«Теперь придется набивать новую татуировку»
Серебро сборной России в командных соревнованиях по прыжкам в длину — пока самая сенсационная награда для нашей команды на проходящих в столице Китая Играх. До этого момента Россия никогда не завоевывала олимпийские медали в этой дисциплине. Последний раз это сделал только советский спортсмен: Владимир Белоусов выиграл золото Олимпиады-1968 в Гренобле. Сборная России, 7 февраля в Пекине-2022 набравшая в сумме 890,3 балла, уступила лишь Словении (1001,5). Третье место заняла Канада (844,6).
В составе нашей команды выступали Ирма Махиня, Ирина Аввакумова, Данил Садреев и Евгений Климов. Причем двое из этой команды — Махиня и Садреев — недавние школьники. Ирме — 19 лет, Данилу — 18. А Евгений Климов еще восемь лет назад, в Сочи-2014, выступал в другой дисциплине — двоеборье. Особая история и у Аввакумовой. Игры в Пекине стали для нее третьими в карьере. На Олимпиаде-2014 Ирина заняла только 16-е место, а через четыре года поднялась на 12 позиций. В Китае 30-летней спортсменке, многократной чемпионке России, а также призеру и победителю этапов Кубка мира наконец-то удалось добраться до медалей. По прилете в Москву уроженка Ленинградской области дала интервью «Известиям».
— Историческая серебряная медаль — это очень круто! Как вы чувствуете себя сейчас?
— Как призер Олимпиады! Сейчас я устала: очень долгий перелет, сборы. Всё это нервно. Хочется немного отдохнуть.
— Ради этого момента возвращались в большой спорт (Ирина брала годовую паузу в карьере после Игр-2018)?
— Я уходила ради этого. Мне нужен был перерыв, чтобы скинуть с себя четвертое место в Корее. Всё не зря. Теперь, видимо, придется набивать новую татуировку, такие события просто так не проходят.
— Была странная история с костюмами. Объясните, что произошло, мы не понимаем (судьи сняли с турнира двух норвежек, немку, японку и австрийку).
— У нас есть правила. Если обхват руки 18 см, то комбинезон может быть максимум 22 см. Если он больше, это нарушает правила. Каждый сантиметр — примерно 3 м длины. Комбинезон как парашют — купол надувается. Это как допинг.
— Это страшное слово.
— По сути, получается, что ты выступаешь на соревнованиях нечестно.
— Тяжело всегда думать о таких нюансах?
— Я немножко запереживала, когда одну спортсменку за другой стали дисквалифицировать. Но потом поняла — что мне переживать? У меня же всё хорошо.
— Перед Олимпиадой ваши слова про отдельный самолет для хоккеистов взорвали медиа («Столько понтов. Это неуважение к остальным»).
— Это неправильно. Все вместе должны быть, приехали делать одно дело. После стартов сидели пять дней в Пекине, мы же не просили отдельный самолет. Так неправильно.
— До Олимпиады вы могли представить, что вернетесь с серебряной медалью?
— Плох тот солдат, который не хочет стать генералом. Конечно, мы работали над тем, чтобы взять медали. Не могу сказать, что в этом сезоне я хорошо выступала. Попадала в двадцатку, но не более того. Но мы с тренером так строили подготовку, чтобы подойти к максимальному уровню именно к Пекину.
Однажды у меня спросили, чем Олимпиада отличается от того же Кубка мира. Я ответила, что на Кубок мира мы приезжаем несколько раз в год, а сюда — один раз за четыре года. Тут всё по-другому. И ты прыгаешь иначе, выходишь на старт с другими мыслями. Теперь нужно переварить это всё, нужно какое-то время. Такого ведь никогда не было, если говорить о командных прыжках.
— Теперь ждем от вас золото Игр-2026 в Милане?
— Ой, дайте в себя прийти. Такого давно не было. А в миксте — никогда. Я вам скажу «по чесноку». Когда их впервые включили, один парень из команды сказал: «Что? Да я никогда не буду прыгать с девочками». Прошло время, и у нас результаты подросли, а у мальчиков сильно упали. И одна из девушек говорила: «Да я не буду с ними прыгать!» А сейчас сошлось всё!
— В целом как оцените для себя Игры?
— На отлично!
