Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Визит президента России Владимира Путина в Индию к премьер-министру Нарендре Моди завершился подписанием 15 различных соглашений и Совместным заявлением, состоящим из 99 пунктов. Помимо того, что стороны подтвердили «свою приверженность особо привилегированному стратегическому партнерству и подчеркнули, что эти важные отношения между Россией и Индией как крупными державами с общей ответственностью продолжают оставаться опорой глобального мира и стабильности», лидеры также отметили важность двустороннего взаимодействия в целом ряде крупных сфер. Среди них — военно-техническое, научно-техническое, энергетическое, экономическое сотрудничество, кооперация в области образования, культуры, туризма, мирного атома и космоса и так далее.

«Как Вы думаете, почему Владимир Путин посещает Индию именно сейчас и планирует встретиться с Нарендрой Моди именно в таком формате — «два плюс два»? Это же, наверное, какой-то российский сигнал Вашингтону?» — спросил меня месяц назад индийский друг-журналист.

Индийцы, как и мы, любят различные сигналы, включая невербальные. Мы используем их в повседневной жизни, чтобы продемонстрировать окружающим, довольны мы или нет их поведением, нашим внутренним состоянием или погодой на улице: приподнятая бровь, саркастическая улыбка, намекающее покашливание. Взаимодействие между странами в этом случае мало чем отличается от отношений между людьми: правительства также привычно посылают друг другу сигналы самого разного свойства — от внезапных учений у границ до визитов на самом высоком уровне.

Нынешний визит Владимира Путина в Индию тоже можно рассматривать как сигнал — только не Вашингтону, а самой Индии. В условиях жестких ограничений, когда страны пытаются как можно сильнее отгородиться друг от друга, чтобы не пустить через границы новый штамм «Омикрон», президент летит в Нью-Дели. В последние годы индийская и западная пресса много писала о том, что отношения России и Индии стагнируют и постепенно сползают в кризис. Визит российского лидера в разгар пандемии — демонстрация того, что для Москвы Нью-Дели остается ключевым стратегическим партнером в Южной Азии.

В то же время 21-й саммит лидеров России и Индии — результат долгого процесса, который начался больше полусотни лет назад. На этом пути были взлеты и падения, заявления про дружбу и братство и разочарования. В течение последних 20 лет они развиваются по восходящей, но очень неравномерно. В том, что касается политики, у России и Индии всё отлично: на каждом саммите Путин и Моди упоминают, что Москва и Нью-Дели выступают за полицентричный, а не однополярный или биполярный мир — такой, где каждая страна могла бы проводить независимую политику вместо того, чтобы слушаться окрика мирового гегемона или выбирать, к какому из блоков примкнуть.

При этом в экономике ситуация куда менее радостная: несмотря на постоянные попытки вернуть российско-индийскую торговлю если не к советским временам, то хотя бы к приличествующему стратегическому партнерству великих держав уровню, она никак не перешагнет рубеж в $11–12 млрд в год; каким образом правительства обеих стран планируют достичь намеченных $30 млрд к 2025-му, остается только гадать. Скорее всего, амбициозные планы будут пересмотрены и станут более реалистичными: большая политика — игра вдолгую, и гонка за формальными цифрами любой ценой в перспективе ни к чему хорошему не приведет. Впрочем, так или иначе визит Путина в Индию призван, в числе прочего, дать дополнительный импульс развитию торговых связей. Кроме того, вот-вот должны начаться поставки ракетных комплексов С-400, которые прикроют индийское небо и поумерят территориальные амбиции соседей.

Сигнал, который посылает Россия Индии, очевиден; но и Индия посылает сигнал Вашингтону, принимая российского лидера именно в таком формате, «2+2» — с участием министра обороны и главы МИД. До сих пор переговоры с этом формате Нью-Дели проводил с Вашингтоном, Канберрой и Токио — союзниками по неформальному блоку QUAD, созданному для противостояния Китаю. Это породило у ряда политиков в США, Японии и Австралии иллюзию, что QUAD удастся превратить в полноценный военный альянс, в котором Индии отводилась бы роль антикитайского бастиона, который бы обеспечивал постоянную напряженность на южной границе КНР. Однако постепенно, благодаря в первую очередь усилиям Нью-Дели, QUAD все дальше превращается из «азиатского НАТО», как его окрестили отдельные СМИ, в многогранный формат, где гуманитарная составляющая играет не меньшую роль, чем военная.

Встреча Россия-Индия в формате «2+2» — еще одна демонстрация того, что Нью-Дели не намерен жертвовать своими интересами и превращаться в младшего партнера Вашингтона и таран в антикитайской коалиции. Индийско-китайские противоречия никуда не делись: индийские элиты боятся северного соседа, не желающего идти на компромисс по вопросу о границе и развивающего свое присутствие — экономическое, политическое, военное — в регионе Южной Азии и Индийского океана, который в Нью-Дели привыкли рассматривать как сферу своего влияния. Это означает, что Индия будет и дальше сближаться с теми странами, которых пугает возвышение Китая; но не слишком сильно, чтобы ненароком не втянуться в какой-нибудь обязывающий формат, в рамках которого придется жертвовать своими интересами ради чужих. В течение последних 74 лет индийские элиты исходили из принципа «интересы Индии — на первом месте»; развитие отношений с Москвой необходимо Нью-Дели для того, чтобы успешно реализовывать его и дальше.

Автор — эксперт клуба «Валдай», руководитель группы Южной Азии и региона Индийского океана Центра азиатско-тихоокеанских исследований ИМЭМО РАН

Позиция редакции может не совпадать с мнением автора

Читайте также
Прямой эфир