Эксперт объяснил рост мировых инвестиций в нефтегазодобычу
Ключевыми драйверами роста мировых инвестиций в нефтегазодобычу стали «постковидное» восстановление нефтяного рынка, удешевление шельфовой добычи и рост спроса на полимеры в Азии, рассказал «Известиям» 14 июня эксперт ИРТТЭК Валерий Смирнов.
Эксперт уточнил, что, согласно данным Международного энергетического агентства, глобальные инвестиции в добычу нефти и газа растут третий год подряд: если в 2020 году объем капиталовложений составлял $426 млрд, то в 2021 году — $444 млрд, а в 2022 и 2023 годах — $492 млрд и $538 млрд соответственно.
«Одним из драйверов роста являются новые нефтедобывающие проекты в странах вне ОПЕК+. Речь, в частности, идет о Гайане, где промышленная добыча нефти началась в 2019 года, когда на шельфовом блоке Stabroek была введена в строй первая плавучая установка для добычи, хранения и отгрузки нефти (FPSO). К маю 2024 года на блоке Stabroek работали три FPSO (Liza Destiny, Liza Unity и Prosperity), общая добыча нефти которых составляет чуть более 600 тыс. баррелей в сутки (б/с). Поскольку в Гайане нет собственных нефтеперерабатывающих мощностей, практически вся добываемая нефть поставляется на мировой рынок», — объяснил Смирнов.
Кроме того, по его словам, в ближайшие годы одним из лидеров по приросту добычи будет Бразилия, которая, несмотря на присоединение к ОПЕК+, пока не участвует в распределении квот. Эта страна добилась значительного снижения издержек на добычу углеводородов на подсолевых месторождениях шельфа Атлантики, которое осуществляется за счет установок FPSO. В 2014-м издержки в этом регионе составляли в среднем $70 на каждый добываемый баррель нефти, а уже в 2022 году — менее $35. Как уточнил эксперт, сокращение издержек облегчает реализацию новых нефтедобывающих проектов. Так, RystadEnergy привел прогноз, согласно которому на долю Бразилии будет приходиться четверть общемировых заказов на строительство судов FPSO в период до 2030 года.
Говоря про инвестиции в добычу природного газа, Смирнов отметил, что в этой отрасли ключевым драйвером остаются США, где в прошлом году добыча увеличилась на 12% в сравнении с уровнем 2019-го. Извлекаемый энергоресурс используется в том числе в качестве сырья для производства сжиженного природного газа (СПГ), объем экспорта которого из Соединенных Штатов Америки в 2019–2023 годах вырос с 50,9 млрд до 121,6 млрд куб. м.
Кроме того, в ближайшие годы существенный прирост экспорта СПГ будет также обеспечивать Катар, считает эксперт. В настоящее время в этом государстве на стадии строительства находятся четыре новых СПГ-очереди общей мощностью 44,9 млрд куб. м в год.
«Драйвером инвестиций также является восстановление нефтяного рынка от последствий пандемии COVID-19. Если в 2020 году глобальный спрос на нефть составлял 91,6 млн б/с, то в 2023 году — 101,9 млн б/с, согласно данным Управления энергетической информации (EIA). Во второй половине 2020-х одним из главных драйверов станет ввод новых нефтехимических мощностей в странах Восточной и Южной Азии, где на фоне урбанизации будет расти спрос на полимеры, для производства которых используются продукты переработки нефти», — заключил Смирнов.
Ранее, 20 февраля, вице-премьер Александр Новак в ходе пленарной сессии на международной выставке-форуме «Россия» на ВДНХ заявил, что мировой спрос на нефть продолжит увеличиваться. До 2040 года темпы роста составят порядка 14%, добавил он.
