Одна из больных тем на любой территории, по которой прокатились боевые действия, — оставленные домашние животные. В Курской области, когда на нее напали боевики ВСУ, многие четвероногие оказались на улице, без пропитания. В Кореневском районе местные активисты уже в прошлом году начали кормить собак и кошек, вывозить их в приюты и искать новых хозяев. Эта работа не прекращается до сих пор. В очередной волонтерской экспедиции по оказанию помощи братьям нашим меньшим побывал корреспондент «Известий».
Снять с цепи, налить воды
«Критический барьер пройден, но проблема остается» — так в двух словах куряне характеризуют ситуацию с оставшимися без внимания хозяев домашними животными. В приграничье я еду с активистами волонтерского движения «Помощь кореневцам» Алиной Поповой и Иваном Наумовым. Оба вынуждены были бросить свои дома на родине и выехать: Алина в Курск, Иван в Рыльск. Оба практически сразу после нападения ВСУ включились в добровольческую деятельность.
Иван Наумов — пожарный в МЧС. Когда заполыхал его район, он в течение двух месяцев самостоятельно вывез почти 200 гражданских. После каждого опасного рейда возвращался обратно: для очередной эвакуации или заброски гуманитарки, собранной участниками группы. Останавливаться, объясняет, не собирался.
— На первом месте стояла помощь людям. Но сразу стало понятно, что как-то нужно помогать и животным, — рассказывает Иван. — Заезжаешь оперативно в Коренево, и, если есть возможность, стараешься забежать во дворы, отвязать собак — десятки их сидели на цепи. Наливаешь в кастрюли и тазы воды, если есть колодец. Рассыпаешь гусям, уткам и курицам зерно. Постепенно стали поступать адресные заявки — вывезите, пожалуйста, нашего питомца. Подключились фонды помощи животным. Так, например, московский фонд «Бруно» отправил нам однажды 3,5 т собачьего сухого корма, этого хватило надолго.
Одной стаей
У Алины Поповой в селе Коренево во дворе остались две немецкие овчарки — Ниса и Арчи. Сообразительная Ниса сумела выбраться наружу — потом ее найдут застреленной. Арчи так и сидел внутри. Когда Алина впервые смогла попасть домой, то застала верного друга на последнем издыхании. Увидев хозяйку, он долго выл, из глаз его, по словам девушки, капали натуральные слезы. Алина забрала пса в Курск, месяц ушел на излечение. Сегодня Арчи здоров. Однако оказался подломлен психологически — когда хозяева уходят из дома, скулит, мечется и не отпускает.
Однажды Алину и Ивана попросили вывезти алабая, запертого во дворе. Предупредили: «Очень агрессивный!» Иван перебрался через забор, там на него накинулась изможденная, огромная собака. Правда, не с острыми клыками, а с облизывающим языком и всё тем же плачем.
— Самыми живучими оказались лайки и хаски — охотничьи инстинкты, очевидно, не давали им умереть с голоду, — рассказывает Алина. — Многие перепуганные собаки часто не трогали чужих кошек и жили рядом, передвигались по улицам одной стаей, при звуках разрывов вместе бросались в ближайшие щели. Погибших животных было много. Где-то мы находили живых собак и мертвых хозяев.
Часть зверей волонтеры стали отправлять в курский приют «Право жить». Как-то вывезли целый короб котят, который им передали военные. В другой раз кошка начала рожать по пути — в машине, прямо на их руках. Был случай, когда морпех с позывным Доктор попросил забрать его боевую подругу — овчарку Герду: она прибилась к военным, жила с ними на позициях. Во время обстрела собаку ранило. Док вынес ее на руках. А после оплатил лечение.
Отклик со всей страны
Приют фонда «Право жить» работает с 2019 года и располагается в деревне Лобазовка, в 30 км от областного центра. Сегодня в нем содержится около 300 собак, а также кошки. Руководитель Екатерина Жильникова рассказывает мне, что после нападения ВСУ часть хвостатых пришлось эвакуировать в другие центры и пункты передержки: при обстрелах, разрывах, хлопках снарядов ПВО, некоторые из них начинали рвать вольеры, гнуть прутья, буквально сходили с ума, такой был страх.
— А что переживали те, кто оказался в самом пекле? — качает головой Екатерина.
Практически сразу «Право жить» принялся искать и будущих хозяев для вызволенных из зоны боев четвероногих через паблики, чаты, сообщества.
— Из села Кремяное, что под Коренево, к нам как-то обратились военные с просьбой забрать московскую сторожевую, иначе погибнет, — рассказывает женщина. — Наши ловцы (волонтеры фонда, которые забирают животных. — Ред.), две девушки, попытались пробиться туда. Не получилось — два часа просидели в подвале. В итоге вывезли ее сами военные, при этом собака была очень злая — рычала, долго не подпускала. В приюте мы провели ей операцию, у нее было тяжелейшее воспаление. Оказалась, кстати, очень ласковой — таких добрых еще поискать надо. Нашли для нее новый дом в Новороссийске.
В соседнем Ветрено, говорит Екатерина, долгое время ходили-бродили вместе алабай и маленькая дворняжка (как в рассказе Толстого «Лев и собачка»), ставшие друзьями по несчастью, их также получилось эвакуировать. Крошечного песика передали прежним хозяевам, алабаю подыскали новых. В Глушковском районе к волонтерам привязалась такса — ласкалась, просилась на руки. Забрали, передали в приют. Сейчас она живет в новообретенном доме в Твери, много путешествует и спит на подушке, говорит Екатерина. Люди откликаются со всей страны.
В поисках приюта и безопасности
С собой в машине у нас три пакета по 15 кг с собачьим кормом, 10 кг кошачьего и порционные пакетики. Задача — заехать в поселок Коренево и в одноименное село. Дрон-детектор периодически сигнализирует — «FPV в зоне видимости», но всё обходится благополучно.
Пункт № 1 — дом Алексея Плехова. Мужчина известен тем, что почти не покидал поселок, только раз выбрался в больницу — после ранения. Сердобольный пенсионер приютил у себя 17 кошек и несколько собак — всех, кто в поисках тепла и приюта шел к человеку. Нас он встречает как раз с одним из подопечных, сиамским котом Марсом. Ушастый с опаской выглядывает из его куртки.
— Контузило Марсика, — объясняет он. — Теперь, если разрывы, его эпилепсия бьет.
Алексею Плехову и его разношерстному семейству оставляем часть кормов.
Далее по пути тормозим в определенных точках (местах скопления животных) и насыпаем под навесы еду. Тут же, как из-под земли, появляются хвостатые и спешат к нежданной трапезе. Заскакиваем на очередную улицу, тут живет Лариса Черткова: мешок корма передаем ей.
Последний пункт — село Коренево. Здесь живет Александр Перепелкин, после нападения он один остался на своей улице. И так же кормил и выхаживал приблудившихся животных: в 2024 году под его крышей собралось больше 30 кошек, включая породистых — мейн-куна, вислоухих британских, шотландских. И собаки. Со всеми делился куском хлеба. Подсобляли военные, а потом включились волонтеры. На воротах его написаны слова, которые в контексте ситуации выглядят говорящими: «Тут живут люди».