По мере того как возрастает плотность применения всех типов БПЛА над линией боевого соприкосновения, всё чаще проходят и воздушные бои между дронами. И речь не только о коптерах-перехватчиках: в схватки вступают и неспециализированные беспилотники самолетного типа. Одновременно развиваются и инфраструктура, и средства обнаружения, радиоэлектронной борьбы и ПВО. О том, как в зоне СВО меняется противостояние в воздухе и какие средства в нем применяются, «Известия» узнали в 11-м отдельном батальоне беспилотных систем 51-й гвардейской армии группировки войск «Центр» на Добропольском направлении.
Как работают операторы дронов «Молния-2»
На сборочном столе на одной из позиций 11-го батальона беспилотных систем одна за другой из набора деталей появляются хорошо знакомые нам дроны «Молния-2». Опытные техник и сапер быстро и слаженно собирают аппараты из комплектов и оснащают каждый новый борт соответствующей боевой частью — под конкретную задачу.
В перерывах между сборкой бойцы рассказывают, что в некоторые дни только их взвод делал больше 30 вылетов в сутки, сменяя друг друга на ночных и дневных сменах. Вместе с очередным готовым бортом поднимаемся по обгоревшей в ходе боев лестнице к точке старта и смотрим, как «Молния» уходит в небо. Но убирать катапульту рано — почти сразу пойдет и вторая, а за ней, может, и третья: вражеские дроны-перехватчики дежурят у линии боевого соприкосновения, и прорваться к цели с гарантией ее уничтожения часто могут лишь несколько дронов, выходя к ней один за другим. В соседних комнатах укрытия сидят пилоты с пультами. Проходя от одного к другому, видно, как с разницей в несколько минут они проходят одну и ту же «трассу». Отдыхающие между работой хвастаются достижениями взвода: количеством вылетов, а теперь и количеством пораженных воздушных целей, рекомендуя командира взвода как настоящего воздушного аса. С этого вопроса и начинаем разговор с Артистом.
— У нас очень часто завязываются воздушные баталии. Раньше, когда летели к своей цели, по пути встречали «Бабу-ягу», воздушные ретрансляторы и другие БПЛА противника и сбивали их. Мы поняли, что можем это делать, и теперь, уже когда по разведке приходят данные о работе вражеских БПЛА, то мы поднимаемся и на перехваты, — рассказывает Артист.
Он за пультом с 2022-го и занимает место среди самых опытных пилотов. Начинал летать еще тогда, когда операторы стояли по пояс в окопах у передовой, а враги даже не знали, что необходимо прятаться. Сегодня Артист поражает цели, находящиеся более чем в 50 км от него. Только за прошедший месяц он сбил пять тяжелых коптеров врага, ретранслятор и два «Мавика». Чуть раньше уничтожил и крупный БПЛА самолетного типа, вероятно, разведчик. Уничтожение вражеских БПЛА тараном требует очень умелого пилотирования — изначально такие ударные дроны не рассчитаны на борьбу с подвижными целями, тем более, имеющими скорость, сопоставимую с самой «Молнией».
Нередко пилоты поднимаются и, пока позволяет запас батареи, патрулируют известные им маршруты пролетов вражеских тяжелых коптеров «Баба-яга» и камикадзе с управлением на оптоволокне. И если за время патрулирования целей не было, уводят «Молнии» на заранее намеченные на этот случай наземные объекты врага, поскольку на посадку и повторное применение эти ударные машины не рассчитаны. Кроме тактики, есть и технические новинки.
— Начали выдавать «Молнии» с искусственным интеллектом. При приближении к цели, если ты видишь, что может задавить вражеский РЭБ, или что-то может пойти не так, есть функция захвата цели. Больше чем с 500 м это можно сделать, и дальше «Молния» уже сама поразит цель даже при потере связи. Это уже используется на поле боя. Для новичков это то, что нужно. ИИ помогает им в сложном маневре пикирования на цель, — рассказывает Артист.
Как российские операторы взламывают беспилотники врага
Одна из важнейших целей для наших операторов — пункты управления украинских дроноводов, их антенны и прочая инфраструктура. Артист рассказывает, что вывод из строя таких целей может дать возможность пехоте продвинуться в момент ослабления атак с воздуха. Над задачей прикрытия своих войск работают и подразделения радиоэлектронной борьбы 11-го батальона БПС.
— Мы перехватываем видеосигнал, по картинке понимаем, наш это или нет. Если это противник, то забиваем ему частоту, на которой он летит, и включаем ему другую картинку, чтобы заглушить его, — рассказывает специалист радиоэлектронной борьбы Кэс.
С учетом количества в воздухе БПЛА простое глушение частот в большом радиусе, а речь идет о десятках километров, помешает не только врагу, но и своим. И перед специалистами РЭБ стоит очень сложная задача: выборочно обеспечить помехи только противнику, не затронув собственные беспилотники.
Естественно, при перехвате вражеской картинки могут быть получены и полезные данные о маршрутах полета или даже о точках взлета, которые удается визуально опознать. Кэс вспоминает подобные примеры. Интересно, что хотя можно в Сети встретить видео, где врагу подменяют его видеосигнал различными издевательскими изображениями, наши собеседники на подобный «троллинг» не идут. Они используют видеозапись с имитацией помех, чтобы по видео невозможно было определить, какому из типов воздействия подвергся беспилотник.
Как и многие другие подобные новинки в войсках беспилотных систем, такой способ радиоэлектронной борьбы появился как инициатива снизу, вместе с распространением аналоговых FPV, и первые сканеры и передатчики наши собеседники собирали и тестировали сами. Сейчас уже во взаимодействии с производителями и руководством расчет, с которым мы беседуем, ожидает очередного поколения уже промышленного оборудования для борьбы с врагом на его новых частотах полетов.