Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Без трех букв: когда музеи смогут коллекционировать NFT

Почему криптоискусство не попадает в российские государственные собрания
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Российские музеи хотят коллекционировать NFT-арт и продавать с помощью токенов цифровые версии работ из своих собраний, но пока не могут приступить к этому из-за неопределенного правового положения криптовалют. Об этом «Известиям» рассказали представители крупных культурных институций и эксперты рынка digital art. Тем временем, NFT продолжает бить рекорды: по данным аналитического агентства Nonfungible, его объем за второй квартал 2021 года вырос на 50% по сравнению с первым и достиг $750 млн. Выходят на этот рынок и отечественные художники, а МАММ Ольги Свибловой организует биеннале, посвященную новым технологиям в искусстве.

Купи меня, если сможешь

Эксперименты с невзаимозаменяемым токеном (NFT) на блокчейне начались еще в 2013–-2014 годах, но широкое распространение на мировом арт-рынке технология получила относительно недавно, а первая по-настоящему громкая продажа с помощью NFT произошла и вовсе только этой весной: на аукционе Christie’s: цифровое произведение художника Beeple (настоящее имя — Майк Уинкельман) под названием Everydays: The First 5000 Days ушло с молотка более чем за $69 млн.

Токен (NFT) в данном случае выполняет функцию сертификата подлинности — запись в блокчейне Etherium подтверждает факт владения. А платежным средством выступает Ether (эфир, вторая по популярности и капитализации криптовалюта после биткоина).

После сенсационной сделки Beeple всё больше художников, в том числе такие звезды, как Дэмиен Херст и Урс Фишер, начали выставлять свои цифровые работы на различных площадках — в терминологии криптосообщества этот шаг называется дропом. Из российских авторов, уже имеющих успешный опыт NFT-продаж, можно назвать Покраса Лампаса и арт-группу AES+F. Проблема в том, что традиционные музеи, даже имеющие в своих коллекциях цифровые произведения (видеоарт, VR-искусство и т.п.), пока остаются в стороне от охоты за NFT-объектами.

Криптопанки и Микеланджело

На Западе музеи уже делают первые шаги в направлении NFT. Бизнесмен Эдуардо Бурилло подарил Институту современного искусства Майами NFT-работу CryptoPunk #5293. Таким образом, это пока единственный музей в мире, в коллекции которого есть NFT-объект. А флорентийская галерея Уффици недавно продала за €140 тыс. на аукционе NFT цифровой версии картины Микеланджело «Мадонна Дони». Итальянцы планируют аналогичным образом поступить с другими произведениями из знаменитого собрания.

Российские музеи присматриваются к схеме, опробованной Уффици. По словам соучредителя платформы The Art Exchange, еженедельно устраивающей дропы NFT-арта Инны Баженовой, Государственный Эрмитаж сейчас ведет переговоры о возможности выпуска NFT на хранящиеся в нем произведения (комментарий самого музея получить не удалось). Интересно это направление и ГМИИ им. А.С.Пушкина. Но эти механизмы пока недоступны в России, сетует заместитель директора музея по цифровому развитию, заведующий базовой кафедрой информационных технологий в сфере культуры Высшей школы бизнеса НИУ ВШЭ Владимир Определенов,

— Конечно, это перспективно — фактически это способ прозрачного управления правами на медиаконтент и новый тип цифровой сувенирной продукции. Плюс ко всему в будущем это позволит избавиться от того цифрового мусора, что сейчас есть в Сети, — подчеркнул он. — Если бы каждый сайт не ставил разного качества копии «Кувшинок» Моне, а ссылался бы на единственную правильную версию, подтвержденную токеном, это было бы естественнее с точки зрения самой первоначальной логики интернета. Однако пока мы пока не можем регистрироваться на NFT-платформах и принимать криптовалюту, а строить свою блокчейн-платформу не готовы.

Доверенная зона

Сама по себе тема нового типа продажи искусства и нового типа владения искусством актуальна, согласилась директор-основатель Мультимедиа Арт Музея (МАММ) Ольга Свиблова. Поэтому в начале декабря МАММ организует новую международную биеннале «Искусство будущего» / Art for the Future, приуроченную к Году науки и технологий и 25-летию галереи.

— Биеннале будет посвящена искусству, использующему новые технологии, осмысляющему то, как эти технологии меняют мир и жизнь каждого из нас, — рассказала «Известиям» Ольга Свиблова. — Важнейшей частью биеннале станет платформа, аккумулирующая мировое цифровое искусство, которое продается прежде всего на NFT-аукционах. Кроме того, тему NFT мы будем обсуждать с мировыми и российскими экспертами на международной конференции artforthefuture.art в рамках биеннале.

Перед музеями сейчас стоят два вопроса: во-первых, понять, к чему отнести NFT в учете, и во-вторых, определить, что считать искусством, — считает основатель ярмарки цифрового искусства Disartive и фонда Rassvet Ольга Дворецкая. При этом, если музеи захотят приобрести NFT-объекты с существенной скидкой (40%), площадки пойдут им навстречу. По мнению эксперта, сегодня игроки в этой сфере придерживаются гибкой ценовой политики и все заинтересованы в сотрудничестве. Рассматривается даже возможность дарения NFT музеям.

Инна Баженова же полагает, что поскольку торги проходят автоматически, построены на технологии блокчейн и зачастую анонимны, взаимодействие «человек-человек» отсутствует, поэтому говорить о скидке трудно. Но когда NFT-артом займутся арт-дилеры и галеристы, ситуация может измениться.

Впрочем, и музеи могут быть полезны NFT-площадкам — не только из-за своей репутации, но и как потенциальные гаранты сохранности NFT-объекта. Институции могли бы создать некую «доверенную зону», гарантирующую «жизнь» цифрового произведения, уточнил Владимир Определенов.

— Существует два подхода к созданию NFT. В одном случае объект «зашит» в сам токен. Это пока возможно только с небольшими изображениями и очень короткими видео. Но куда чаще бывает, что в NFT есть только ссылка, url-адрес объекта, который, например, лежит на какой-то облачной платформе. Тогда, если объект на удаленном сервере исчезает или меняется ссылка, NFT ведет в никуда, — объяснил замдиректора ГМИИ им. Пушкина. — Музей здесь мог бы как раз выступить гарантом долгосрочного сохранения цифрового объекта, к которому привязан токен, если этот объект признан произведением искусства или частью историко-культурного наследия. По большому счету, когда предмет стал музейным экспонатом, нам без разницы, что хранить — клинописные таблички, холсты или цифровые или медиаобъекты.

Без кошелька

В Московском музее современного искусства «Известиям» сообщили, что не работали с NFT и не имеют таких объектов в коллекции. Аналогичная ситуация у ГМИИ им. А.С.Пушкина и у Мультимедиа Арт Музея (МАММ).

— Мне неизвестны музеи, которые уже покупают на аукционах NFT. Тем более это относится к российским музеям. Вопрос хранения NFT открыт. Для его решения требуется изменения законодательной базы — не только российской, но и мировой — легализация обращения обращения разных типов криптовалют, — отметила Ольга Свиблова.

Солидарен с ней и Владимир Определенов. По его словам, в российском законодательстве самого понятия «токены» пока нет. Кроме того, NFT на данный момент неотделимы от мировых платформ, их продающих, а договоры таких платформ для наших государственных музеев неприемлемы.

— Глобальных проблем с хранением произведений, которые существуют только в цифровом пространстве, у нас нет — ГМИИ уже несколько лет собирает коллекцию кино-, медиа- и цифрового искусства, и разработанные нами стандарты стали общими для всей отрасли. А вот с токенами — проблема. Даже если нам кто-то подарит NFT, принять его без посредника-агента мы не сможем. С точки зрения законодательства вопросы возникают именно по токену и по тому, как владение им будет подтверждено юридически, — пояснил Владимир Определенов. — Нам было бы проще получить от художника видеоарт или изображение традиционным способом, напрямую и без NFT.

Для того чтобы принять токен, у музея должен быть цифровой кошелек, пояснила Инна Баженова. Если такой кошелек будет, даритель сможет перевести на него NFT. Но важно понимать, на кого кошелек будет оформлен. Например, это может быть группа лиц. По мнению эксперта, сейчас главным камнем преткновения для музеев, желающих обзавестись токенами, оказывается отсутствие официального статуса криптовалюты и «традиционных» документов, сопровождающих сделку.

Так или иначе, уверены опрошенные «Известиями» эксперты, музеефикация NFT почти наверняка однажды начнется — это вопрос времени. 25 лет назад никто не знал, как коллекционировать видеоарт, а сегодня многие музеи имеют обширные собрания произведений этого формата. Та же судьба ждет и цифровые объекты с токенами. Пока же интересующимся NTF-артом остается довольствоваться частными онлайн-музеями, существующими только в виртуальном пространстве.

Читайте также
Прямой эфир