Специальная военная операция на Украине резко изменила всю конфигурацию взаимоотношений между странами региона. Как известно, последнее десятилетие Польша пыталась стать в нем лидером, это проявлялось во всё большей активности на внешнеполитическом треке, достаточно динамичном экономическом развитии (по сравнению с многими другими странами ЕС) и наращивании военно-стратегического потенциала.
В свою очередь за последние восемь лет Украина стала для Польши очень выгодной ресурсной базой. Из этой страны направлялись на заработки в Польшу квалифицированные специалисты с гораздо меньшими финансовыми запросами, чем у польских граждан. В Польшу поставлялся необработанный украинский лес, продукты питания и много другое. Тут даже можно вспомнить, что Украина в начале конфликта в Донбассе уголь уже из ДНР и ЛНР также экспортировала в Польшу.
Для Польши Украина — это территория и население, на которые традиционно претендовала эта страна. Если вспомнить историю взаимоотношений украинского и польского народов, то можно увидеть очень интересные закономерности и повторяющиеся на разных этапах истории события. Во-первых, поляки на протяжении всей истории относились к украинцам как к «младшим партнерам», и это очень мягко сказано. Во-вторых, Малороссия (Украина) считалась в политической элите Польши в течение нескольких столетий территориями, которые по историческому праву принадлежат Польше (тут, конечно, следует вспомнить казацкие восстания, русско-польские войны, веками проходившие на землях современной Украины). В-третьих, западноукраинский регион Галиция до сих пор считается в значительной среде политической элитой в Варшаве территорией, незаконно отторгнутой от польского государства. В-четвертых, в польской геополитической литературе XIX–XXI веков украинские земли непременно фигурируют как часть проектов, в которых Польша играет доминирующую роль. В-пятых, Украина среди многих польских интеллектуалов и политических деятелей воспринималась и воспринимается как арена противостояния с Россией.
В этих условиях закономерным выглядит та роль Польши, которую она пытается отыгрывать в контексте специальной военной операции России на Украине. А именно — роль передового фланга западной цивилизации в противостоянии с Россией. Исходя из этого и инициативы польского руководства традиционно выглядят наиболее радикальными из всех, что выдвигаются в странах ЕС и НАТО.
С начала конфликта на территорию Польши выехало порядка 3,4 млн граждан Украины. В настоящий момент украинцы могут легально находиться на территории Польши 18 месяцев, при желании остаться там им предоставляется временный вид на жительство, который в будущем даст право находиться в стране три года. Также граждане Украины могут пользоваться государственными услугами, системой здравоохранения, образовательной системой. Предоставляются равные права с поляками на ведение бизнеса.
В виде «зеркальной» реакции Владимир Зеленский анонсировал предоставление гражданам Польши особого правового статуса на территории Украины. МИД уже в процессе подготовки законопроекта, который будет регулировать эту инициативу.
На первый взгляд подобная реакция оправдана и закономерна, но, если посмотреть на стратегические перспективы, следует отметить ее важное значение для будущего украино-польских отношений.
Во-первых, это, по сути, «мягкая» интеграция Украины в Европейский союз без формального присоединения, которого так опасаются Франция и Германия. Во-вторых, это фактическое предоставление гражданам Польши эксклюзивных возможностей для ведения бизнеса с Украиной и на Украине (в нынешних условиях это означает передачу в концессию Польше целых отраслей украинской экономики). В-третьих, это уже реальное геополитическое наступление Польши, за которым неизбежно последуют более амбициозные притязания на территории и города Украины.
Перечитываем незабвенного «Тараса Бульбу» и ожидаем новых горячих точек на карте мира.
Автор — директор Института миротворческих инициатив и конфликтологии, доцент Финансового университета при Правительстве РФ
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
