывают нефть, экспорт которой помогает снизить зависимость от ближневосточных поставщиков. Напротив, в Онтарио находятся крупные автомобильные производства, которые конкурируют с американскими. Во время первого срока Трампа администрация США уже делала попытку подорвать автомобилестроение соседей, заложив в новое соглашение о свободной торговле условие о минимальной оплате труда в отрасли, которая была слишком высокой для канадских реалий.
Косвенно в пользу умеренных канадских консерваторов также свидетельствуют история и география. За последние 100 лет лидерами консерваторов преимущественно были выходцы из западных малонаселенных провинций, в которых большинство населения занималось сельским хозяйством или добычей полезных ископаемых. Два консервативных политика из провинции Альберта даже были премьер-министрами Канады (Ричард Беннет и Джо Кларк). Ситуация изменилась только в 80-е годы прошлого века, когда премьер Брайан Малруни сделал ставку на густонаселенные провинции на востоке и в центре страны.
То есть перспективы потенциальных трампистов из Онтарио не так радужны: оригинальный трампизм опирается на сельское население и на «забытых» людей, а не на избалованное население мегаполисов и постиндустриальных городов. Поэтому переход консерваторов Канады к идеям Трампа потребует переноса центра идеологического тяготения из Онтарио и Британской Колумбии далеко на запад, в том числе в Альберту. В этом есть не только возможности, но и риски — утрата присутствия в густонаселенных провинциях может снизить влияние консерваторов на общенациональном уровне. Более того, новое «освоение Запада» столкнется с мощным противодействием новых демократов, которые частично позаимствовали консервативную социальную повестку.
Так или иначе, тарифные угрозы Трампа заставляют канадских консерваторов искать свое место — и на карте страны, и в идеологической системе координат. Тот факт, что к этому подтолкнули угрозы, а не действия, лишний раз демонстрирует, насколько тесно связаны США и Канада и насколько мало маневра у политиков последней.
Автор — доцент кафедры политической теории МГИМО МИД России, кандидат политических наук
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
