«Ан-Нусра» накрылась Чалмой

Сирийская армия уже довольно давно взяла в кольцо окрестности города Кесаб, знаменитого ныне на весь мир из-за бегства оттуда почти всего, преимущественно армянского, населения.

Исламистам, занявшим город и его окрестности, отрезали пути возможного наступления в глубь страны и — в первую очередь — к одноименной столице провинции Латакия, расположенной всего в полсотни километров от Кесаба.

Однако до недавнего времени в их руках оставались стратегически важные высотные точки на сирийско-турецкой границе. Командование кесабской операцией еще в начале недели заявляло о том, что готово взять город, но от начала наступления его удерживает возможное наличие в Кесабе заложников из числа мирных жителей. В случае наступления стратегические высоты были бы блокированы армией, но находились бы в руках «Ан-Нусры». Оставлять в своем тылу пускай и не способного прорваться, но вполне готового к сопротивлению противника было не основным, но тоже весьма действенным препятствием к началу боевой операции.

Армия планомерно занимала одну высоту за другой, оттесняя исламистов к Кесабу, за считанные дни взяв контроль над всеми возвышенностями вблизи города. За исключением горы Чалма, один из склонов которой спускается к городу, а труднодоступная вершина представляет из себя идеальную площадку для обстрела не только Кесаба, но и других приграничных городов и сел, разбросанных в низинах.

Взять Чалму для армии было делом чести. Причем делом весьма непростым. Путь к вершине по горным тропам занимает не меньше полутора часов. Без привалов его не преодолеет даже подготовленный спецназовец. А если прибавить к этому заложенные противником мины и яростный обстрел, то задача становится сверхсложной.

— Даже сейчас, когда гора взята и подкрепления идут, не боясь обстрела, случаются несчастные случаи. Утром двое парней свалились на полпути, спустили их вниз. Оказалось — проблемы с сердцем, — молодой майор из палаточного лагеря, разбитого на одном из склонов Чалмы, рассказывает о трудностях горной войны. — И это они налегке шли. Только с автоматами. А наверх ребятам нашим всё приходится на руках таскать. От еды до ракетных установок.

Солдаты пытались приспособить к перевозке амуниции осла, но животное, лишь однажды преодолев подъем, теперь наотрез отказывается подниматься в гору. Падает среди зарослей колючек в низине и не встает, несмотря ни на какие угрозы и обещания.

Несколько облегчила жизнь военным пробитая в горах бульдозерами дорога. Теперь полноприводные автомобили могут подъехать к горе вплотную. Но дальше — почти 2 км вверх — только пешком.

Группы военных, нагруженных боеприпасами и провизией, на горных тропках часто встречают товарищей, идущих вниз. Обычно это солдаты, получившие увольнительную. Но не только.

— У нас тут труп, судя по всему, одного из командиров «Ан-Нусры», — докладывают встреченному офицеру бойцы, спускающие на носилках длинный мешок с застежкой-молнией и наклейкой «враг». — Мы слышали, как исламисты кричали о том, что «Саудит» убит, как раз после того, как подстрелили вот этого.

Разведка считает «Саудита» командиром одного из крупных отрядов «Ан-Нусры». И если в мешке действительно он, то для исламистов это большая потеря.

Впрочем, их потери и без того внушительны.

— Потери среди бойцов противника идут уже не на сотни, а на тысячи. Нам даже достоверно известно, что «Ан-Нусра» пытается организовать переброску из Иордании в Турцию новых отрядов для удержания позиций у Кесаба, — не без удовольствия говорит одетый в гражданский костюм спецслужбист с клетчатым арабским платком на голове. — Ну, пусть попробуют.

С позиций на вершине Чалмы хорошо видны не только турецкие пограничные укрепления, но и дорога, ведущая к Кесабу. Дорога при этом обстреливается сирийской армией почти на всем ее протяжении. Свидетельства тому — подбитые бульдозер и пикап на подъезде к городу. С Чалмы можно было бы увидеть весь Кесаб, если бы не снайперы и минометчики, всё еще удерживающие свои позиции и просто не позволяющие встать на армейских позициях в полный рост. На вершине горы солдаты передвигаются короткими перебежками от одной груды камней до другой, а чаще и просто ползком.

В то же время засевшие в городе боевики находятся под постоянным наблюдением военных сирийской армии, вооруженных крупнокалиберными пулеметами, гранатометами и снайперскими винтовками. То тут, то там на вершине звучат выстрелы. Это снайперы и пулеметчики обнаруживают передвижения противника среди городской застройки.

И пока одни выслеживают врага с пальцем на спусковой крючке, другие отсыпаются и обедают. Ведь война войной, а простые человеческие радости никто не отменял.