Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Вечный скиталец: почему Кайдановский запомнился Сталкером

23 июля актеру исполнилось бы 75 лет
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Для кого-то он ротмистр из «Свой среди чужих, чужой среди своих». Для кого-то Карнеев из «Драмы на охоте» или доктор Вольф из «Краха инженера Гарина». Критики считают его гениальным режиссером, который лишь отчасти реализовал свой талант. А для миллионов он просто Сталкер, знакомый со всеми опасностями Зоны. 23 июля Александру Кайдановскому исполнилось бы 75 лет.

Юродивый с кулаками

Александра Кайдановского многие воспринимают через призму его роли в «Сталкере» Андрея Тарковского. Хрупкий, уязвимый, неприкаянный, слабый человек. Юродивый, мечущийся в сомнениях и не совершающий поступков. Он водит людей в комнату, где исполняются заветные мечты, но сам туда зайти боится. И в глазах у него боль, ужас, смерть.

Сам Кайдановский всю жизнь ненавидел эту роль. Он подрался с Тарковским, потому что сопротивлялся режиссерскому решению своего героя. Винил фильм в том, что после него ему перестали предлагать роли. А те, что предлагали, он взять не мог: слишком несопоставимы были они с масштабом «Сталкера». Но больше всего Кайдановский переживал, что Тарковский, которого он считал своим другом, не вывел его на экране таким, каким он хотел видеть себя: бодрым, ярким, гордым, агрессивным интеллектуалом, грозой женских сердец.

Всем Кайдановский таким и казался, но по-настоящему близкие люди говорили, что Тарковский вытащил наружу его суть ребенка, которому больно и одиноко, который переживает измену родителей (мать Кайдановского ушла из семьи, решив стать актрисой), не знает, как надо жить, куда идти. Прячется, и в то же время хочет, чтобы его нашли. Не понимает, как любить, но хочет быть любимым.

У Кайдановского был невыносимый характер. Он вечно с кем-то дрался, попадал в милицию. Однажды его с Тарковским забрали в медвытрезвитель. У него было четыре жены и множество любовниц. Женщин он вообще не очень ценил, считал, что мужская дружба важнее, хотя и ею легко поступался из самолюбия и принципиальности. Бросил Школу-студию МХАТ, едва туда поступив. Всего пару лет продержался в Театре Вахтангова и хлопнул дверью: не желал мириться с чинопочитанием: попросту говоря, молодому актеру не давали главных ролей. И отправился служить в армию.

Ему было трудно и неуютно везде. Провинциальный юноша из Ростова-на-Дону, окончив местный сварочный техникум, а затем театральное училище, приехал в Москву уже сложившимся человеком. Те, кто его тогда знал, отмечали, что он был невероятно эрудирован, горд, замкнут и вспыльчив. Со сверстниками ему было неинтересно, старшее поколение его не знало. К тому же он постоянно попадал в неприятные истории.

Леонид Филатов рассказывал, что однажды на них напали хулиганы с ножами, и Кайдановский спокойно сжал лезвие в руке, смотрел, как течет кровь, — шпане стало страшно, она ретировалась. Говорят, что на съемки «Ностальгии» в Италии, куда после «Сталкера» его позвал Тарковский, Кайдановского не выпустили: незадолго до этого опять подрался, причем с каким-то очень влиятельным человеком, стал невыездным.

Конфликтовал он и с Никитой Михалковым на съемках истерна «Свой среди чужих, чужой среди своих», на этом фильме их отношения практически прекратились, хотя актер ранее снимался у Михалкова в студенческой работе «Спокойный день в конце войны». Много лет спустя Кайдановский был в жюри Каннского кинофестиваля, где за «Золотую пальмовую ветвь» боролись «Утомленные солнцем», а он голосовал за «Криминальное чтиво» и не скрывал этого. На приеме после закрытия Михалков отказался сидеть рядом с бывшим другом. Но он не знал, что именно Кайдановский не выбил, а почти выгрыз для него Гран-при жюри: Михалкову хотели дать приз как лучшему актеру, а это для Никиты Сергеевича было бы оскорблением, что Кайдановский прекрасно понимал.

Вырезанные сцены

Его карьера в кино складывалась сложно. В первом фильме «Таинственная стена» актера даже нет в титрах — забавно, но этот фильм отозвался в повести Стругацких «Пикник на обочине», по которой впоследствии был поставлен «Сталкер». В «Анне Карениной» режиссера Александра Зархи Кайдановский сыграл медиума, но в кадре его почти невозможно рассмотреть, роль сильно сокращена. Из «Дворянского гнезда» Андрей Кончаловский все его сцены просто вырезал.

Одной из любимых ролей самого актера была роль эдакого Мефистофеля из короткометражного шедевра Семена Райтбурта «Математик и черт». Там ученый предлагает дьяволу свою душу в обмен на доказательство теоремы Ферма. Тот, искушая, сулит вместо математической задачи деньги, власть, но герой непреклонен. И вот уже черт сам становится студентом, носит современному Фаусту уравнения.

Судьба Кайдановского переполнена мистикой. Так, «Математик и черт», которого в СССР почти никто не видел, аукнулся спустя почти десять лет. Кайдановский в знак протеста из-за запрета ехать в Италию сниматься в «Ностальгии» отказался сниматься вообще где бы то ни было, сидел без денег. Ему неожиданно позвонил Райтбурт и предложил вернуться в научно-художественное кино (так называли его картины критики).

«Я больше не снимаюсь принципиально», — отрезал Кайдановский. «Так это практически та же самая роль, тот же черт, только его немного понизили в должности», — уговаривал режиссер. «Мне и сниматься не в чем!» — «А мы вам выдадим аванс! Купите себе костюм, в нем и будете сниматься». Фильм «Импровизация на тему» не обрел широкой известности, но сцены Кайдановского с Леонидом Броневым наполнены поистине инфернальным обаянием.

По следам Андрея Арсеньевича

Тем не менее Кайдановский свой выбор сделал — актерскую профессию сменил на режиссерскую, поступил учиться на курсы к Тарковскому, после перешел к Сергею Соловьеву, у которого снялся в фильме «Спасатель», и там тоже не обошлось без конфликтов. Но удивительное дело: когда Кайдановский сам садился в режиссерское кресло, он мгновенно преображался.

Из невыносимого, неуживчивого, склочного типа превращался в профессионала, который всегда точно дает задачу, долго и скрупулезно ведет каждый этап работы над картиной. Он снял всего три полнометражных фильма, каждый раз устанавливая новую планку качества. Это было кино сложное, с образами, требующими концентрации. И материал он выбирал трудный — «Простая смерть…» была по «Смерти Ивана Ильича» Толстого, учебные работы до того — по Борхесу и Камю.

По Борхесу же Кайдановский сделал свой второй полный метр — «Гость», который сразу лег на полку, хотя получил приз в Локарно. В 1988 году Кайдановский выпустил «Жену керосинщика» — и это уже безусловный шедевр: эзотерический, притчевый, медленный, мудрый. И совершенно актуальный отчетливым антивоенным пафосом.

Больше Кайдановскому ничего снять не удалось: не было денег, а здоровье начало подводить. Он писал сценарий за сценарием, текст «Путешествие белого слона из Персии к русскому царю» киновед Александр Шпагин, один из главных специалистов по Кайдановскому, называет лучшим нереализованным сценарием на русском языке. Действие разворачивалось в XVI веке, слон долго шел к Ивану Грозному, но перед концом пути его зверски убивали. В этом сюжете слышны отголоски «Андрея Рублева», и если бы не три инфаркта подряд, убивших Кайдановского в 49 лет, он был бы автором мирового масштаба. Но остался для миллионов зрителей Сталкером, вечным скитальцем, авантюристом и философом. Не худшая участь для артиста.

Читайте также
Прямой эфир