В ближайшее время нашей стране необходимо восстановить функционирование особенно важных отраслей, обновить производственные ресурсы предприятий, наладить выпуск товаров и комплектующих. Для этого бизнесу нужны деньги, главный источник получения которых — длинные банковские кредиты. Еще в сентябре на Московском финансовом форуме глава ЦБ Эльвира Набиуллина отметила необходимость сделать долгосрочное проектное финансирование более доступным для предприятий. С ней согласны и финансисты, и сам бизнес.
Для этого банкам нужна стабильная долгосрочная депозитная база — вклады населения на срок 3–5 лет. По оценке Банка России, на 1 августа 2022 года на срочных депозитах физлиц было размещено около 20,3 трлн в рублях и 4,3 трлн в валюте. Можно уверенно предположить, что доля долгосрочных вкладов невелика: горизонт планирования для большинства людей сегодня ограничен в лучшем случае несколькими месяцами. При этом по действующему законодательству вкладчик имеет право в любой момент снять свои деньги.
Регулятор и Минфин предложили стимулировать привлечение долгих денег с помощью введения долгосрочных безотзывных депозитов со страхованием всей суммы вклада, а не только 1,4 млн как сейчас, то есть если клиент откроет вклад на срок более трех лет, то он сможет вернуть 100% своих средств. Чтобы «обездвижить» имущество вкладчика, то есть не дать ему в любой момент забрать свои деньги, банки должны изменить договорную базу. Однако новая норма будет противоречить Гражданскому кодексу, в котором сказано, что банк обязан вернуть вкладчику любую сумму в пределах размера его вклада по первому требованию. Любые же условия договора, прописывающие отказ гражданина от права на получение срочного вклада до истечения срока, ничтожны (ст. 837 ГК РФ).
В случае внесения поправок возникнет и этическая проблема: вкладчик, разместивший деньги на год и планирующий последующую пролонгацию, оказывается не равен в правах с вкладчиком, разместившим деньги сразу на более долгий срок. Первый в случае проблем получает от АСВ только 1,4 млн рублей, второй — больше. Нововведения не будут эффективными, поскольку от второго вкладчика потребуется полный отказ от прав на свое имущество на весь срок длинного депозита, а это может сильно его напугать.
С февраля этого года пользователи лишены возможности анализировать банковскую отчетность. Возникло то, что называется асимметричностью информации: банк знает о своем клиенте все, в то время как клиент не знает о банке ничего. И задача АСВ -— обезопасить людей, у которых нет доступа к отчетности.
Какие шаги можно предпринять, чтобы все-таки дать банкам доступ к длинным розничным пассивам, не нарушая Гражданский кодекс и права вкладчиков?
Во-первых, увеличить общую сумму лимита страхования любых депозитов граждан до 3 млн рублей, как планировалось весной этого года. Такое решение успокоило бы граждан гораздо лучше, чем дифференцированные гарантии их остатков и ограничение в правах. Кроме того, исчезла бы необходимость «ломать» устоявшиеся отношения с Гражданским кодексом.
Во-вторых, полностью отменить обязательные резервы по долгосрочным остаткам. Этот инструмент уже существует как механизм регулирования банковской ликвидности, и ЦБ может применять его без оглядки на законодательство. Сегодня банки обязаны перечислить в ЦБ определенную часть от суммы остатков на депозитах. С 1 августа регулятор повысил для банков эти нормы до 3% от рублевых остатков и до 5% от суммы валютных средств, в планах — повышение с января 2023-го до 4 и 7%, а с июня 2023-го — до 5 и 8% соответственно. То есть сейчас, когда клиент приносит в банк 100 рублей по ставке 6% годовых, 3 рубля этот банк перечислит ЦБ на бесплатной основе. Следовательно, для банка ставка начисляемого вкладчику процента будет выше (6,2%). Сейчас банки начали повышать ставки по длинным депозитам, а при отмене обязательных отчислений могли бы предложить вкладчикам более выгодный процент на продолжительные сроки по сравнению с короткими и закрепить свою долгосрочную ликвидность.
Третье решение — это распространение гарантий страхования средств на остатки населения на брокерских счетах. Средний чек частного инвестора сегодня ниже 500 тыс. рублей по сравнению с 1,28 млн в прошлом году: клиенты ушли. Люди боятся инвестировать на фондовом рынке без всяческих гарантий, а ведь потенциально это реальный шанс для компаний привлечь средства надолго.
Многократно сегодня звучат предложения ослабить регулирование пенсионных фондов, с тем чтобы они могли оперировать средствами пенсионной накопительной части населения и вкладывать их в более рисковые инструменты. Однако не лучше ли гражданам предоставить право самим решать, что делать с их законной пенсией? Но тогда совершенно очевидной становится необходимость поддержать частного инвестора, дать ему некие гарантии возвратности его средств.
Если же с этими решениями помедлить, не принять в расчет ожидания населения или ограничить его в правах, то задачу ускоренной структурной перестройки экономики и отечественных производств с участием частного капитала будет выполнить сложно, если не невозможно.
Автор — преподаватель финансовых дисциплин РАНХиГС
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
