Зона Карантина: что происходит в разрушенном Бейруте
Жители одного из беднейших районов города не представляют, как жить дальше
Фото: REUTERS/Alkis Konstantinidis
Бейрут продолжает приходить в себя после мощнейшего взрыва в порту, который унес десятки жизней, уничтожил сотни зданий и оставил без крыши над головой сотни тысяч человек. Мировое сообщество пообещало стране, оказавшейся на грани политического и экономического кризиса, $300 млн на восстановление. Жители одного из самых бедных районов города не надеются на помощь государства и пытаются обойтись своими силами. Однако что-то потеряно безвозвратно. Девятилетний Эли, которого мать во время взрыва прикрыла своим телом, теперь даже от хлопка в ладоши вздрагивает и заливается слезами. Что стало с обитателями Карантины — в фотогалерее «Известий»
Фото: REUTERS/Alkis Konstantinidis
Эли с отцом, матерью и братом живет в Карантине. Это район трущоб, основные обитатели которого — беженцы, трудовые мигранты и самые бедные представители местного населения
Фото: REUTERS/Alkis Konstantinidis
Отец Эли рыбак Абду Батруни во время взрыва потерял сбережения, которые удалось скопить за всю жизнь. Деньги были спрятаны в шкафу в спальне, которую разнесло на куски
Фото: REUTERS/Alkis Konstantinidis
Жена Батруни во время взрыва прикрыла своим телом двух сыновей — девяти и трех лет. Она вспоминает, что один из мальчиков присел от ужаса и кричал: «Я не хочу умирать, я не хочу умирать!»
Фото: REUTERS/Alkis Konstantinidis
Клодетт Халаби, вдова, которой было за 70, на протяжении часа кричала из-под обломков разрушенного дома. «Я слышал ее голос, — рассказывает Джонни Хаванд, один из соседей, который знал ее с детства. — Но мы ничего не могли сделать, мне очень больно вспоминать об этом»
Фото: REUTERS/Alkis Konstantinidis
«Я как будто до сих пор нахожусь в кошмарном сне и не могу проснуться, — говорит Джордж Халаби, сын Клодетт, прилетевший на ее похороны. — До сих пор не могу поверить, что смотрю на гроб моей матери. Она пережила войну…»
Фото: REUTERS/Alkis Konstantinidis
Провожать погибших в последний путь родственникам приходится в непростых условиях — на церковном кладбище в результате взрыва сорвало крышки склепов и разметало все могилы
Фото: REUTERS/Alkis Konstantinidis
За несколько месяцев до взрыва обвал ливанского фунта уничтожил сбережения 68-летнего Тони Матара, который держал доставшийся от родителей магазин постельного белья. Всё, что у него осталось после финансового кризиса, — это его дом
Фото: REUTERS/Alkis Konstantinidis
Ударная волна снесла стены дома, обломки которых вместе с мебелью обрушились на его 25-летнюю дочь Патрисию, приехавшую на свадьбу сестры. Она получила множественные травмы, ей предстоят долгие месяцы лечения. «Каждый раз, возвращаясь домой, я снова переживаю тот момент. Я вспоминаю, как упала моя дочь, и плачу», — говорит Суад, жена Тони, одетая в черное. За несколько дней до взрыва Суад потеряла мать, страдавшую онкологией, и даже не успела ее оплакать: «Можете себе представить, я благодарю Бога за то, что она скончалась и ей не пришлось это увидеть»
Фото: REUTERS/Alkis Konstantinidis
На помощь от государства обитатели трущоб даже не надеются, отмечая, что никакие официальные лица не посещали их район после трагедии и не интересовались их положением
Фото:Getty Images
Жители Карантины говорят, что взрыв за несколько секунд нанес больший ущерб, чем 15 лет войны. Они спят в своих жилищах, оставшихся без окон и дверей, на полу или на обломках мебели и не понимают, как жить дальше: «Мы потеряли всё...»