Сферы слияния: усиление КСИР в Иране меняет позиции переговорщиков
КСИР стал главной силой в Иране: радикальные элементы практически единолично выстраивают его политику. В отставку уже якобы собрался президент Масуд Пезешкиан, чьи заявления почти не попадают в инфополе. Тем временем из-за действий Израиля в Ливане в ИРИ уже решили полностью заблокировать Ормузский пролив и приостановить любую коммуникацию с США, сообщают агентства. Трамп сразу не пошел на ответные меры: новых бомбардировок пока не будет. Тотальная неопределенность на Ближнем Востоке отражается на мировых рынках: снова растут цены на нефть. Есть ли еще шансы заключить соглашение — в материале «Известий».
Переговорный процесс Ирана и США
Пока прямо или косвенно вовлеченные в ближневосточный конфликт страны пытаются приблизиться к урегулированию, политическая среда стремительно меняется. Усиление позиций КСИР, расширение израильских операций в Ливане и возможность новых ударов по Тегерану ставят под вопрос готовность иранского руководства идти на уступки даже в случае сохранения переговорного канала.
Буквально в минувшие выходные США и Иран обменялись предложениями о поправках к проекту договора, а затем и ударами. Американские ВС атаковали радары и пункты управления беспилотниками в Горуке и на острове Кешм. КСИР ударил по авиабазе США, с которой американские военные били по телекоммуникационной вышке на острове Сирик, и предупредил Вашингтон о более мощном ответе в случае повторения эскалации. Параллельно Израиль усилил наступление в сторону Ливана. 1 июня премьер-министр Биньямин Нетаньяху заявил, что возобновит удары по объектам «Хезболлы» в Бейруте. ЦАХАЛ продолжит операцию и на юге страны. И это несмотря на то, что 2 и 3 июня в Вашингтоне вот-вот состоится новый раунд ливано-израильских переговоров. Однако Дональду Трампу, судя по всему, удалось повлиять на своего младшего союзника. Уже под вечер президент США заявил, что Израиль и «Хезболла» согласились прекратить огонь.
Важно отметить, что, помимо установления режима прекращения огня между Ираном и США, в Тегеране настаивают на распространении этих условий и на действия Израиля в Ливане.
«Прекращение огня между Ираном и США безоговорочно распространяется на все зоны боевых действий, включая Ливан. Его нарушение на любом из фронтов означает нарушение режима огня в целом», — заявил глава ведомства Аббас Аракчи.
И это оказалось не блефом. Уже к вечеру 1 июня из-за активизации боевых действий в Ливане Иран принял решение о приостановке любой коммуникации с США и о полной блокировке Ормузского пролива, за открытие которого последние недели «молилась» вся мировая экономика. К всеобщему удивлению, Трамп к ответным мерам решил не прибегать, заявив, что не станет возобновлять бомбардировки Ирана.
Такой резкий шаг со стороны Ирана не в последнюю очередь связан с кардинальными изменениями в структуре власти. КСИР как элитная военная структура всегда обладал значительным влиянием, но теперь он, похоже, буквально узурпировал власть. Накануне стало известно, что президент Ирана Масуд Пезешкиан направил официальное письмо в офис Верховного лидера Моджтабы Хаменеи с просьбой о своей отставке. По его мнению, правительство фактически отстранено от принятия ключевых решений, а значительная часть власти перешла под контроль отдельных групп в КСИР.
— Переговоры с Соединенными Штатами Америки ведет прежде всего Корпус стражей исламской революции. Руководитель переговорной группы Ирана Галибаф (спикер парламента. — Ред.) — это выходец из КСИР, и новый духовный лидер Моджтаба Хаменеи всегда имел очень тесные отношения с корпусом. Поэтому если переговоры идут, то это означает, что генералитет как раз и выступает за продолжение переговоров, — подчеркнула «Известиям» эксперт РСМД, политолог-международник Елена Супонина.
США надеялись иметь дело с более гибкими иранскими политиками, а теперь столкнулись с жесткой позицией КСИР, отмечает она. Однако именно действия со стороны Вашингтона способствовали новой расстановке сил в Тегеране. Убийство авторитетнейшего лидера Али Хаменеи запустило тектонические сдвиги в иранском руководстве.
Продолжатся ли переговоры США и Ирана и как реагирует экономика
Обмены ударами между Ираном, США и Израилем тревожат мировые энергетические рынки. После новостей о новых атаках на Ближнем Востоке цены на нефть 1 июня заметно возросли.
Рынки сейчас реагируют не столько на сам факт переговоров между США и Ираном, сколько на неопределенность их исхода, сказал эксперт по фондовому рынку «Гарда Капитал» Кирилл Селезнев. Пока соглашение не подписано, в ценах на нефть сохраняется заметная геополитическая премия. В случае появления даже промежуточного меморандума сырьевой рынок тут же отреагирует заметным снижением, добавил он.
Ранее котировки Brent падали на ожиданиях открытия Ормузского пролива и продления перемирия. Теперь сырье вновь подорожало более чем на 2–3% и торгуется вблизи $95 за баррель. В то же время российская нефть марки Urals остается дешевле — около $84 за бочку.
По словам аналитика Freedom Global Владимира Чернова, острая фаза может продлиться до двух недель — до середины июня. При этом полноценной мирной сделки быстро ждать не стоит, ведь спор идет не только о прекращении огня, но и вокруг целого набора сложнейших вопросов: санкций в отношении Ирана, судоходства через Ормуз, ядерной программы и замороженных нефтяных доходов ИРИ.
— Обеим сторонам выгодно остановить эскалацию. США нужно снизить давление на цены на нефть и бензин, а Ирану — добиться ослабления блокады и хотя бы частичного доступа к экспортной выручке. Но риски срыва остаются высокими, потому что стороны продолжают обмениваться ударами и обвиняют друг друга в нарушении перемирия, — добавил Владимир Чернов.
С одной стороны, США и Иран все-таки сохраняют заинтересованность в снижении напряженности. По мнению научного сотрудника Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН Григория Лукьянова, нынешняя ситуация контролируемая и имеет ограниченный масштаб боевых действий. Трамп отказался от немедленного возобновления бомбардировок, вероятно, потому, что руководство США делает ставку на «удушающий» эффект санкций и экономическую блокаду Ирана.
— В этих условиях процесс урегулирования может быть заморожен, но это не отменяет возможности возвращения к формату переговоров. Потому что они как таковые стали возможны как раз из-за того, что ни одна из сторон не может достичь своих целей исключительно военными средствами. И ситуация сейчас принципиальным образом не изменилась, — сказал он «Известиям».
Лукьянов считает, что руководство КСИР выступает за продолжение диалога, но не на условиях сдачи перед лицом заведомо невыполнимых требований США. Кроме того, переговорный процесс будет так или иначе продолжаться, потому что на данный момент обе стороны признают необходимость заключения сделки.
Любопытно обратиться к платформам прогнозных рынков. Polymarket оценивает вероятность дальнейшего прекращения огня или перемирия до 3 июня всего в 6%, до 7 июня — в 20%, до 30 июня — в 60%. Рынок не верит в быструю мирную сделку, но допускает, что к концу июня стороны оформят хотя бы временную паузу, подчеркнул Владимир Чернов.
При этом динамика может резко меняться буквально от одного заявления Дональда Трампа или иранского МИДа. В то же время с вероятностью в целых 71% ожидается постоянное мирное соглашение к концу 2026 года. Такое несоответствие можно интерпретировать как сигнал, что рынок закладывает в будущую цену затяжные, трудные переговоры, пояснила старший аналитик инвесткомпании «Риком-Траст» Валерия Попова.
Ключевой парадокс заключается в том, что даже гипотетическое прекращение ударов со стороны США и Израиля не гарантирует возврата за стол переговоров, так как радикальные элементы в КСИР уже завоевали достаточно политического веса, чтобы требовать от американцев односторонних уступок — в первую очередь снятия санкций в обмен на любой диалог. Это превращает КСИР в структурный тормоз, делающий полноформатную сделку маловероятной до тех пор, пока внешнее военное давление сохраняется или тем более усиливается.
