Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

С начала года в стране не утихают топливные страсти. После еженедельных публикаций о росте стоимости бензина власти предержащие успокаивают население заявлениями, что всё находится под контролем и беспокоиться не о чем. «Рост цен на бензин не превысит уровень инфляции», — не устают повторять они. Казалось бы, логично — резкий рост цен на нефть сделал экспорт более привлекательным, но вся Европа сидела и продолжает сидеть на карантине, поэтому особенно переживать не за что. Однако дьявол кроется в деталях.

После топливного кризиса 2018 года в России был введен так называемый демпферный механизм. Он был призван сдерживать цены на моторное топливо: при низких экспортных ценах на нефть российской марки Urals стоимость топлива на внутреннем рынке в рублях позволяет нефтяникам получать сверхприбыль, частью которой они, соответственно, делятся с бюджетом. Если же экспортные цены на нефть высокие, государство доплачивает нефтяным компаниям, чтобы они не повышали цены на бензин и дизтопливо внутри страны. Как отмечал в конце прошлого года вице-премьер Александр Новак, уровень нулевого баланса — примерно $50–55 за баррель.

Но в этом году он стал работать не в пользу нефтяников: с началом 2021 года индикативная внутренняя цена была проиндексирована на 5% — до 56,3 тыс. рублей и 50,7 тыс. рублей за тонну для бензина и дизтоплива соответственно. При этом розничная стоимость топлива в России в 2020 году выросла всего на 2%. Кроме того, в начале года был увеличен акциз. Всё это, а также рост экспортного паритета привели к тому, что демпферный механизм стал работать не в пользу нефтяников.

Январский рост оптовых цен на 10–11% в оптовом сегменте заставил чиновников и участников рынка собраться на совещание у Александра Новака. Многие ждали, что регуляторы прислушаются к нефтяникам и пересмотрят параметры демпферного механизма. В частности, глава «Газпром нефти» Александр Дюков отмечал, что считает правильным скорректировать механизм и индексировать демпфер не на 5%, как сейчас, а в пределах инфляции, то есть на уровень роста цен в рознице.

В итоге на совещании было принято решение рекомендовать нефтяникам увеличить объем переработки и запасов. О демпфере почти не вспомнили. Как рассказывали участники совещания, Минфин посчитал, что к разговору о нем можно будет вернуться не раньше 2024 года, а вице-премьер обнадежил, пообещав поговорить о демпфере через год. Нефтяники хлопнули ладонью по лбу и пошли выполнять рекомендации.

Только вот цены на топливо это не остановило. Они продолжили рост, особенно в оптовом сегменте. В середине марта чиновники вновь собрались на совещание, после которого стало известно, что измененный демпферный механизм в нефтяной отрасли заработает уже с 1 мая. А вслед за этим Счетная палата подлила масла в огонь, заявив, что «в настоящее время отмечаются риски повторения роста розничных цен на топливо и, как следствие, возникновения социальной напряженности».

Минэнерго и после этого ответило, что всё находится под контролем и что «по поручению кабмина ведомство проработало и реализовало ряд срочных мер стабилизации ситуации на внутреннем рынке»: увеличение запасов, переработки и нормативы продаж. А особенно важно, подчеркнули в Минэнерго, что сейчас «продолжается работа по актуализации проекта генеральной схемы развития нефтяной отрасли на период до 2035 года, которая должна быть представлена в правительство в апреле». Да, только топливо растет сейчас, а не в 2035 году. Стоит отметить, что на сегодняшний момент рост стоимости Аи-95 в оптовом звене составил почти 8%, в то время как в рознице — около 2%. Аи-92 в опте — на 6%, в рознице — на 2,4%.

На днях российское правительство утвердило перечень установок по производству жидкого топлива для использования соглашений о защите и поощрении капиталовложений (СЗПК) в нефтепереработке. Ожидается, что принятое решение позволит привлечь в нефтепереработку дополнительно около 200 млрд рублей. Соответствующее постановление подписал премьер-министр Михаил Мишустин.

Можно было бы порадоваться, но радоваться хочется вовремя. К слову сказать, самый молодой НПЗ России — Яйский, чья мощность всего 3 млн т, в то время как крупные НПЗ способны перерабатывать по 20 млн т в год. Его первая очередь была введена эксплуатацию в 2013 году. Второй и третий этапы строительства должны были быть завершены к 2015 и 2017 году соответственно. Однако ни вторая, ни третья очереди завода в указанные сроки так и не были сданы. Притом что общие инвестиции оценивались в 55 млрд рублей. Надо ли напоминать, что цена на нефть в 2008 году доходила до $140 за баррель? Тогда как в прошлом году мы были свидетелями отрицательных цен. А уж сколько раз менялось налоговое законодательство за это время, сложно подсчитать — смело можно говорить о десятках нововведений.

На сегодняшний момент фискальная нагрузка на отрасль оценивается в 60–70%. К тому же в этом году был еще и отменен ряд льгот, в частности по сверхвязкой нефти. Поэтому решение кабмина о поощрении капиталовложений, безусловно, положительный звонок для инвестора, но найдется ли сегодня этот инвестор?

Крупные компании уже обеспечены необходимыми объемами перерабатывающих мощностей. Строить небольшие, маломощные НПЗ им нет никакого смысла. А малые и средние нефтяные компании в прошлом году из-за пандемии коронавируса сократили свои инвестпрограммы на 40%. К тому же в отличие от вертикально интегрированных компаний независимые являются предприятиями так называемого неполного цикла. Они обладают существенно меньшими возможностями маневра при изменении ситуации на рынке. Это преимущественно монотоварные производители, не имеющие ни коммерческой нефтепереработки, ни розничных сетей АЗС, а занимающиеся в основном разведкой, добычей и продажей углеводородного сырья.

Поэтому при всех обещаниях регуляторов сложно сегодня решиться на столь рискованный инвестиционный шаг. Хотя, если бы такое решение было принято лет 11 назад, когда началась масштабная программа модернизации нефтеперерабатывающих заводов, сегодня мы не были бы свидетелями топливных кризисов в стране, являющейся одним из мировых лидеров по добыче нефти.

Автор — обозреватель «Известий», главный редактор журнала «Нефтегазовая вертикаль»

Позиция редакции может не совпадать с мнением автора

Читайте также
Прямой эфир