От «Котлована» до «Левиафана»: почему Юрий Никулин не стал Деточкиным

Сергей Уваров, Николай Корнацкий, Сергей Сычев
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Дмитрий Коротаев

Анна Франк запустила карьеру Чулпан Хаматовой, Юрий Никулин едва не стал Юрием Деточкиным, а Андрей Платонов хотел спроектировать новый тип метро. Всё это можно узнать из литературных новинок июня. «Известия» выбрали книги, которые могут занять достойное место на полках библиофилов.

Андрей Платонов. Сочинения. Том IV

Фото: ИМЛИ РАН

Намеченная на июнь презентация четвертого тома научного собрания сочинений Андрея Платонова в последний момент сорвалась из-за коронавирусных ограничений, но само издание уже можно купить. Во всем этом глобальном проекте, предпринятом Институтом мировой литературы имени Горького и стартовавшем еще в 2004 году, именно четвертый том, вышедший в виде двух книг, заслуживает особого внимания. Около 1500 страниц охватывают творчество писателя 1928–1932 годов, когда были созданы повести «Впрок», «Ювенильное море», но главное — «Котлован», одно из основополагающих произведений Платонова и раннесоветской литературы в целом.

А еще здесь рассказы, очерки, пьесы, сценарии, наброски и даже технические проекты. Например, можно узнать, как Платонов собирался усовершенствовать систему полива полей, ввести в Москве «полуметро» — гибрид трамвая и метро и внедрить технологию вольтовой дуги в каменоломнях. При всей «нелитературности» подобных текстов они, конечно, добавляют важные штрихи к портрету этого парадоксального автора.

Впрочем, куда важнее для ценителей его пера — обширный научный аппарат (комментарии занимают около половины издания) и редакции сочинений, публикуемые по рукописям из архивов. Так, «Впрок» представлен здесь сразу в двух вариантах: раннем, датированном весной 1930 года, и финальном, 1931-го. Есть и фрагменты «Котлована», исключенные Платоновым при правке машинописи. Многие материалы публикуются впервые. В общем, это не просто очередное издание классики, но масштабное академическое исследование, которое еще ждет продолжение.

Своими словами

Дмитрий Крымов

Фото: Новое литературное обозрение

Длинный подзаголовок — «Режиссерские сценарии 9 спектаклей, записанные до того, как они были поставлены» — отлично разъясняет суть книги. «Своими словами» — не просто сборник пьес, а драматургия, уже пропущенная через сознание постановщика. По словам Дмитрия Крымова, из 29 поставленных им спектаклей только первые пять обошлись без подобных текстов. Остальные же он начинал создавать именно с таких «сценариев», где указаны не только реплики героев, но и их перемещения в пространстве зала, звучание музыки, свет, декорации и прочие составляющие «картинки», важные для концепции.

При этом, подчеркивает автор, от финального сценического воплощения его рабочие записи сильно отличаются. Тем интереснее. Для поклонников театрального искусства и, конкретно, творчества Дмитрия Крымова это возможность узнать, как формируется замысел и какой путь он проходит от исходного произведения и до встречи со зрителем.

Далеко не все режиссерские сценарии у Крымова сохранились. Часть была передана в Бахрушинский музей, часть — осталась в театрах. Из оставшихся он выбрал девять, в том числе мхатовский «Сережа» (по «Анне Карениной»), «Ромео и Джульетта. Киндерсюрприз», поставленный в Школе современной драматургии, и нашумевший сайт-специфик проект для Музея Москвы «Борис» (по «Борису Годунову»). Есть и совсем новые: «Моцарт. Дон Жуан. Генеральная репетиция», показанный в мае в Мастерской Петра Фоменко, и «Костик» (по «Чайке»), премьера которого прошла в Театре имени Пушкина в конце июня. Так что, благодаря книге, можно и подготовиться к походу в театр, и уже после сеанса получше разобраться в хитросплетениях режиссерской мысли.

А–Я. Современное русское искусство

Фото: commons.wikimedia.org

В 1976 году художник Игорь Шелковский, эмигрировавший во Францию, взялся за создание журнала, посвященного советскому неофициальному искусству. Как он позже признавался «Известиям», выпуск каждого номера был борьбой. Художники и искусствоведы из СССР тайно передавали тексты, фотографии работ, пытаясь обхитрить КГБ, а Шелковский — искал средства на издание и решал множество организационных проблем. В итоге вышло только восемь номеров, последний из которых был литературным (именно там впервые целиком была опубликована рукопись Варлама Шаламова «Осколки 20-х годов»), после чего советские власти уже совсем разозлились и сделали дальнейшее издание «А–Я» невозможным.

Но вклад этих восьми брошюр в историю отечественного искусства сложно переоценить: во многом они подготовили моду на нонконформистов, разгоревшуюся в перестройку и не утихающую по сей день. Для западных коллекционеров «А–Я» был «компасом», путеводителем по живописи СССР. Известен даже курьезный случай, когда работу самого Шелковского один собиратель отказался покупать, потому что не нашел этого художника в журнале «А–Я».

Разумеется, восемь выпусков «А–Я» вскоре стали библиографической редкостью, и возможности познакомиться с ними у новых поколений художников, исследователей, да и простых ценителей искусства не было. И вот Музей AZ, будто намекая на свое «алфавитное» название, предпринял красивый жест: выпустил издание, объединяющее точные репринты всех номеров «А–Я» (плюс — лист со вступительной статьей). Крупный бокс сам по себе может быть объектом коллекционирования. Но главное — легендарные журналы теперь может прочитать каждый.

«Берегись автомобиля. Расследование»

Станислав Дединский, Наталья Рябчикова

Фото: журнал «Искусство кино»

Это уже второй сборник материалов, который «Искусство кино» и «Мосфильм» выпускают к повторному релизу классики из «золотой коллекции» студии. Первый вышел в марте к показам «Июльского дождя» Марлена Хуциева, а этот, как понятно уже из названия, предваряет прокат шедевра Эльдара Рязанова (с 8 июля). Как и легендарный фильм о благородном угонщике автомобилей Юрии Деточкине, книга с удовольствием играет в детективный роман — отрывки документов, стенограмм, вариантов сценариев, а также интервью «фигурантов», будто собранные для следственного дела, сгруппированы по главам с ироничными заглавиями («Глава десятая. Музыкальная»). А редакторский комментарий и вовсе «звучит» в голове голосом Юрия Яковлева.

Из «Расследования» можно узнать всю историю создания фильма — от задумки до премьеры. Но, как часто бывает на следствии, с самого начала мнения свидетелей расходятся. Юрий Никулин был уверен, что идею Эльдару Рязанову и Эмилю Брагинскому подкинул именно он. Авторы же утверждают, что эту городскую легенду они слышали сами, причем и в Москве, и в Ленинграде, и в Одессе. Сценарий первоначально писался под Никулина, но из-за гастролей его цирка и кислой реакции в Госкино картина была закрыта. Чтобы не растерять группу, Рязанов снял «Дайте жалобную книгу» — фильм не самый удачный, но важный для режиссера. Именно здесь он апробировал киноязык своих будущих хитов.

Задумку про Деточкина они с Брагинским превратили в повесть, и успех книги помог заново запустить проект. Опыт новеллизации, вынужденный тайм-аут, а главное — новый исполнитель главной роли Иннокентий Смоктуновский помогли авторам найти знаменитую горько-ироничную интонацию.

«Алексей Бородин: из вчера в завтра»

Наталья Старосельская

Фото: пресс-служба РАМТа

Еще в ушедшем году Российский академический молодежный театр (РАМТ) вступил в череду юбилеев. В прошлом январе там отметили 40 лет, как режиссер Алексей Бородин возглавил (тогда еще) Центральный детский театр. В этом июне — 80-летие руководителя. А в июле подытожит свой первый век со дня рождения и сам РАМТ. Торжественные даты коллектив сопровождает не только творческими вечерами, но и книгами — под его эгидой совсем небольшим тиражом (а потому лучше поспешить с покупкой) издана первая монография о худруке. Написала ее известный театровед Наталья Старосельская, давний друг и театра, и Алексея Бородина. Для самого юбиляра, к слову, книга стала сюрпризом — впервые томик о себе он взял в руки на юбилейном вечере.

Монография начинает с китайского детства (Алексей Бородин родился в Шанхае, в семье эмигрантов из России, которые в 1950-е вернулись домой) и учебы в ГИТИСе. Совсем кратко рассказывает о режиссерской географии после выпуска из alma mater, но в фокусе, конечно, 40 лет в стенах его главного дома — на площади Свердлова. За эти годы произошло немало — тандем с драматургом Юрием Щекочихиным и сценический дебют Чулпан Хаматовой (в роли Анны Франк), сумасшедший успех трилогии Тома Стоппарда о русской интеллигенции и театральная одиссея Эраста Фандорина. В целом, книга Старосельской отлично дополняет недавно выпущенные бородинские мемуары «На берегах утопий». Там — взгляд изнутри, рефлексия художника. Здесь, пусть личная и пристрастная, но попытка анализа, с цитатами из своих и чужих рецензий.

«Как достичь успеха в музыкальном бизнесе»

Ари Херстанд

Фото: Individuum

Почти каждый популярный поп-певец, рэпер или фронтмен рок-группы написал книгу о себе и о том, как достичь успеха. Правда, очень часто эти мемуары состоят из баек и банальных мотивирующих слоганов: делай, что любишь, и однажды тебе повезет. Книга американского сонграйтера и мультиинструменталиста Ари Херстанда принципиально иного рода. Да, его имя большинству читателей ничего не скажет: автор далеко не звезда первого эшелона и прекрасно отдает себе в этом отчет. Но и его толстенный труд (более 500 страниц) привлекает не именем на обложке, а трезвым взглядом на жизнь и музыкальную индустрию. И это совсем не мемуары, а сборник практических советов профессионала.

Ари Херстанд суммировал свой личный опыт и опыт коллег по цеху в конкретный алгоритм действий, который призван помочь любому делающему первые шаги музыканту найти свою аудиторию и начать жить творчеством. Книга отвечает на множество конкретных вопросов. Стоит ли подписывать контракт с лейблом? Эффективен ли краудфандинг? Что нужно сделать, чтобы отправиться в турне? Конечно, музыкальный бизнес в России отличается от американского, поэтому в русском издании текст автора дополняют главки приглашенного редактора, музыканта Евгения Горбунова (NRKTK, «Интурист»), в которых он вводит читателя в отечественную специфику.

«Левиафан». Разбор по косточкам

Фото: Альпина Паблишер

Киновед Максим Марков несколько лет назад предпринял подвиг, сравнимый с монашеским затвором. Он записал с Андреем Звягинцевым гигантское интервью длиной более 30 часов, где они вместе разобрали каждый кадр «Левиафана», важнейшего российского фильма 2010-х годов, фаворита Канн и без пяти минут лауреата «Оскара». Анализ затронул даже заставки перед фильмом, размер титров и дефекты изображения на анализируемой копии, но, конечно, в нем максимально скрупулезно обсуждались все элементы режиссерского метода Звягинцева: работа со сценарием, поиск натуры, взаимодействие с департаментами, задачи перед оператором и актерами.

После недели бесед с режиссером Марков ушел с работы, заперся у себя дома и годами собирал из записей иллюстрированное издание, фактически раскадровку с комментарием, сверяясь на каждом шагу со Звягинцевым, дополняя его комментарии новыми подробностями. Получился монументальный труд в 600 страниц А4 мелким шрифтом, где содержатся еще и 800 цветных иллюстраций. И эта работа не только для специалистов, она написана доступным языком, и если хочется понять, как движется мысль крупного российского художника, то лучше издания не найти.