Мера пресечения руководству больницы № 1 Новокузнецка будет избрана в четверг, 15 января, следует из данных Центрального райсуда города. 13 января правоохранительные органы задержали главврача Виталия Хераскова и заведующего отделением реанимации Алексея Эмиха в рамках уголовного дела о халатности и причинении смерти по неосторожности — во время новогодних каникул в роддоме при больнице умерли девять младенцев. Опрошенные «Известиями» юристы полагают, что руководству медучреждения грозит до семи лет лишения свободы, но скорее по статье о халатности. Ведь, чтобы обвинить человека в причинении смерти по неосторожности, он должен быть либо лечащим врачом, либо оперирующим хирургом и совершить определенную ошибку. Какова судебная практика по такого рода делам — в нашем материале.
Что вменяют врачам новокузнецкой больницы
Центральный районный суд Новокузнецка назначил на четверг, 15 января заседание, на котором будет избрана мера пресечения двум врачам новокузнецкой городской клинической больницы № 1. Речь о главвраче Виталии Хераскове и заведующем отделением реанимации Алексее Эмихе. Об их задержании 13 января сообщила официальный представитель Следственного комитета Светлана Петренко. Врачей подозревают в халатности и причинении смерти по неосторожности.
— По версии следствия, с 4 по 12 января 2026 года вследствие ненадлежащего исполнения подозреваемыми своих должностных и профессиональных обязанностей при организации и оказании медицинской помощи в новокузнецком родильном доме № 1 скончались девять новорожденных, которые родились с 1 декабря 2025 года по 12 января 2026 года, — уточнила Петренко.
За причинение смерти по неосторожности врачам может грозить до четырех лет лишения свободы, а за халатность — до семи. Адвокат в области медицинского права Ирина Гриценко в беседе с «Известиями» высказала мнение, что, скорее всего, в финальном обвинении может остаться только статья о халатности.
— Чтобы обвинить человека в причинении смерти по неосторожности, он должен быть либо лечащим врачом, либо оперирующим хирургом и совершить определенную ошибку. Классическая ситуация: хирург во время операции повреждает вену, пациент умирает от потери крови, — объяснила адвокат. — Халатность же — это когда лицо обладает административно-хозяйственными или распорядительными функциями: распределяет финансы, принимает на работу сотрудников, указывает, какое количество препаратов приобрести.
Должностное лицо, которое можно обвинить в халатности, также обычно занимается соблюдением санитарных норм, разъяснила юрист. В случае с Новокузнецком при обнаружении инфекции именно такой человек обладает полномочиями, чтобы закрыть роддом на «мойку» — масштабную дезинфекцию.
— Если мы говорим о причинении смерти по неосторожности, то важно отсутствие умысла, иначе это будет убийство. При халатности же должностное лицо осознает, что совершает неправильные действия, но всё равно продолжает это делать, — сказала Ирина Гриценко.
Халатность считается умышленным преступлением — тяжким, поэтому по этой статье срок больше. Причинение смерти по неосторожности — это более легкое преступление, его необходимо расследовать за год, объяснила эксперт. За короткое время все необходимые экспертизы, чтобы вменить такую статью, сделать невозможно.
Кроме этого, смерть детей могут посчитать длящимся эпизодом преступления, а могут разделить на несколько эпизодов. В случае длящегося эпизода чаще всего наказание дается минимальное, уточнила Ирина Гриценко.
Отягчающие и смягчающие
Если новорожденный изначально имел тяжелую патологию или внутриутробную инфекцию, то это не может стать смягчающим обстоятельством в деле врача, сказал «Известиям» адвокат по уголовным делам, партнер московской коллегии адвокатов «Вектор Прайм» Альберт Халеян.
— Такие обстоятельства — исходное условие работы врача, — пояснил он. — Суд будет оценивать, были ли действия медиков адекватными этому тяжелому состоянию, сделали ли они всё возможное по стандартам или, наоборот, усугубили ситуацию халатностью. Если ребенок родился «тяжелым», это не оправдание для бездействия.
Прямую связь между смертями детей с патологиями и действиями врачей должна будет доказать экспертиза, отметила Ирина Гриценко. Если такой связи нет, то и привлечения врачей к уголовной ответственности не будет. В таком случае пострадавшие могут обратиться в гражданский суд с требованием компенсации морального вреда.
С ней согласилась и адвокат по уголовным делам, управляющий партнер коллегии адвокатов «Бизнес Лигал Групп» Вероника Полякова. Она допустила, что к делу также может быть привлечен медперсонал роддома, который оказывал медицинскую помощь роженицам и новорожденным.
Не все дела доходят до суда
В 2016 году следователи начали добавлять в дела медиков ст. 238 УК РФ — «Производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности», рассказала Ирина Гриценко. По ее словам, тогда экспертизы проводились долго, следователи не успевали уложиться в отведенные законом сроки, поэтому добавляли статью, чтобы не прекращать расследование: так они могли дольше заниматься делом.
Профессиональное сообщество расценило произошедшее как ошибку и начало добиваться регуляции. В конце 2024 года всё же приняли закон, по которому медиков не могли привлекать к ответственности по 238-й статье.
Но, по словам Ирины Гриценко, это решение не декриминализует врачебную деятельность, поскольку есть еще как минимум две статьи: 109-я — «Причинение смерти по неосторожности» и 118-я — «Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности».
— И адвокаты, и следователи понимали, что обвинения никуда не денутся, просто будут другие статьи, а методика доказывания одна и та же, — отметила Ирина Гриценко.
Медиков регулярно обвиняют в преступлениях, однако далеко не все случаи доходят до суда. Так, согласно данным Следственного комитета, в январе – сентябре 2025 года 2316 пациентов и их родственников заявили о преступлениях в связи с оказанием медицинской помощи, однако за этот же период в суд направили только 162 уголовных дела.
Одно из самых громких и долгих, в котором была поставлена точка в 2025 году, — дело о халатности врачей, повлекшей смерть восьми пациентов в Санкт-Петербурге. С июля 2021 года по январь 2022-го врачи использовали для рентгенографии желудка сульфат бария, который не был фармацевтическим. Всего тогда пострадали 52 человека. Уголовное дело в отношении бывшего главного врача учреждения и его заместителя выделено в отдельное производство и приостановлено в связи с прохождением службы в зоне специальной военной операции. Заместителя главврача Александру Феофанову приговорили к четырем годам пяти месяцам лишения свободы, завотделением лучевой диагностики, врача-рентгенолога Елену Медведеву — к пяти годам.
Еще одним громким случаем стала история калининградских врачей. В 2018 году на 24-й неделе беременности женщина родила мальчика, который весил всего 700 г. Согласно материалам следствия, исполняющая обязанности главврача роддома № 4 Калининградской области Елена Белая поручила анестезиологу-реаниматологу Элине Сушкевич ввести младенцу смертельную дозу сульфата магния, чтобы сымитировать его внутриутробную смерть и не испортить статистику роддома по младенческой смертности. Кроме этого, Белая потребовала от других сотрудников исправить медицинскую историю ребенка.
Сначала врачей оправдали, так как доказать факт введения препарата не удалось. Однако в 2022 году, во время апелляции, их осудили. Новый суд в 2025 году не стал отменять решение, в результате чего Елену Белую приговорили к 9,5 года колонии, а Элину Сушкевич — к девяти. Но им вменили гораздо более тяжкие статьи, нежели халатность, — об организации убийства и убийстве.
В январе 2026 года в Симферополе возбудили уголовное дело по факту гибели новорожденного в роддоме. Роженица утверждает, что ее госпитализировали в перинатальный центр, когда у нее отошли воды. Однако ребенок никак не рождался, а мать начала себя плохо чувствовать. Экстренное кесарево сечение ей провели спустя 41 час. Через два дня после рождения мальчик умер из-за сепсиса. Мать считает, что у нее появилось воспаление из-за длительного безводного периода, до этого анализы не говорили об угрозе.