Общественный запрос

Уровень поддержки Владимира Путина по итогам президентской кампании превысил прогнозы большинства социологических центров, а распределение голосов среди других кандидатов снова подтвердило: опора на устойчивое дисциплинированное электоральное ядро и долгосрочная работа с общественно значимой тематикой может иметь более выраженный эффект, чем активное вхождение в медиаповестку «на короткой дистанции».

Попытки радикальной оппозиции и внешних игроков внести дестабилизирующие элементы в ход голосования могли стать дополнительным фактором мобилизации избирателей и поддержки президента колеблющимся электоратом. Укрепление патриотической консолидации в условиях новых вызовов в сфере безопасности (включая усиление организованных Киевом атак с применением БПЛА по объектам в российских регионах), а также четко сформулированная президентом позитивная социальная повестка в сочетании со стилем «спокойной силы», которого традиционно придерживается Владимир Путин, стали драйверами существенно более результативного объединения граждан вокруг главы государства, чем это ожидалось на последних этапах кампании. А сдержанная реакция властей на оппозиционную кампанию «Полдень против Путина» привела к тому, что эта акция скорее дополнительно сработала на встраивание либеральных избирателей в системное политическое поле.

Результаты выборов подтвердили прогнозы АПЭК о расстановке кандидатов по уровню поддержки (Владимир Путин — Николай Харитонов — Владислав Даванков — Леонид Слуцкий). Анализируя предвыборную ситуацию, мы исходили из того, что нельзя недооценивать надежность ядерного электората КПРФ, поддержка которого стала основным фактором выхода на второе место Николая Харитонова. Наличие твердых сторонников позволило КПРФ снизить риски, связанные с выдвижением кандидата, который незадолго до этого решения не рассматривался в качестве вероятного претендента на участие в кампании от коммунистов.

Леонид Слуцкий, партия которого ранее выступала активным конкурентом КПРФ по работе с социальной повесткой и борьбе за влияние в ряде регионов (включая Дальний Восток, Север, Центральное Нечерноземье), не сумел результативно выстроить работу в ходе кампании. Преимущественная ставка Слуцкого на отсылки к памяти Владимира Жириновского не могла компенсировать отсутствие сформировавшегося образа действующего лидера ЛДПР. АПЭК, готовя предвыборный прогноз, учитывало это.

Владислав Даванков смог опереться на активные отделения «Новых людей» в некоторых регионах (например, в Якутии), а также на поддержку ряда популярных в либеральной среде медийных фигур, что сработало на его результат в крупных городах, некоторых вузовских центрах, а также на ряде зарубежных избирательных участков. Слабой стороной Даванкова стала его ограниченная узнаваемость в значительной части регионов.

Во время президентской кампании наблюдалось сужение географии ярко выраженного протестного голосования. Так, из традиционно выделявшегося дальневосточного кластера была выведена Якутия: в 2018 году уровень поддержки Владимира Путина здесь был самым низким по стране (64,38%), а в 2024-м вышел на уровень несколько выше среднего (87,79%). В южносибирском кластере стал менее ярко выраженным уровень оппозиционных настроений — например, в Алтайском крае (рост поддержки президента с 64,66% в 2018 году до 84,88% в 2024-м).

Восходящий тренд затронул также уровень поддержки главы государства в целом ряде индустриальных регионов, что, несомненно, связано с приоритетным вниманием Владимира Путина к вопросам промышленного развития, поддержке рабочих и решению экологических проблем этих субъектов, а также с эффективной работой региональной власти. Например, в Челябинской области поддержка президента по сравнению с 2018 годом выросла с 73 до 84,32%, в Самарской — с 75,82 до 86,76%.

Очень заметен рост поддержки главы государства в Москве — с 70,87% шесть лет назад до 85,13% сегодня. Среди причин такого тренда — постоянная работа президента с московской повесткой, но кроме этого — укрепление доверия москвичей к системе власти в целом. Это стало возможным благодаря стратегии управления городом, реализуемой мэром Сергеем Собяниным. Этот курс предполагает сопряжение интенсивного инфраструктурного и промышленного развития города с реализацией масштабных социальных программ.

Ставка оппозиционных партий почти исключительно на «нишевую» повестку существенно сокращает их возможности в условиях вовлечения в избирательный процесс более широкой и менее политизированной общественности — прежде всего благодаря ДЭГ. Рекордная явка на прошедших президентских выборах (77,44%) наряду с размыванием масштаба протестного голосования развивает тренды, уже обозначившиеся ранее, — в том числе на выборах в крупных городах, в свое время считавшихся «сильным звеном» для оппозиции. В новых условиях оппозиционным игрокам понадобится кадровая перезагрузка для выдвижения других публичных фигур, способных работать не только с электоральным ядром.

Однако итоги президентской кампании ставят задачи не только перед оппозицией, но и перед властью, получившей серьезный кредит доверия. Разработка подробной дорожной карты нового президентского срока Владимира Путина, стартовавшая еще в конце 2023-го — начале 2024-го (при подготовке послания Федеральному собранию и во время рабочих поездок президента в регионы) наверняка продолжится в ближайшие месяцы. Такая работа должна стать реакцией на общественные запросы, на которых уже акцентировал внимание Владимир Путин. Прежде всего, речь идет о сохранении баланса между принципом социальной справедливости и курсом на интенсивное экономическое развитие, масштабном кадровом обновлении и сохранении опытных управленцев в системе власти.

Ответы на эти вопросы должны стать предметом дискуссии в политической и экспертной среде. Необходимо понимать национальные цели на перспективу 2030–2040-х годов. Именно об этом горизонте планирования неоднократно говорил президент.

Автор — генеральный директор Агентства политических и экономических коммуникаций

Позиция редакции может не совпадать с мнением автора