Владимир Кузьмин: «Залог успешной песни — настоящие чувства»
29 мая в концертном зале «Известия Hall» состоится юбилейный концерт рок-музыканта, народного артиста России Владимира Кузьмина — 31 мая музыканту исполняется 60. Корреспондент «Известий» застал музыканта между репетициями и задал несколько вопросов.
— Ожидать ли публике каких-то сюрпризов по случаю вашего юбилея?
— В основном на концерте прозвучат уже знакомые публике песни — те, которые нравятся и приносят радость людям. Но и сюрпризы будут — пять песен из нового альбома, которые пока никто не слышал.
— Как-то вы сказали, что порядком устали от своих песен.
— Нет, это неправда. У меня их больше трехсот, я люблю их все.
— Вас называют одним из самых грустных рокеров России.
— Да, но это странно. Почему-то все мои песни, пусть даже самые грустные, неизменно вызывают у публики улыбку вот уже на протяжении 30 лет. Я убеждаюсь в этом после каждого концерта: выхожу в зал и фотографирую зрителей. Улыбаются все! Дело в том, что на самом деле людям особенно нравятся именно грустные песни, каждый узнает в них себя и свою историю. Даже когда после «Динамика» у нас появилось множество последователей, которые считали обязательным петь о социально значимых темах, я понял, что люди хотят слушать песни про любовь. Хотя я в этом смысле очень счастливый человек, меня никогда не бросала ни одна женщина.
— Но при этом вы очень пронзительно пишете о несчастной любви. В чем секрет?
— Когда Бог посылает тебе что-то, когда есть настоящие чувства, всегда получается хорошая песня. Просто так ничего не дается. И если кто-то скажет, что можно просто так сесть и написать песню, — это неправда, хорошая песня обязательно должна прийти «сверху».
— Вас называют и рок, и поп-музыкантом одновременно. Как вы к этому относитесь?
— Для меня название не имеет значения. В то время, когда мы только начали, рок и поп вовсе были одним и тем же. И я в разное время занимался и мелодической поп-музыкой, и очень тяжелым роком. Сейчас же определение стилей для меня неважно, самое главное, чтобы была музыка, был текст. Чтобы это трогало людей и от услышанного по телу шли мурашки. Вот тогда — да, это музыка.
— Но, как я понимаю, в современном мире такой музыки немного?
— Я вообще не понимаю большинство того, что сейчас называют музыкой. Я слушаю и задаюсь вопросом — что это за музыка? Что это за текст? Для меня это всё какая-то сплошная жевательная резинка.
— В наше время вы — один из немногих, кто продолжает выпускать диски. Существует мнение, что в эру цифровых технологий пластинки потеряли смысл.
— Это правда. Но настоящие меломаны всё равно покупают диски и винил. То, что в целом людям альбомы больше неинтересны, — это, конечно, большой регресс. Теперь всё чаще люди что-то скачивают из интернета, обрывочно слушают треки, не вникая в то, как задумывался альбом целиком. Я считаю, что это деградация. Но наши поклонники продолжают покупать альбомы, так что нам есть для кого их писать. Мы активно работаем и не сдаемся.
— Каким будет ваш новый альбом?
— Это будет рок-н-ролльный диск, продолжение серии «Рокер» — «Рокер-3». Он еще не вышел, мы только в процессе работы, и пока непонятно, когда именно выйдет: я уже давно ничего не планирую, так как обычно дата выхода альбома всё равно отличается от планируемой. Как Бог даст.
— Раньше вы активно писали песни на заказ, в том числе для Аллы Пугачевой.
— Сейчас я не пишу ни для кого, только для себя и для людей, которые их слушают. Мне хватает того, что я делаю, и мне это нравится. Писать на заказ — не моя работа, для этого сейчас есть специальные люди. Я же пишу только то, что чувствую, что живет во мне. Как я могу это кому-то отдавать? Это бесполезно, всё равно никто другой так не поймет.
— Чего бы вы пожелали в юбилей?
— Чтобы все люди были счастливы, здоровы. Чтобы не было войны. И чтобы вместе со всеми людьми и я был счастлив и здоров (смеется).
