Страх в большом городе

Столичные психотерапевты накопили достаточный опыт для создания собирательного образа жертвы фобий. То есть страхов. Медицинский психолог Евгений Шапошников три года принимает пациентов, записывает свои наблюдения и анализирует статистику. Как выяснилось, у москвичей, в отличие от других россиян, появились свои особенные, столичные фобии. Например, боязнь высоты - не вообще, а той страшной высоты, на которой оказалось твое жилье. Состоятельная семья купила квартиру на 18-м этаже элитного дома, сделала евроремонт. Но вместо того чтобы радоваться, молодая хозяйка глубоко страдает...
Юлия Игнатьева
Страх в большом городе. Люди боятся друг друга

Столичные психотерапевты накопили достаточный опыт для создания собирательного образа жертвы фобий. То есть страхов. Медицинский психолог Евгений Шапошников три года принимает пациентов, записывает свои наблюдения и анализирует статистику. Как выяснилось, у москвичей, в отличие от других россиян, появились свои особенные, столичные фобии. Мама десятиклассника Вовы боится не поступить в институт. Вообще-то у нее уже есть высшее образование и получать еще одно она не собирается. И все же время от времени на нее "накатывает": женщина цепенеет, не в силах справиться с этим состоянием. А в памяти всплывает картинка, как она сидит на краешке стула и, сгорая от стыда, выслушивает выговор экзаменатора: "Готовиться надо, девушка. Забыли, куда пришли поступать?" Опозорившись на устном экзамене на филфаке МГУ, она поступила в полиграфический на заочное. И на долгие годы думать забыла о неприятной истории. Пока ее сын Вова не заговорил о своих планах поступления на юрфак МГУ. И началось. Сама извелась, сына измучила курсами да репетиторами - за два-то года до окончания школы. И мужу досталось: чуть ли не весь заработок уходит на преподавателей. - 90% психологических проблем связаны со страхами, - рассказал психолог Евгений Шапошников корреспонденту "Известий". - Причем женские и мужские страхи довольно сильно различаются. Первых чаще гнетут навязчивые мысли о надвигающихся драмах в личной жизни, вторых - о дефолтах, экономических крахах и разного рода "наездах". Представители обоих полов почти совпадают лишь в статистике так называемых пространственных страхов - боязни открытых или замкнутых пространств, высоты, транспорта. Основным объектом исследования московского психотерапевта стали, разумеется, москвичи. И демонстрируют они чисто московские страхи. Облик столицы меняется на глазах - там, где раньше под окнами окраинного дома была пригородная деревенька, за пару лет вырастает спальный район, где-нибудь в тихом дворике в центре на месте старого сквера строится многоэтажный дом. Большинство москвичей в таких случаях поворчат и успокоятся. Но некоторые почти заболевают. - Нарушается стереотип микроэкологической среды родного квартала, - объясняет Евгений Александрович. - Человек может отказаться выходить на улицу, открывать окна. Проживание в новых высотных домах также влияет на психику отдельных людей, вызывает, в частности, лифтобоязнь. Или боязнь высоты - не вообще, а той страшной высоты, на которой оказалось твое жилье. Состоятельная семья купила квартиру на 18-м этаже элитного дома, сделала евроремонт. Но вместо того чтобы радоваться, молодая хозяйка глубоко страдает. Даже не подходит к наглухо зашторенным окнам - хватило одного раза, после чего воспоминание о "жутком" зрелище из родного окошка настигает ее, где бы она ни была, даже на земле или в ванной. В условиях товарного изобилия и не без помощи СМИ некоторые москвичи подхватили суррогатофобию - страх купить фальшивку. Одной из пациенток Шапошникова, пожилой женщине, случалось зайти в аптеку и часами стоять там, не решаясь на покупку. Да и у автора статьи есть знакомая дама, которая покупает продукты только на одном из рынков Москвы, свято веря, что лишь там все "натуральное", даже молоко в пакетах. Заботливый сын, навестив приболевшую мать с полными сумками провизии, вскоре побежал за валидолом, потому что мама успела откусить яблочко еще до того, как выяснила у сына, что фрукты куплены в соседнем магазине. Целое семейство страхов, свойственных как москвичам, так и всему остальному человечеству, - нозофобия, боязнь болезни. Одна женщина, единожды изменившая мужу, замучила себя и врачей бесконечными анализами на СПИД и венерические заболевания. Ей все чудилось, что она и есть то самое исключение, подтверждающее правило, и что именно у нее болезнь может проявиться спустя месяцы и годы после "заражения". Некоторые пациенты рассказывают психотерапевтам, что испытывают острое чувство брезгливости в метро и никогда не садятся, даже если вагон пустой. Опасаются подхватить туберкулез или вшей - ведь на любом из мест мог некогда сидеть бездомный или больной человек. Но вот что удивительно: москвичи, казалось бы, находящиеся в силу проживания в открытым всем ветрам мегаполисе в группе риска по атипичной пневмонии, совсем ее не боятся. - Думаю, правомерно будет говорить о пофигизме - особенности московского менталитета, - считает Шапошников. - Это здоровая защитная реакция. Ведь Москва - как Везувий, который может извергнуться в любой момент, - точка концентрации возможных экономических, политических и техногенных катаклизмов. В ходе беседы с профессором Московского института повышения квалификации врачей при Минздраве, академиком РАЕН, коим является Евгений Шапошников, у корреспондента "Известий" закралось подозрение, что москвичи главным образом боятся друг друга. Евгений Александрович отчасти согласился с моим замечанием. - В Москве сильно развита этнофобия. По моей оценке, не менее четверти русских жителей столицы боятся кавказцев и выходцев из Азии и Африки. Причем этот страх двусторонний. Ко мне обращались азербайджанцы, испытывающие острый моральный дискомфорт от того, что не могут свободно общаться с местными. Они не ждут к себе любви, им лишь нужно, чтобы их перестали не любить. Как, впрочем, и всем нам. Женские страхи Мужские страхи социально-политические 15% 70% личностные 60% 10% пространственные 25% 20%