Подразделения Российской армии продолжают продвигаться к Константиновке. Это один из городов ДНР, захваченных ВСУ в 2014 году. Сейчас он входит в разрекламированный украинской пропагандой «пояс крепостей». По задумке командования ВСУ, он должен помешать полному освобождению территории республики. Однако остановить продвижение наших сил противник не может — и во многом это заслуга операторов дронов. Как на константиновском направлении действуют расчеты беспилотников «Мавик» из состава подразделения специального назначения Южной группировки войск — в репортаже «Известий».
«Мавики» в небе
С первых дней СВО квадрокоптеры «Мавик» стали основной рабочей лошадкой малой беспилотной авиации, одним из символом того, как изменились боевые действия. Благодаря простоте и компактности эти машины широко используются и для разведки, и для сброса боеприпасов на личный состав и технику противника.
— Сегодня в расчет «Мавика» входят два человека — ночной и дневной операторы, — рассказал «Известиям» оператор с позывным Ворон. — Когда работали сбросами, был нужен сапер, но сейчас занимаемся разведкой и корректировкой, записями объективного контроля, то есть фиксируем поражение целей. А ударные задачи в основном выполняют FPV-дроны.
Ворон говорит, что сбросы боеприпасов с «Мавиков» постепенно становятся редкостью. Подойти к передовым позициям врага всё тяжелее, поэтому ударные задачи перекладываются на машины, которые имеют больший радиус действия и более устойчивы к средствам РЭБ.
Рвы, опорники и горящая техника
Ворон летает на БПЛА уже два года, а в армии с момента мобилизации в 2022-м. Свой боевой путь начинал в пехоте и уже оттуда перевелся в подразделение специального назначения Южной группировки войск. Там прошел обучение и стал оператором БПЛА в разведгруппе.
Он вкратце объясняет обстановку на константиновском направлении.
— Со своей птицы вижу рвы, очень много опорных пунктов и техники — мы ее каждый день поражаем, — отметил он. — Вижу и пехоту противника. Сейчас мы понемногу забираем позиции. Медленно, но верно.
По его словам, противник стабильно активен в воздухе, в отличие от многих других направлений, где ВСУ маневрируют резервными подразделениями беспилотников.
Ворон рассказывает, что на константиновском направлении были замечены иностранные наемники, в частности из Польши и Грузии, которых некоторое время не было видно в ДНР.
Их появление совпадает с реформой иностранных подразделений ВСУ. По заявлениям командования противника, наемники лишаются особых условий службы по годовым контрактам в отдельных подразделениях и переходят в обычные общевойсковые бригады на общих условиях.
Нововведения затронули тех иностранцев, которые легализовались на украинской службе через подразделения территориальной обороны. Однако пока неизвестно, коснулись ли они боевиков, которые находится в подразделениях Главного управления разведки (ГУР) Украины. А наиболее подготовленные и ценные иностранные кадры находятся именно в там.
Фронтовые работяги
— «Мавики» как были работягами, так и остались, — рассказывает второй оператор с позывной Соболь. — Мы летаем с дополнительными батарейками дольше и дальше, чем раньше. Занимаемся разведкой, находим антенны вражеских пунктов управления БПЛА, передаем информацию коллегам, которые работают на ударных дронах «Молния». Они наносят удары по целям. Мы фиксируем результаты их работы.
Часто после первичной разведки, которую проводят с крупных БПЛА самолетного типа, необходима «доразведка». Ее уже проводят с коптеров, которые могут подлететь ближе и спуститься на малые высоты.
Такие способности особенно важны, когда идет поиск антенн спутникового интернета или небольших ретрансляторов для БПЛА.
Соболь говорит о хорошей инженерной подготовке позиций врага на константиновском направлении. И тут же отмечает, что средства радиоэлектронной борьбы ВСУ не так активны, как на многих других участках линии боевого соприкосновения.
— Здесь РЭБ не сильно «кусается», — говорит он. — В основном летаем на хорошем сигнале. Обрывы связи бывают, когда пролетаем прямо над автотранспортом, но это не критично.
По словам нашего собеседника, основные потери БПЛА сегодня происходят от действий дронов-перехватчиков — это FPV, которые таранят «Мавики», а также коптеры с подвесными сеткометами.
Сейчас и российские войска, и ВСУ экспериментируют с конструкции БПЛА-перехватчиков. Но пока ни одна из них не стала общепринятой и не получила явного преимущества над другими. Поэтому в воздухе находятся всевозможные варианты, вплоть до безоткатных дробовиков, установленных на дронах.
— Ночью противник стал особенно скрытным, — говорит Соболь. — Боится FPV-дронов с тепловизионными камерами, поэтому в сумерках и ночью враг никуда не выходит. Мы хорошо работаем. Как только кто-то смелый высовывается из укрытия, даже в туалет сходить — это верная смерть. Мы летаем 24 часа семь дней в неделю, поэтому сразу поражаем такие цели.
Конечно, приходится и нашим беспилотчикам маскироваться. Тем более что враг прикладывает особые усилия для их поиска.
Основная угроза, по словам Соболя, — это тяжелые коптеры «Баба-яга». Их враг использует в качестве ночных бомбардировщиков и, несмотря на их большую стоимость и значительные потери, продолжает применять в больших количествах.