Семья из ДНР рассказала о своем спасении из Дзержинска
Пункты временного размещения (ПВР) в Донецкой Народной Республике (ДНР) продолжают принимать переселенцев из городов и сел, перешедших под контроль российской армии. Один из таких пунктов находится в общежитии в городе Енакиево, сейчас здесь разместились более 100 человек.
10-летняя Катя, пятилетний Игорь, их мама Аня и бабушка Люба Карасевы прибыли из Дзержинска (украинское название — Торецк), города, за который пятый месяц идут бои. Выбраться из зоны обстрелов им удалось чудом. Правда, повезло не всем: если в июне, в начале сражения, Карасевых было шестеро, то теперь осталось четверо.
«22 июня украинская сторона закрыла город. Тогда же начались тяжелые бои. Мы жили в частном секторе, прятались в подвале. Через неделю, когда стало совсем невмоготу, перебрались в один из пятиэтажных домов по соседству, под защиту бетонных стен, там казалось безопаснее. С нами были мой муж и сын Вадик. А 4 июля украинский снайпер убил Вадика — через окно, в висок. Ему было 32 года. Он так и остался там, завернутый в одеяло, на этажах, не похороненный», — рассказывает бабушка Люба.
На следующий день стрелок взял на мушку уже саму бабушку и прострелил ей руку: пулей перебило кость и лучевой нерв.
«6 июля в дом зашли русские штурмовики. Они сказали: «Вам здесь оставаться нельзя!» Но и вывести нас из города сразу не могли — всюду дроны. Сопроводили до ближайшего блиндажа. Там бабушке врач оказал первую помощь. Под землей вместе с бойцами мы провели восемь дней», — продолжает невестка Аня.
Воды в запасе было мало, и ее, совсем как в катакомбах Брестской крепости в 1941 году, военные отдавали в основном малышам, а остальное делили едва ли не по глоткам.
Там же, под землей, всех — и гражданских, и военных — накрыло фосфорным снарядом. Украинский беспилотник забросил его точно в отдушину убежища. Пострадали все, кроме маленького Игоря. Дедушку парализовало, через несколько дней он скончался.
Дальше была Ясиноватая — первый свободный вздох после долгой страшной дороги, затем Енакиево. Полтора месяца бабушка Люба провела в больнице: три пальца на руке уже действуют. Игоря удалось устроить в детский сад, Катю — в школу, где она стала осваивать программу на русском языке. Сердобольные местные жители помогли одеждой, посудой.
Подробнее читайте в эксклюзивном материале «Известий»:
