США и Иран обмениваются ударами. Инициаторами новой силовой акции выступили Штаты, которые в течение нескольких часов выпустили по объектам Исламской Республики не менее 49 ракет «Томагавк». Иранцы ответили на выпад усилением блокады Ормузского пролива и новой серией ударов по американским объектам в регионе. При этом Дональд Трамп сохраняет приверженность эскалационной риторике и угрожает разбомбить Иран, если Тегеран в ближайшее время не примет условия его «эпохальной сделки». Возможные экономические издержки Вашингтон считает «соразмерными» — тем более что мировой рынок реагирует на кризис достаточно спокойно. Однако даже в таких условиях определенные надежды на заключение промежуточного соглашения остаются, считают опрошенные «Известиями» эксперты.
Дипломатия бомбардировок
Новая волна бомбардировок иранской территории началась в ночь на 11 июня. Приказ о начале «комплексной операции» отдал президент США, недовольный ходом мирных переговоров с Тегераном. «У них (Ирана. — Ред.) ушло слишком много времени на обсуждение сделки, которая была бы прекрасной для них, теперь им придется заплатить за это цену», — написал республиканец в Truth Social.
Спустя некоторое время после публикации заявления американские военные атаковали комплексы ПВО, радиолокационные станции и командные центры на территории Исламской Республики. Удары по большей части пришлись по тем же целям, что и во время витка эскалации днем ранее. Попадания фиксировались на островах Сирик и Кешм, а также в районе порта Бандар-Аббас. При этом со временем США расширили географию налета, атаковав также цели в городах Карган, Минаб, Карадж и Варамин. В общей сложности Пентагон затратил не менее 49 ракет «Томагавк».
Кроме того, американские военные силы вывели из строя нефтяной танкер M/T Jalveer в Оманском заливе, после того как судно нарушило блокаду против Ирана, пытаясь транспортировать иранскую нефть, что стало третьим случаем вывода из строя коммерческого судна американскими силами на этой неделе.
Как впоследствии пояснил министр войны США Пит Хегсет, американские силы и впредь планируют наносить удары по Ирану в качестве средства давления до тех пор, пока не будут заключены дипломатические соглашения. «Мы это делаем, потому что у Ирана есть шанс заключить хорошую сделку, отличную сделку, чтобы закрепить то, что они обещали сделать, но на самом деле не хотели делать», — заявил Хегсет журналистам.
При этом силовой блок США несколько раз акцентировал, что бомбардировки — один из инструментов комплексного дипломатического воздействия на Тегеран, это не подготовка к новой масштабной военной кампании против Ирана, а ответ на возможные «зеркальные удары» со стороны Исламской Республики просчитан заблаговременно. Кроме того, Пентагон и Белый дом особо подчеркнули, что в этой операции не участвовали ни Израиль, ни другие региональные союзники Вашингтона.
Иран отвечает асимметрично
На начальном этапе реакция Ирана на атаки США мало чем отличалась от предыдущих. КСИР по уже отработанной схеме атаковал американские базы в Бахрейне и Кувейте, используя баллистические ракеты средней дальности (БРСД) и БПЛА-камикадзе, а также запустил не менее 12 БРСД в сторону авиабазы «Муваффак-Салти» в Иордании, где с января 2026 года базируются крупные силы американской ударной и транспортной авиации.
В Пентагоне, судя по всему, ожидали, что Тегеран ограничится только указанной символической рамкой и размен на этом завершится. Однако спустя некоторое время Иран продолжил наносить удары по «объектам противника» не только на суше, но и на море. Среди прочего военно-морские силы республики отчитались о «поражении двух судов», пытавшихся пройти через Ормузский пролив во время американских бомбардировок.
Маджид Мусави, командующий военно-космическими силами КСИР, впоследствии написал в соцсетях, что стратегический маршрут «полностью закрыт» для противников Исламской Республики, а любое движение по нему без согласия Тегерана будет жестко пресекаться. «Вы делаете священный Ормузский пролив небезопасным? Мы превратим регион в ад для вас», — написал он.
Новость об очередной блокировке Ормузского пролива была встречена мировыми игроками сравнительно спокойно. В том числе потому, что за несколько месяцев рынок нефтепродуктов постепенно адаптировался к кризису и усиление блокады пролива уже не вызывает резких скачков цен. Так, нефть марки Brent торгуется на уровне около $98 за баррель (колебания цены в последние несколько суток минимальны), в то время как в начале конфликта суточные скачки исчислялись десятками долларов. Впрочем, по словам политолога Адвана Хишама, подобная ситуация обусловлена скорее верой в цикличность действий Тегерана.
— За минувшие месяцы Иран уже неоднократно заявлял о прекращении судоходства через Ормузский пролив, а через некоторое время либо открывал «зеленые коридоры» для дружественных стран, либо снимал ограничения в целом. А потому мировые игроки рассчитывают, что так будет и в этот раз. Если меры по закрытию Ормуза (по той или иной причине) затянутся, мир рискует столкнуться с новыми шоковыми скачками на энергетическом рынке, — предупредил эксперт.
При этом мировые рынки акций реагируют на динамику событий на Ближнем Востоке более осторожно: большинство инвесторов предпочитают дождаться следующих шагов Тегерана и Вашингтона. На контрасте крупнейшие нефтяные компании продолжают наращивать рыночную стоимость, несмотря на коррекцию цен на нефть: BP Plc — на 0,4%, Shell — на 0,5%, TotalEnergies — на 0,7%, Eni — на 0,8%, Equinor — на 2,4%. Умеренный рост наблюдается в секторе страхования и банковского дела.
Тактика США и Ирана
В Вашингтоне убеждены, что избранная ими тактика «движения к миру через силу» приносит плоды и способствует ускоренному поиску компромиссов с Тегераном. На контрасте иранская сторона настаивает, что продвижение политических решений на Ближнем Востоке возможно только через посредничество и диалог, а не «постоянно повторяющихся угроз», которые транслирует руководство США. При этом Reuters со ссылкой на источники внутри иранского истеблишмента сообщает, что стороны по-прежнему ведут переговоры по заключению предварительной сделки — в том числе обсуждая механизм разморозки иранских средств, ранее попавших под американские санкции, и «пересборки» мирной атомной программы Тегерана.
— Главный признак того, что пространство для компромисса всё еще существует, заключается в изменении риторики США относительно этого конфликта. Если в начале военной операции Штаты демонстрировали неумолимость и твердость в решениях, то сейчас всё чаще звучат деэскалационные сигналы, направленные на поиск компромисса между сторонами, — рассказал «Известиям» политолог Дастан Токольдошев.
По мнению эксперта-международника Гранта Геворгяна, нынешние витки напряжения по-прежнему воспроизводят логику «контролируемой эскалации с сохранением переговорных опций» — это часть тактики, которой Тегеран и Вашингтон придерживаются с самого начала конфликта в феврале 2026 года. Однако с течением времени ее эффективность вызывает всё больше разногласий как внутри переговорных команд, так и между ними, а также создает «серые зоны», в которых формируется задел на неконтролируемую эскалацию.
— Каждый новый цикл сужает пространство для дипломатического маневра, повышает риск просчета и делает перспективу полноценного соглашения всё более зависимой от политической воли на уровне высшего руководства обеих стран, а не от военно-технических переменных на земле, — заметил Геворгян.
Поскольку последний (на данный момент) обмен ударами между США и Ираном заметно поднял ставки в асимметричном конфликте, Вашингтону и Тегерану уже в ближайшем будущем предстоит серьезная переоценка ранее обозначенных красных линий — как собственных, так и оппонента. В том числе для того, чтобы избежать открытого и высокоинтенсивного конфликта.
Возобновление боевых действий, сопоставимых по масштабам с первыми неделями марта 2026 года, несмотря на воинственную риторику, по-прежнему не отвечает интересам ни одной из сторон. Однако из-за чрезмерной частоты обменов «предупредительными ударами» убеждать оппонента в серьезности намерений с помощью доступных инструментов становится всё сложнее.
Поводов для беспокойства добавляет и неоднозначная риторика Трампа, который грозит Ирану скорой оккупацией нефтяного острова Харк в случае, если консенсус не будет достигнут в ближайшем будущем.
«Соединенные Штаты нанесут по Ирану (чьи ВМС, ВВС, радары, ПВО и все другие виды обороны, вместе с большей частью его наступательного потенциала, исчезли!) очень сильный удар сегодня ночью. В какой-то момент в недалеком будущем мы захватим остров Харк и другие нефтяные объекты и возьмем под полный контроль их нефтяные и газовые рынки, как мы это сделали с Венесуэлой, что отлично работает как для Венесуэлы, так и для Соединенных Штатов Америки», — написал республиканец в Truth Social.
Гипотетическая попытка захвата Харка вызовет асимметричную реакцию Тегерана — в том числе потому, что на острове сосредоточены значительные запасы национальной сырой нефти — и, с высокой долей вероятности, выведет конфликт за рамки символических обменов ударами. Более того, столь резкое изменение баланса сил спровоцирует масштабные метания на нефтяных рынках, усилив их дестабилизацию. При этом добровольно перенести центр тяжести из военной плоскости в дипломатическую (и тем самым обеспечить постепенную региональную разрядку) США и Иран в силу непреодолимых разногласий пока не в силах. В том числе потому, что ждут от оппонентов подвоха.