Страны Евросоюза живут не по средствам. Госдолг 27 государств ЕС в первом квартале вырос до рекордных €15,7 трлн, следует из данных Евростата. Во Франции, Италии и Германии задолженность обновила исторические максимумы. Но останавливаться Европа, похоже, не собирается: экономика стагнирует, а расходы на оборону продолжают расти. Предыдущий крупный долговой кризис едва не расколол еврозону и заставил несколько стран просить многомиллиардной помощи. Почему Европа снова залезает в долговую яму и чем это может обернуться для России — в материале «Известий».
Жизнь взаймы
За первый квартал текущего года совокупный госдолг ЕС вырос на €327 млрд и достиг максимума за всю историю наблюдений с 1994 года. Сильнее всего задолженность увеличилась во Франции — сразу на €75,6 млрд, до рекордных €3,5 трлн. Это уже ощутимо превышает ВВП страны.
Причем особенно активно Париж начал набирать долги именно при Эммануэле Макроне: за девять лет их объем вырос почти на 60%, или примерно на €1,3 трлн. И эта сумма продолжает расти. Только на обслуживание долга Париж, по расчетам властей, потратит €64,8 млрд в 2026 году, а уже в следующем — €74,2 млрд.
Следом идет Италия. За квартал ее долг увеличился еще на €62 млрд — до €3,158 трлн. По отношению к размеру экономики положение Рима даже тяжелее французского: задолженность достигла 138,9% ВВП. Выше показатель только у Греции — 143,5%. В список стран, где государство должно больше, чем вся экономика производит за год, также входят Бельгия и Испания.
Замыкает тройку по абсолютному объему долга Германия. Ее обязательства за квартал выросли почти на €64 млрд, до €2,9 трлн. Пока долговая нагрузка Берлина значительно ниже — 64,4% ВВП. Однако теперь и она может начать расти быстрее. В прошлом году парламент ослабил так называемый долговой тормоз, выведя значительную часть расходов на оборону и безопасность из-под ограничений на заимствования. Деньги Берлину понадобятся немалые: только бюджет Минобороны в 2027 году планируется увеличить до €109,7 млрд вместо нынешних €82 млрд.
В Брюсселе проблему признают уже не первый год. «Мы также должны признать новую реальность более высокого государственного долга», — заявляла глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен еще в 2022 году. Позднее она призвала снижать высокую задолженность «реалистичным, постепенным и устойчивым образом». Однако с тех пор ситуация становится только хуже.
При этом Брюссель призывает наиболее проблемные страны затянуть пояса. Например, Франции предписано сократить чрезмерный бюджетный дефицит к 2029 году. Но одновременно ЕС разрешает государствам отступать от бюджетных ограничений в пользу наращивания военных расходов.
На широкую ногу
Такое в Европе уже было. Первые признаки прошлого долгового кризиса проявились еще в 2009 году в Греции, а уже в 2010-м проблемы охватили сразу несколько стран еврозоны. Финансовая помощь в том числе понадобилась Ирландии, Португалии, Испании, Кипру. В какой-то момент под вопросом оказалось даже сохранение Греции в зоне евро. Афины вышли из последней программы финансовой помощи только в августе 2018-го.
Нынешний рост долгов имеет другие причины. ЕС переживает один кризис за другим. Сначала, во время пандемии, правительства заливали экономику деньгами, поддерживая бизнес и население. Только за 2020 год совокупный госдолг ЕС подскочил с 77,5 до 90,7% ВВП.
Только Европа начала отходить от пандемии, как последовал энергетический кризис. После резкого сокращения поставок российского газа цены на энергию взлетели и государства снова открыли кошельки. Антикризисные субсидии обошлись Брюсселю в €187 млрд в 2022 году и еще в €145 млрд в 2023-м, указано на сайте ЕС.
Тогда же Европа лишилась одного из ключевых преимуществ, на котором десятилетиями держалась ее промышленность — относительно дешевых энергоресурсов. Особенно болезненно это ударило по Германии. Проблемы заметны в автопроме: Mercedes-Benz расширяет производство в более дешевой Венгрии, а Volkswagen готовится сократить модельный ряд. Еще более показателен завод концерна в Оснабрюке, где в 2027 году должно прекратиться производство машин. Теперь площадку рассматривают для размещения мощностей израильской оборонной компании Rafael.
Военные действия на Ближнем Востоке вновь ударили по ценам на энергоресурсы. «Конфликт на Ближнем Востоке оказывает тяжелое влияние на цены на ископаемое топливо, тормозит рост и напрямую влияет на жизнь граждан и компаний», — признал глава Евросовета Антониу Кошта после апрельского саммита ЕС на Кипре.
Однако пересматривать расходные планы в Брюсселе не собираются. Напротив, Евросоюз запускает новый цикл масштабных трат. План ReArm Europe предполагает мобилизацию до €800 млрд на оборонные нужды, причем значительную часть этих денег должны найти сами государства, в том числе за счет новых заимствований.
Параллельно продолжается финансирование Украины. Например, Германия за четыре года предоставила или зарезервировала около €55,5 млрд военной помощи Киеву. А на июльском саммите НАТО союзники обязались выделить Украине €70 млрд военной помощи и оборудования в этом году и сохранить как минимум сопоставимый уровень поддержки в следующем.
Чем это закончится
Первыми дальнейший рост долгов почувствуют страны, которые и без того годами имеют хронический дефицит бюджета. В зоне наибольшего риска эксперты называют прежде всего Францию и Италию.
— В Италии риск связан с очень высокой долговой нагрузкой и низким потенциалом роста, во Франции — с быстро ухудшающейся бюджетной траекторией, — говорит «Известиям» директор инвестиционного управления НПФ «ГАЗФОНД пенсионные накопления» Юрий Мишуков.
При этом огромная задолженность сама по себе еще не означает неизбежного дефолта. Даже положение Греции сегодня отличается от ситуации начала 2010-х годов: значительная часть ее обязательств растянута на длительные сроки и обслуживается на льготных условиях.
Однако, если европейский госдолг продолжит расти нынешними темпами, всё большая часть бюджетных доходов будет направляться не на развитие экономики, инфраструктуры и поддержку населения, а на выплату процентов, указывает президент Ассоциации экспортеров и импортеров Артур Леер.
— Это может привести к повышению налогов, сокращению социальных расходов и инвестиций, а также к усилению долговой нагрузки на наиболее проблемные страны. При сохранении слабого экономического роста Европа рискует столкнуться с продолжительной стагнацией, углублением разрыва между государствами ЕС и новыми долговыми кризисами, — предупреждает эксперт.
До России новый долговой кризис в Европе напрямую, скорее всего, не докатится. За последние годы финансовые связи значительно сократились, а российская внешняя торговля переориентировалась на другие рынки. Однако полностью от последствий отгородиться невозможно.
— Основной риск связан с возможным снижением мирового спроса и цен на сырье. При этом прямой финансовый канал для российской экономики сегодня ограничен, поэтому последствия, скорее всего, будут передаваться через нефтяные котировки, торговых партнеров и общую волатильность мировых рынков, — считает Мишуков.
Леер допускает и другой сценарий. По его словам, чем серьезнее будут становиться внутренние экономические проблемы Евросоюза, тем сильнее может расти запрос на пересмотр нынешней внешнеэкономической политики. В перспективе это способно подтолкнуть отдельные европейские страны к попыткам восстановить часть утраченных торговых связей с Россией.
— В таком случае российские компании смогут вернуть часть традиционного рынка, не отказываясь при этом от дальнейшего развития отношений со странами Азии, Ближнего Востока, Африки и других регионов, — заключает аналитик.