Скрипка, «размноженная» с помощью электроники, мотивы из песни Massive Attack и сериала «Секретные материалы» в водопаде авангардных фортепианных пассажей, орган в дуэте с башкирским народным инструментом кураем… Все эти отнюдь не академические фокусы продемонстрировали лауреаты всероссийского конкурса Союза композиторов Avanti. Состоявшийся на этой неделе концерт в Малом зале консерватории стал не только смотром новейших идей в современной музыке, но и коллективной попыткой разобраться в нашем времени. Для нас же это повод задуматься, какова роль представителей столь редкой профессии в современном мире.
Avanti проводится уже третий год подряд. В этот раз заявки принимались до 30 апреля. Теоретически, сочинения, созданные в первые месяцы пандемии, вполне могли попасть в отбор. Правда, условия конкурса не предполагают ограничений по дате завершения партитуры — можно послать и старую работу. Но тут в игру вступает жюри, которое уж точно понимает, что значит выразить дух времени: у председателя Александра Чайковского не так давно вышла «Симфония № 7 Карантинная», после чего он сам переболел ковидом.
И вот что интересно: ни одного явно «коронавирусного» произведения среди победителей не оказалось. Это по-своему показательно. В буклете концерта можно прочитать ответы лауреатов на вопрос, живут ли они в «башне из слоновой кости». И только Роман Цыпышев честно признался: «Живу, конечно, чего и вам желаю».
Его произведение «Размышленьице», впрочем, оказалось одним из самых актуальных высказываний вечера и символически завершало всю программу. Конферансье Ярослав Тимофеев изящно сравнил мерную ритмическую поступь композиции с траурным маршем. Но если это и похороны, то шутовские, хотя оттого не менее впечатляющие. Не только Цыпышев, но, пожалуй, любой композитор сегодня — немножко скоморох, а может, и юродивый. Он гримасничает, паясничает в своей музыке, смущая людей, — так, по крайней мере, воспринимаются широкой публикой новейшие приемы звукоизвлечения, эксперименты с инструментальными составами и стилями, — однако чувствует и выражает то, что другим недоступно.
А как иначе воспринять, например, пророческую композицию Алексея Крашенинникова «Бегство впереди себя»? Автор-скрипач исполнил ее вместе с двумя loop-машинами, закольцовывающими музыкальные фразы и воспроизводящими их вслед за солистом. Интересна здесь, однако, не столько техника, сколько драматургия: бесконечный поток эксцентричных пассажей, размноженных, как в зеркале, в какой-то момент останавливается и сменяется протяжными звучностями. Будто кто-то дернул за стоп-кран. Сочинено это было еще в 2018-м, и никто не мог тогда предположить, что всего через два года все человечество остановит свой бег.
Дело, конечно, не в мифических экстрасенсорных способностях творческих людей. А в особом ощущении своего времени. Например, времени, в котором оригинальное сливается с вторичным, как в композиции Generation Ctrl-C Антона Светличного: в череде экспрессивных фортепианных фраз (сами по себе они напоминают раннего Булеза) там вдруг проскакивают узнаваемые цитаты типа мелодии из «Секретных материалов», мотива заставки Windows или песни Teardrop Massive Attack.
Коллажность — прием не новый, кто-то даже может счесть его устаревшим. Такие вещи были популярны на рубеже 1960-x –1970-х (любой окончивший консерваторию знает «Симфонию» Берио). Но сегодня, в контексте компьютерного мира и эпохи мемов, эта техника обретает новый смысл. Наше сознание настолько пропитано чужими фразами, образами, эмоциями, что можно сколько угодно хоронить постмодернизм, а он все равно оказывается «где-то рядом», как истина в том самом сериале. Музыка лишь подтверждает диагноз.
И пусть в 2020 году у всех на устах другой диагноз, искусство — не журналистика, чтобы гнаться за инфоповодом. Да, явные и талантливые высказывания на актуальную тему уже появляются. Помимо упомянутой «Карантинной симфонии» можно назвать «Пандемическую симфонию» — одного из победителей другого композиторского конкурса года, проведенного весной Российским музыкальным союзом и его молодежной гильдией. Другой образец — совсем свежая премьера Александра Хубеева «Не выходи из комнаты» на фестивале «Территория». Но всё же это не магистральное течение. Да и есть ли вообще сегодня магистральные течения?
Живя в башне из слоновой кости (каждый — в своей), композитор всё равно оказывается персонажем эпохи. А то и ее голосом. Сергей Прокофьев, попавший в США в разгар эпидемии испанки и немало переживавший из-за этого (дневники тому свидетельство), не сделал болезнь темой своего творчества. Но мало кто выразил мироощущение людей 1920-х годов так точно, как он. Антон Веберн жил в Австрии во время Второй мировой войны и не написал ни единой строчки про фашизм и его последствия. Но в его Второй кантате, созданной в 1943-м, мы слышим смятение перед лицом небывалых испытаний и чувствуем неземной свет. Это взгляд на пылающий мир сверху, из той самой башни.
Итоги конкурса Avanti (к слову, уровень победителей растет от года к году) стали лишним напоминанием, что композитор сегодня — чудак-одиночка, маргинал, протаптывающий свою тропинку, а не идущий строем, даже если он временно примыкает к какому-то течению. И как бы он ни писал, в каком бы стиле ни работал, его творчество становится кусочком общей мозаики, портретирующей эпоху.
Автор — кандидат искусствоведения, заместитель редактора отдела культуры «Известий»
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
