Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Наши конкуренты — крупнейшие мировые столицы»

Сергей Капков, руководитель департамента культуры города Москвы — о столичных театрах, музеях, кино и комфортном общественном пространстве
0
«Наши конкуренты — крупнейшие мировые столицы»
Сергей Капков. Фото: ИЗВЕСТИЯ
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Сергей Капков, недавно назначенный на пост руководителя департамента культуры Москвы, рассказал «Известиям» о том, в каком направлении будет развиваться культура города в ближайшую пятилетку.

В только что принятой программе культуры Москвы написано про «сохранение наследия российского репертуарного театра». Означает ли это, что театральной реформы не будет?

— Репертуарный театр — большое достижение, доставшееся нам в наследство от советского периода. И если мы уйдем в театральную терминологию — что такое репертуарный театр? «Практика» тоже к нему относится: там есть свой стабильный репертуар. Все зависит от людей, определяющих идеологию внутри театра. «Ленком» — полная заполняемость зала. «Современник» — тоже. При том что билеты для Москвы очень дорогие. Театр Петра Фоменко — репертуарный театр? Репертуарный. Это вопрос управления коллективом и целеполагания. Я думаю, что нужно сформировать экспертное сообщество, которое бы выработало критерии для театра, вне зависимости от того, репертуарный он или нет. В среднем московские театры сейчас заполняются на 70%, но некоторые — на 30%. И неважно, есть там постоянная труппа или нет. Там нет жизни. А наша задача — чтобы жизнь там была. Чтобы на существующие площадки пришел зритель. Мы говорим: уходит великое театральное поколение режиссеров и актеров. Но уходит и поколение зрителей. И мы сейчас хотим, оплачивая покупку билетов из городского бюджета, добиться того, чтобы каждый московский школьник раз в год сходил в музей и раз в год в театр. Мы столкнулись с тем, что в Москве спектаклей для детей от 11 до 15 лет фактически не ставится! Мы готовы финансировать такие постановки, объявляем конкурсы. Ведь все 88 театров городского подчинения, по сути, финансируются москвичами. И надо что-то делать для москвичей.

— Реально дать наиболее популярным театрам целевую дотацию на снижение цен на билеты? Или это утопия?

— Утопия, потому что билеты могут тут же оказаться у спекулянтов. Другое дело — я не исключаю возможности, что большие московские театры начнут давать выездные спектакли в спальных районах.

Но как может тот же «Современник» или «Ленком» привезти свой спектакль на плохо оборудованную клубную площадку?

— Я не романтик и уж точно не самодур. Я не собираюсь призывать играть большие спектакли в неподходящих для этого условиях. Галина Волчек, например, предлагает сделать со своими молодыми звездами литературные читки и пойти с ними в школы. И это тоже форма театра.

— Я слышала, что вы ведете переговоры с режиссером Анатолием Васильевым о его возвращении в Москву.

— Это так. Он сказал, что ставить ничего не хочет, но у него есть программа педагогики для педагогов и в принципе он готов ее читать в студии на Поварской.

— Относительно кинематографа у мэрии какие планы?

— Эта как раз та территория, где мы не много можем сделать. Из ныне работающих кинотеатров в распоряжении мэрии осталось всего три: «Художественный», «Факел», «Эльдар». Остальные являются частной собственностью или сданы в аренду. Так что мы не способны влиять ни на репертуар, ни на цену билетов.

Ведь какая была история? В 1990-е все набрали кинотеатров с мыслью, что «если дела не пойдут, открою там что-нибудь еще». Не пошло в ряде случаев. Вот городские кинотеатры и рухнули вниз. Мы сейчас проводим ревизию. В 17 московских кинотеатрах вообще не осуществляют кинопоказ. Кассы работают, дискотека работает, а зал пустует. Причем в некоторых из них показ организовывать уже бессмысленно. Огромный однозальник — кто туда пойдет? Конечно, с этим надо что-то делать. Да во всем так — куда ни посмотри! Вот библиотеки. У нас их 440. Большинство — в центре, в районе арбатских переулков. Раньше там жили актеры, журналисты, международники, партийная номенклатура. А сейчас, после сноса ряда домов, продажи квартир, зачастую живут люди, которые книг вообще не читают. Те, кто читает, покупают их в магазинах, а самые продвинутые скачивают из интернета. Библиотеки пусты. Конечно, их надо переоборудовать, делать мультимедийными центрами. Но это невозможно осуществить просто по сигналу из мэрии. На местах должны работать люди, адекватные новой ситуации.

— Лондонский принцип бесплатных музеев для Москвы в принципе осуществим?

— Первый подобный опыт будет в каникулы, со 2 по 9 января, когда все московские музеи будут пускать посетителей бесплатно. Только поверьте мне, в Лондоне они тоже не бесплатные. Они не берут деньги за вход, но на посетителе все равно зарабатывают: кафе, сувениры, книжные магазины, фотографии… У нас есть музеи, которые зарабатывают десятки миллионов рублей — на тех же сувенирах, на лекциях, на своей деятельности. А в целом сейчас отрасль культуры Москвы зарабатывает примерно 15% от тех денег, которые город на нее тратит.

— «Зарабатывает» — в смысле получает в обмен на предоставление услуг?

— Да. Это во многом вопрос дополнительных услуг. Может, вы придете в библиотеку, выпьете чашку кофе и заплатите за нее. И почитаете в тишине книгу. И купите там билет в театр — чтобы специально не ехать в город и не обращаться к спекулянтам.

— Кстати, можно сделать интернет-покупку билетов у самих театров?

— Если весь мировой опыт показывает, что можно, странно было бы ответить «нельзя». Скорее надо отвечать на вопрос: почему у нас этого нет. Я пока не знаю ответа — я же всего месяц на этом посту работаю. Конечно, я понимаю, что у людей за весь прошедший период возникло к городским властям очень много «почему». У меня у самого их много. Накопилось столько проблем, что все это придется мучительно, долго менять. На многие «почему» ответов уже не найдешь. Надо просто двигаться дальше.

Программа культуры Москвы 2012–2016 годов проходила общественные обсуждения. Это формальность, или мнение людей действительно будет приниматься в расчет?

— Конечно, будет. Любое обсуждение — это двухэтапный процесс. Сначала мы заказываем социологическое исследование. Если это локальный вопрос, парк «Сокольники», например, то опрашиваем жителей близлежащих районов. Если проблема глобальная, общегородская — всех москвичей. Получив эту информацию, уже обсуждаем ее с экспертами.

— Уж коли речь зашла о парках, с вашей точки зрения, что более важно: сохранять природу или строить киоски, закусочные и прочую «инфраструктуру потребления»?

— Сохранять природу. У нас и так много есть чего потреблять. Хотя, естественно, к восстановлению ландшафта надо добавить свет, дорожки, качественные туалеты — в том числе и для инвалидов. Мы живем в большом агрессивном городе, который остро нуждается в комфортном общественном пространстве. Мне иногда по разным поводам говорят — а вот в Перми так, а где-то еще вот так… Мы не конкурируем с российскими провинциальными городами, при всем к ним уважении. Москва — европейский мегаполис. Наши конкуренты — крупнейшие мировые столицы. И это касается всех сфер жизни.

Комментарии
Прямой эфир