Восток — дело: ООН рассматривает варианты будущего присутствия в Ливане
Обострение ситуации в Ливане между «Хезболлой» и Израилем создает угрозу срыва переговоров между США и Ираном. Эскалация конфликта подрывает дипломатические усилия сторон и усиливает общую нестабильность на Ближнем Востоке. В этих условиях Совбез ООН обсуждает варианты нового формата присутствия в Ливане после завершения мандата Временных сил ООН. Об этом «Известиям» сообщил официальный представитель генсека всемирной организации Стефан Дюжаррик. Сейчас изучаются три варианта развертывания контингента, который должен состоять из невооруженных наблюдателей и военных подразделений ООН для их защиты.
Будущая миссия ООН в Ливане
Формат дальнейшего присутствия сил ООН в Ливане находится на стадии обсуждения. Ранее Совбез попросил Генерального секретаря изучить варианты содействия безопасности и мониторинга «голубой линии» — временной границы между Ливаном и Израилем. В ответ Антониу Гутерриш предложил три сценария.
— Сейчас совет рассматривает эти варианты, — сообщил «Известиям» официальный представитель Генерального секретаря ООН Стефан Дюжаррик.
Суть всех трех вариантов одинаковая: на границе обязательно будут и невооруженные наблюдатели, и военные подразделения ООН для их защиты. Главные отличия — в численности контингента, бюджете и зоне покрытия. В ООН выбирают, будут ли силы стоять только на ключевых постах или патрулировать всю границу целиком.
Эта инициатива должна полностью заменить UNIFIL (Временные силы ООН в Ливане) — историческую миротворческую миссию, которая действовала на юге страны десятилетиями. Ее мандат окончательно завершается 31 декабря 2026 года. Тем временем появляются и альтернативные предложения вне рамок ООН. Например, Франция и Италия хотят собрать собственную коалицию, которая будет работать в тесной координации с Евросоюзом и ООН. По сути, это «план Б» на случай, если Совбез зайдет в тупик и не утвердит ни один из вариантов Гутерриша.
— Пока, насколько я понимаю, однозначного приятия альтернатив миссии ООН не существует. Здесь важно и понимание самого правительства этой страны, и сигналы, которые мы получаем изнутри секретариата, который связан с миротворчеством. Не то чтобы они сильно себя любят и кроме себя никого эффективными не видят, но сигналы эти достаточно тревожные. Вряд ли какие-то альтернативные модели присутствия вооруженных сил внешних стран смогут быть столь же эффективными, как нынешняя миротворческая миссия ООН, которая работает в этой стране, — заявил «Известиям» замглавы МИД России Александр Алимов.
Постпред РФ при всемирной организации Василий Небензя ранее отметил, что Москва считает необходимым сохранение значимого присутствия ООН вдоль «голубой линии», без чего невозможно обеспечить мониторинг выполнения резолюции СБ 1701. По его словам, Россия готова принять конструктивное участие в будущих дискуссиях по этому вопросу с целью нахождения взаимоприемлемого решения.
Сейчас численность миротворческого контингента превышает 10 тыс. человек — это военнослужащие из 48 стран. С начала мартовского обострения, спровоцированного масштабным витком эскалации между Израилем и «Хезболлой» после ликвидации верховного лидера Ирана, миссия ООН зафиксировала на юге Ливана беспрецедентный уровень насилия, массовое бегство населения и тотальное разрушение инфраструктуры. Как сообщили «Известиям» Временные силы ООН в Ливане, несмотря на затишье после соглашений в Вашингтоне, локальные столкновения продолжаются, что делает преждевременными заявления о полной стабилизации.
По официальным данным министерства здравоохранения Ливана и профильных агентств ООН, с начала мартовского обострения конфликт унес жизни более 4 тыс. человек. Кроме того, 1,2 млн мирных жителей были вынуждены спешно покинуть свои дома и спасаться бегством из зоны боевых действий на юге страны.
Переговоры США и Ирана
Конфликт в Ливане между Израилем и группировкой «Хезболла» напрямую определяет будущее диалога между Вашингтоном и Тегераном. Спикер парламента Ирана Мохаммад Багер Галибаф ранее заявил, что в переговоры с США по итоговому соглашению республика вступит только после выполнения всех пунктов ирано-американского меморандума, который стороны заключили в июне. Меморандум дает Вашингтону и Тегерану 60 дней на то, чтобы добиться итогового соглашения.
Однако прямое военное столкновение Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ) и шиитской группировки подрывает базовые статьи меморандума, декларирующие прекращение огня на всех фронтах, и ставит под угрозу возобновление полноформатных мирных переговоров.
Вашингтон считает, что Тегеран способен полностью контролировать свои прокси-силы. Однако Иран не может или не хочет полностью сдерживать «Хезболлу», которая отказывается от разоружения. 26 июня Израиль и официальное правительство Ливана во главе с президентом Джозефом Ауном подписали рамочное соглашение. Этот документ предполагает постепенный вывод отрядов «Хезболлы» за реку Литани и их последующее разоружение силами ливанской армии.
Река Литани служит ключевым стратегическим рубежом: согласно прежним резолюциям ООН, южнее этой водной артерии — вплоть до самой израильской границы — не должно быть никаких вооруженных формирований, кроме регулярных правительственных войск Ливана. Тем не менее реализация нового соглашения остается под большим вопросом из-за слабости ливанской армии и неопределенности вокруг дальнейшего международного присутствия.
Главным камнем преткновения в урегулировании кризиса остаются фундаментальные взаимные претензии сторон, которые делают любой компромисс крайне хрупким. Израиль жестко требует от Ливана полного выполнения резолюции СБ ООН 1701, что означает ликвидацию всей военной инфраструктуры «Хезболлы» к югу от реки Литани, прекращение регулярных ракетных обстрелов северных территорий еврейского государства и создание надежной буферной зоны, которая позволит вернуть домой десятки тысяч эвакуированных граждан.
В свою очередь, «Хезболла» обосновывает право на вооруженное сопротивление продолжающейся оккупацией Израилем приграничных территорий, а также постоянными нарушениями воздушного и морского пространства Ливана со стороны ЦАХАЛ. В группировке подчеркивают, что не сложат оружие до тех пор, пока Израиль полностью не прекратит военные операции во всем регионе и не выведет свои войска со всех оккупированных, по мнению Бейрута, участков земли.
Как отмечает эксперт по Ближнему Востоку Дмитрий Бридже, наиболее реалистичная перспектива — не полное разоружение «Хезболлы», а промежуточная формула: прекращение активных боевых действий, отвод сил от границы, усиление роли ливанской армии и международный мониторинг. Полное разоружение движения в краткосрочной перспективе маловероятно, поскольку для «Хезболлы» это вопрос не только безопасности, но и политического выживания внутри Ливана. В регионе сейчас нет силы, способной разоружить «Хезболлу».
Для Ирана ливанский конфликт — это вопрос сохранения главного регионального актива в рамках «Оси сопротивления». Поддерживаемое США соглашение Израиля и Ливана фактически направлено на демонтаж военной инфраструктуры «Хезболлы», что Тегеран расценивает как попытку Белого дома закрепить доминирование Израиля в регионе вопреки духу американо-иранского меморандума.
