Без ностальгии

25 лет назад, 10 июля 1984 года, на пресс-конференции в Милане Андрей Тарковский объявил о своем намерении не возвращаться в Советский Союз. До XXVII съезда КПСС, на котором Михаил Горбачев заявил, что "принципиальным для нас является вопрос о расширении гласности", оставалась лишь пара лет. Но Андрей Тарковский не ждал ничего хорошего от страны
Вита Рамм
Кто знает, правильный ли выбор сделал Тарковский? (фото: РИА Новости)

25 лет назад, 10 июля 1984 года, на пресс-конференции в Милане Андрей Тарковский объявил о своем намерении не возвращаться в Советский Союз.

До XXVII съезда КПСС, на котором Михаил Горбачев заявил, что "принципиальным для нас является вопрос о расширении гласности", оставалась лишь пара лет. Но Андрей Тарковский не ждал ничего хорошего от страны, которая держала в заложниках его сына и тормозила - в лице чиновников из Госкино - его творческие замыслы. Без воплощения так и остались "Гофманиана", "Гамлет", экранизации романов Достоевского, Томаса Манна…

За двадцать лет работы в Советском Союзе Тарковским было снято всего пять фильмов - "Иваново детство", "Андрей Рублев", "Солярис", "Зеркало", "Сталкер". В прокат они выходили с трудом ("Андрей Рублев", например, с 1966 по 1971 год был запрещен), получая низкие категории, что сказывалось на материальном благополучии семьи. Горько читать в записных книжках режиссера, изданных в прошлом году под названием "Мартиролог", страницы с описанием долгов, сетования на невозможность принять гостей в день рождения, потому что в доме нет ни копейки...

Порой спасало Бюро кинопропаганды, организовывая встречи со зрителями, но в основном фильмы Тарковского показывались на окраинах. Для режиссера подобное отношение было загадкой, ведь он не снимал политическое, так называемое "диссидентское", кино. Однако было в картинах Андрея Арсеньевича нечто такое, что смущало и цензоров, и коллег из худсоветов на "Мосфильме".

Зато простой зритель в Советском Союзе готов был выстаивать очереди, чтобы с фильмами Тарковского глубже оценить себя. За рубежом интеллектуалы по его художественным образам пытались разгадывать "русскую душу", а прагматичные продюсеры желали заполучить советского режиссера, понимая, что работа с ним - не только почет и фестивальные награды, но и шанс "зацепиться" за вечность.

Итальянцы изъявили желание финансировать съемки "Ностальгии". Соавтор сценария - классик мирового кино Тонино Гуэрра. Тема фильма опять же не предполагает никаких антисоветских высказываний. Главный герой - русский поэт, живущий в тоске по Родине. Однако два года шла изнуряющая борьба за право снимать картину в Италии. Чиновники Госкино боялись принимать решение, но одновременно требовали от итальянской стороны заплатить гарантийный взнос, чтобы Тарковский получил разрешение на работу над фильмом. Сумма в 25 миллионов лир Госкино устроила...

8 июля 1981 года режиссер, еще будучи в Москве, записал в дневнике цитату из Монтеня: "Все мое малое разумение уходит на то, чтобы они не препятствовали мне ходить и возвращаться, куда и когда мне заблагорассудится".

Лишь в марте 1982 года Тарковский получает разрешение на выезд. В Москве осталась семья. Потому Андрей Арсеньевич боялся любых неосторожных слов, а те то и дело возникали. 14 апреля 1982 года он записал: "Ужасная неприятность: опубликовано мое интервью с двумя довольно неловкими вступлениями - авторши и Антониони, который пишет, что эта постановка (фильм "Ностальгия". - "Известия") послужит возможностью вырваться из той ловушки, в которую я попал в СССР. Авторша плетет что-то по поводу моего происхождения и существования вопреки идеологии в СССР. В общем, ужасно".

Супруга Тарковского Лариса Павловна после долгих бюрократических проволочек (ее вопрос решался на уровне ЦК КПСС) приехала в Италию осенью 1982 года. В Москве остался сын Андрей - школьник. Не сбылась мечта Тарковского: "Я верю, что Ларисе удастся привезти сюда Андрюшу и что мы вместе будем пить апельсиновый сок и есть мороженое на Cola di Rienzo в кафе Leroy. Я не просто верю. Я знаю (выделено Тарковским. - "Известия"), что так будет". Опережая события, скажем, что позднее, уже после заявления режиссера о невозвращении в СССР, в Лондоне и Рейкьявике будут организованы комитеты по содействию воссоединения семьи Тарковских. С сыном Андрей Арсеньевич увидится в январе 1986 года в Париже, уже будучи смертельно больным.

"Ностальгия" была представлена на Каннском фестивале-83. В том, что фильм не получил "Золотую пальмовую ветвь", режиссер винил Госкино, которое "попыталось сделать все, чтобы скомпрометировать меня здесь в глазах западных кинематографистов, публики и прессы. Тогда я понял, что, когда я приеду в Советский Союз, меня не только не похвалят за мою картину, но и навсегда оставят без работы".

На Западе же предложения были конкретными. Тарковский в 1983 году поставил в лондонском "Ковент-Гарден" оперу Мусоргского "Борис Годунов", а в ноябре начал работу над сценарием к картине "Жертвоприношение". Съемки финансировал шведский киноинститут.

Как и во время работы над "Ностальгией", Тарковский сполна испытал другой, не менее изнурительный, вид цензуры - продюсерский. Теперь уже финансы определяли масштаб замыслов и график работы. О ситуации с полной пересъемкой фильма, как было со "Сталкером", не могло быть и речи. В 1985 году Андрей Тарковский, завершая работу над последним своим фильмом, уже чувствовал себя неважно. По настоянию друзей пошел на обследование. Шведские врачи поставили диагноз - рак легких. Через год Тарковского не стало. Он был похоронен 3 января 1987 года на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа.

Вскоре в Москве, в Доме кино, была организована полная ретроспектива фильмов Тарковского - начиная со студенческих короткометражек и заканчивая "Жертвоприношением". Очередь стояла километровая...