В период кризиса долгосрочные тренды в глазах общественности часто отходят на второй план, притом что именно они приводят к тектоническим изменениям в мировом порядке. Обрушение архитектуры безопасности в Европе отвлекло внимание от внешней политики Евросоюза на других направлениях. Надежды, которые внешними наблюдателями связывались с укреплением его «стратегической автономии», уступили место разочарованию от возвращения трансатлантической солидарности.
Эти тенденции, однако, принципиальны для азиатской политики Брюсселя. Восприятие проблем в отношениях с КНР усугублялось в 2019–2021 годы и привело к ответным шагам с европейской стороны, наиболее зрелым из которых представляются «открытые» в декабре 2021-го «Глобальные ворота», позиционируемые как альтернатива китайской инициативе «Один пояс, один путь» (ОПОП). В случае оформления общей конфронтационной позиции США и ЕС по отношению к КНР она может стать важным инструментом противостояния.
Одним из факторов политизации когда-то «стратегического партнерства» Брюсселя и Пекина стало развитие ОПОП в Центральной и Восточной Европе, в Средиземноморье. Китай проявил интерес к концессиям в портах Пирей (Греция), Триест, Генуя, Венеция (Италия), Барселона, Валенсия, Альхесирас (Испания), Риека, Задар (Хорватия) и Копер (Словения). Планировались также проекты развития наземных маршрутов ОПОП. Выходить на европейские рынки китайские компании China State Grid, Forsun, China Three Gorges и другие пытались и в смежных инфраструктурных отраслях — строительстве электросетей, станций выработки возобновляемой энергии, добыче полезных ископаемых.
Не везде китайским компаниям, в первую очередь логистам COSCO и CCCC, удалось закрепиться, а единственной железной дорогой, строительство которой идет, остается Будапешт — Белград, но перспективы сетевого присутствия китайского капитала обеспокоили ЕС. Попытки контролировать ситуацию предпринимались сначала реактивно: было ужесточено внутреннее законодательство по тендерам и инвестициям, инициирован иск Еврокомиссии против строительства венгерского участка железной дороги, оказывалось давление на национальные правительства. Далее последовали закономерные попытки сформулировать собственное видение развития региональной связанности на территориях общего интереса с КНР: стратегия по соединению Европы и Азии 2018 года и стратегия по Индо-Пацифике 2021-го.
«Глобальные ворота» разработали практические форматы воплощения этих концепций в жизнь. Отличия европейского механизма содействия региональной связанности от азиатского лежат в нормативной, функциональной и финансовой плоскостях.
Нормативные принципы «Глобальных ворот» — это стандартный европейский набор: учет ценностей, технологические и этические стандарты нового поколения, прозрачный характер распределения финансовой поддержки, равные условия для участников проектов. Перечисление достаточно абстрактных понятий носит сигнальную функцию: ЕС закрепляет в дискурсивном поле свою готовность балансировать с США против КНР в поддержку мирового порядка, «основанного на правилах».
Содержательное наполнение проектной корзины «Глобальных ворот» тоже отличается от ОПОП. Китайскую инициативу принято ассоциировать в первую очередь с жесткой инфраструктурой, в то время как ЕС готов также предоставлять финансирование проектам в области зеленой энергетики, цифровых коммуникаций, образования и науки, экономического сотрудничества. Такая постановка вопроса позволяет «перепрошить» под новую инициативу элементы помощи развитию (традиционный формат работы в Азии и Африке) и проекты в рамках других программ ЕС, в том числе европейской политики соседства, получив при этом имиджевые дивиденды.
Наиболее существенное отличие же касается финансирования. «Хитрость» ОПОП заключается в предоставлении займов китайскими банками под проценты, тратить которые можно на наем китайских подрядчиков и оборудование. Адаптировав свои инструменты финансирования, ЕС предлагает форматы грантов, льготное кредитование и привлечение государственных и частных инвесторов под гарантии союза по модели программы Team Europe.
То есть формат финансирования определяется индивидуально для каждого такого проекта. Ожидается, что в 2021–2027 годы таким образом будет мобилизовано €300 млрд. Соответственно, европейский подход в отличие от китайского страхует реципиента от невыполнения проекта в случае невозможности погасить долг и допускает возможность привлечения внутреннего капитала и рабочей силы стран-реципиентов.
Таким образом, даже если новизна не всех проектов «Глобальных ворот» самих по себе принципиальна, а выделенные средства не всегда дополняют ранние, но перераспределяются из инициатив-соседей по бюджету, структурное значение имеет комплексность подхода к реализации социально-экономических по содержанию, но геополитических по своей задаче «Глобальных ворот». В случае успеха проект может навязать системную конкуренцию ОПОП и внести дополнительный конфронтационный элемент в отношения между Западом и Китаем.
Автор — эксперт клуба «Валдай», программный менеджер Российского совета по международным делам
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
