Наступление наших войск на покровском направлении поддерживает артиллерия. РСЗО «Град» 5-й бригады 51-й Донецкой армии Южного военного округа уничтожают огнем площадные цели: от опорных пунктов врага до его транспорта на дорогах. «Известия» побывали на позициях реактивщиков и увидели, как сегодня работают артиллеристы на фронте.
На огневых позициях РСЗО «Град»
По пыльной дороге среди заросших кустами руин одноэтажных поселков нас сопровождают к огневым позициям два мотоцикла. На одном из них установлен самодельный блок РЭБ, у второго мотоциклиста за спиной дробовик 12-го калибра. На обочинах иногда видны посты ПВО, с которых прикрывают дорогу через освобожденные в долгих боях поселки к нынешней линии боевого соприкосновения. Некоторые особо опасные участки прикрыты противодроновыми сетями, а где-то надо рассчитывать только на скорость.
«Грады» чаще всего сейчас работают с постоянных замаскированных позиций. И пока машина исправна, ее стараются не выводить, даже в темноте. Как бы в подтверждение этому среди мотоциклов и багги навстречу нам в тыл бронированный тягач тащит машину «Града» на жесткой сцепке. Узнать в полностью прикрытой решетками и сетями конструкции известнейшую советскую РСЗО почти невозможно, пока она не подъезжает вплотную. Только рассвело, и понятно, что с позиций машину выводили затемно, с расчетом по темноте дойти до безопасного участка.
Ствольную артиллерию враг применяет на покровском направлении очень редко, чаще всего в критических ситуациях. Количество ударов дронами-камикадзе в последние недели немного, но снизилось.
На очередном перекрестке наш мотоэскорт останавливается, и вместо направления движения показывают рукой укрытие, в которое надо спрятать машину. Пока ожидаем командира, боец с ружьем прислушивается к детектору дронов, уперев приклад в ботинок. Видно, что на лифтере его полуавтоматического ружья лежит дополнительный патрон. Спрашиваю, каким образом до них дошел модный в американских оружейных видеоблогах прием под названием ghost loading.
— Не знаю таких слов, мы тут нормальные мужики, всякими сомнительными «лоадингами» не занимаемся, — шутит стрелок.
Оказывается, что экспериментальным путем к этому пришли сами с распространением ружей с подствольными магазинами в армии. Надежность подачи патрона в таких системах связана с минусом: долгая перезарядка. Поэтому по мере распространения массовых налетов БПЛА способ увеличить зарядную емкость важен: один патрон в патроннике, еще один на лифтере плюс полный магазин — неплохой выигрыш в боевых условиях. Но надо знать, как его делать на каждой конкретной модели ружья, конструктивно такие вещи не предусмотрены.
Первая боевая задача
Замаскированная машина незаметна даже вблизи и с поднятым блоком ракет, как его называют, «пакетом». У прицела работает самый молодой боец расчета с позывным Малыш. Он наводчик, но обучается на командира боевой машины.
— Пошел в армию в этом году, выбрал службу по контракту вместо срочной, чтобы быть поближе к дому и Родину защищать. Я местный, всю жизнь тут живу, никуда не выезжал с начала войны в 14-м году. Постоянно в подвалах находились, потом потише стало в моем городе. А в 22-м году опять всё началось, стали уходить товарищи с учебы, кому 18 лет исполнилось, многие погибли, — рассказывает Малыш.
В начале боевых действий в Донбассе ему было семь лет, и он почти не помнит мирную жизнь. Поэтому на вопрос, чем он хотел бы заниматься после СВО, неуверенно отвечает, что хотел бы восстановить свою квартиру и работать сварщиком или строителем.
Видно, что Малыш волнуется, но оказывается, что дело не в съемках на видео. Сегодня его первая боевая задача. Раньше он стрелял только на полигоне.
— Первые дни на фронте страшно было, то «птички» летают, то взрывы. А потом, может, попривык к этому, стало спокойнее. А вот по боевой еще не стрелял из «Града», сегодня первый раз, — говорит Малыш.
Командир боевой машины с позывным Малек родом из оккупированной части Украины, приехал в Донбасс и вступил в ополчение в 2015-м, на передовой СВО с первого дня операции.
— Когда наступление, когда море огня, адреналин зашкаливает, такие эпизоды запоминаются, — рассказывает Малек. По его словам, сейчас они работают чаще, чем в прошлом году, хотя и не так много, как в начале СВО, — изменились условия.
Заместитель командира взвода Сварог говорит об основных целях: скопления пехоты и легкая техника, ротации врага. Те площадные цели, которые можно быстро накрыть залпом реактивной системы залпового огня.
— Редко бывает и контрбатарейная работа у нас. Но сейчас их артиллерия откатилась назад и почти не работает. В основном враг применяет дроны: днем камикадзе, ночью «Баба-яга» и иногда тоже камикадзе, — рассказывает Сварог. Он родом из Макеевки, в армии с 2016 года, а до службы был столяром.
По команде пять ракет уходят по плановой цели. Малыш выбегает из кабины уже в качестве «настоящего артиллериста» и коротко принимает наши поздравления. К машине уже подбегают стоявшие в отдалении и прислушивавшиеся к возможному появлению дронов: после выхода ракет надо максимально быстро замаскироваться. Ветками засыпают даже следы от реактивной струи на грунте, и все быстро отправляются в укрытия или к транспорту. «Расход пять. С киношниками работу закончил», — слышен доклад из динамика чьей-то рации.