Генпрокуратура подала иск в Бабушкинский райсуд о конфискации имущества Сергея Ромодановского — бывшего главы следственного управления СКР по Северо-Западному административному округу Москвы, сообщил источник «Известий». Ранее его осудили на 19 лет за коррупцию и фальсификацию доказательств в отношении руководства IT-компании Merlion с целью получения ее активов. У экс-следователя требуют изъять несколько квартир, машину и коллекцию элитных часов на общую сумму более 75 млн рублей. Столь крупные антикоррупционные иски против сотрудников следственных органов — исключение из практики, считают эксперты. Подробности громкого дела — в материале «Известий».
Коллекция часов и тещин Mercedes
Генпрокуратура потребовала изъять имущество более чем на 75 млн рублей у экс-главы следственного управления СКР по Северо-Западному административному округу Москвы Сергея Ромодановского, рассказал источник «Известий». Предварительное заседание назначено на 10 апреля.
В январе 2026 года суд вынес приговор Ромодановскому и другим бывшим силовикам — они получили сроки от 14 до 19 лет лишения свободы. Суд установил, что бывший гендиректор IT-компании Merlion Вячеслав Симоненко в 2020 году инсценировал покушение на свою жизнь и обвинил в этом совладельцев фирмы, чтобы завладеть их активами. За взятки сотрудники правоохранительных органов, среди которых был Ромодановский, сфабриковали дело и доказательства по нему. За прекращение разбирательства Симоненко собирался потребовать у топ-менеджеров и учредителей Merlion 15 млрд рублей.
В 2024 году Симоненко осудили на 22 года колонии строгого режима. Главным участником преступной схемы со стороны правоохранителей обвинение назвало Алексея Неснова — экс-следователя по особо важным делам. Однако мужчина скрылся в ОАЭ, и привлечь к ответственности его не смогли. На скамье подсудимых оказались Сергей Ромодановский и экс-руководитель Хорошевского отдела столичного СК Рустам Юсупов, сотрудники УФСБ России по Москве и Подмосковью Павел Крылов и Александр Бибишев, адвокат Вадим Лялин и следователь Андрей Жирютин.
В ноябре 2023 года при обыске у Сергея Ромодановского оперативники обнаружили 21 экземпляр часов общей стоимостью 13,1 млн рублей. Как позже установила прокурорская проверка, в собственности Ромодановского и его семьи находится имущество общей стоимостью свыше 75 млн рублей. Это «более чем в семь раз превышает официальный доход фигуранта и его супруги за 2019–2021 годы, и указывает на происхождение из непредусмотренных законом источников», подчеркнул источник «Известий». По его словам, Ромодановский оформлял объекты недвижимости на близких ему лиц — мать и отца жены.
В итоге сейчас Генпрокуратура подала иск в Бабушкинский райсуд с требованием обратить в доход государства две квартиры на северо-западе Москвы и нежилое помещение площадью 15,5 кв. м, оформленные на родителей жены Ромодановского. Помимо этого, Генпрокуратура требует «взыскать 4,2 млн в качестве эквивалента автомобиля Mercedes-Benz AMG G63», который сперва был оформлен на тещу экс-следователя, а затем продан, следует из иска.
Исключение из практики
Предъявление антикоррупционных исков следователям — исключение из практики, а не общая тенденция, убежден руководитель адвокатского филиала «Ключко, Ландау и партнеры» Антон Ключко.
— Следователи, если мы не говорим о высокопоставленных лицах, — не самая зажиточная часть населения. Это люди с довольно низкой, относительно возложенной на них нагрузки, зарплатой, — считает он. — Поэтому такие ситуации, как в деле со следователями из дела Merlion, когда есть возможность предъявления многомиллионного иска, встречаются редко.
А вот управляющий партнер коллегии адвокатов «Бизнес Лигал Групп» Вероника Полякова полагает, что изъятие имущества у следователей, дознавателей и прокуроров — распространенная практика.
— Если речь идет о конфискации денежных средств, предметов роскоши, то по большинству экономических и должностных преступлений она неминуема, — сказала адвокат «Известиям».
Она напомнила, что 2 апреля 2026 года в Москве рассматривалось громкое дело против экс-замглавы МВД Дагестана Руфата Исмаилова. Его обвиняют в получении крупных взяток и превышении должностных полномочий. В итоге суд изъял у бывшего правоохранителя земельные участки, недвижимость, автомобили и драгоценности на сумму более 500 млн рублей.
В последние годы государство усиливает механизм изъятия имущества у должностных лиц, рассказал «Известиям» адвокат Московской коллегии адвокатов Sed Lex Антон Пивоваров.
— Это касается не только чиновников, но и сотрудников правоохранительных органов, — отметил эксперт. — Подобные дела стали регулярно появляться в публичном поле, особенно по крупным коррупционным эпизодам: речь, как правило, идет о недвижимости, дорогих автомобилях, денежных средствах и предметах роскоши.
Антон Ключко добавил, что тренд стал набирать обороты в 2024 году, когда Конституционный суд разъяснил: предъявление антикоррупционных исков возможно без оглядки на сроки давности. Наличие обвинительного приговора в отношении лица, против которого подан иск, также необязательно.
— Это повлияло на то, что случаи подачи таких исков участились, — сказал адвокат. — В 2025 году Генпрокуратура предъявила иск к судье Верховного суда в отставке Виктору Момотову об изъятии активов на 9 млрд рублей, при этом уголовное дело возбуждено не было. Это один из ярких примеров.
Адвокат по уголовным делам Максим Сильвестри в беседе с «Известиями» отметил, что аресты из-за взяток встречаются в судебной практике очень часто. Например, в январе 2025 года бывший следователь СК Марат Тамбиев получил 16 лет колонии за незаконное присвоение 7 млрд рублей.
По словам Антона Пивоварова, конфискация имущества, как правило, выделяется в отдельную процедуру: сначала устанавливается виновность по уголовному делу, а затем — в рамках гражданского или антикоррупционного иска — проверяется происхождение активов.
— Временной разрыв между приговором и иском сам по себе не считается чем-то необычным, — пояснил адвокат.
Он связан с необходимостью собрать финансовые доказательства, провести экспертизы и сопоставить расходы с официальными доходами, заключил эксперт.