Пикирующий тренд: импортозамещение побеждает параллельный импорт
Последние оценки в отношении объемов параллельного импорта показывают значительное снижение — по данным председателя профильного комитета Госдумы Максима Топилина, до 50%. С одной стороны, объемы параллельного импорта в России неуклонно сокращаются, что многие специалисты рассматривают как признак успеха импортозамещения и роста отечественного производства. С другой стороны, это вызывает опасения о возможном дефиците в некоторых ключевых отраслях. «Известия» взялись рассмотреть причины и последствия существенного снижения доли параллельного импорта, а также оценить его влияние на различные сектора экономики и перспективы развития в ближайшие годы.
Импортозамещение набирает обороты
Потоки параллельного импорта в России неуклонно сокращаются, сигнализируя о сдвигах в экономике. За девять месяцев 2024 года объем достиг $45 млрд, но в 2025-м опустился до $33–35 млрд, заявил председатель комитета Госдумы по экономической политике Максим Топилин. В то же время, по оценке Минпромторга, параллельный импорт упал с $4 млрд в месяц в 2024 году до $2 млрд ежемесячно в 2025-м. По данным ФТС РФ, параллельный импорт в целом сократился на 50%.
— Двукратное падение такого импорта является не только индикатором, но и прямым следствием как успехов импортозамещения, так и роста поставок из дружественных стран, — заявил «Известиям» руководитель АО «ВЭД Агент» (уполномоченный экономический оператор), член Общественного совета при ФТС РФ Александр Дегтярев.
По оценкам «ВЭД Агент», рост отечественного производства медицинских изделий вырос на 14% за восемь месяцев 2025 года, станков — на 40% за весь 2024 год и продукции машиностроительной отрасли — на 15% также за позапрошлый год. В целом он исчисляется десятками процентов, отмечают в агентстве.
Активный рост внутреннего производства товаров упорно вытесняет серые схемы поставок, меняя ландшафт рынка. Минпромторг и другие ведомства фиксируют успехи в ключевых секторах, где отечественные мощности замещают импорт.
— Снижение объемов параллельного импорта является не просто статистическим трендом, а индикатором глубокой трансформации российской экономики, — замечает директор департамента управленческого консалтинга аудиторско-консалтинговой группы «Деловой профиль» Владимир Поклад.
За этим сокращением, по его подсчетам, стоит реальный рост внутреннего производства: по итогам первых 11 месяцев 2025 года выпуск радиоэлектроники вырос на 13%, производство автотранспортных средств — на 27,4%, а электронных и оптических изделий — на 35%.
— Падение объемов параллельного импорта означает, что товары, которые раньше приходилось завозить обходными путями, теперь производятся внутри страны или поставляются по прямым каналам из дружественных государств, — сказал партнер практики оценки бизнеса и активов консалтинговой компании Neo Станислав Мудров.
Идет устойчивое снижение параллельного импорта на фоне роста ВВП: за последние три года ВВП увеличился на 9,7%, что подтверждает, что экономика адаптировалась к санкциям и наращивает собственные мощности, замечает эксперт.
Прогнозы на 2026-й: дальнейшее снижение
Эксперты сходятся в ожидании продолжения тренда на сокращение параллельного импорта, однако его усиление будет вызвано также и негативными факторами. Свое влияние окажут, с одной стороны, охлаждение спроса, с другой — ужесточение таможенного госконтроля.
— Ожидается дальнейшее снижение объемов параллельного импорта, может быть, меньшими темпами, чем в 2025 году, но всё же существенно, — прогнозирует Дегтярев.
Он отмечает, что в 2026 году продолжится ужесточение экспорта товаров из Китая, который был значительным поставщиком санкционных товаров.
Как отмечает ведущий аналитик АЦ «Центр экономики рынков» Ирина Светлова, снижение будет обусловлено развитием внутреннего производства и политикой импортозамещения, что постепенно уменьшает зависимость от внешних поставок.
По расчетам АЦ «Центр экономики рынков», дополнительным структурным фактором станет дальнейшее углубление торгово-экономического взаимодействия с Китаем. Доля китайской продукции в российском импорте уже демонстрирует устойчивый рост: за 11 месяцев 2025 года она увеличилась с 57,2% до 58,3% в стоимостном выражении. Усиление роли Китая будет способствовать замещению параллельного импорта западной продукции прямыми поставками китайской.
«Известия» направили запросы в Минпромторг, ФТС.
Продление механизма: баланс цен и дефицита
Решение о продлении правительством параллельного импорта на 2026 год обеспечивает предсказуемость для бизнеса и потребителей. Оно служит предохранительным клапаном против скачков цен в чувствительных сегментах, соглашаются экономисты.
— Продление этого механизма — это взвешенное решение, которое дает возможность балансировать спрос и предложение на потребительском рынке, не позволяя взвинчивать цены в отсутствие альтернатив, — подчеркивает глава АО «ВЭД Агент».
Для бизнеса этот сигнал о предсказуемости правил дает возможность планировать среднесрочные поставки, развитие производства, дополняет участник рынка.
Продление еще на год выглядит обоснованным, поскольку по ряду позиций нет адекватной альтернативы товарам, производимым в недружественных странах, отмечает ведущий научный сотрудник международной лаборатории исследований внешней торговли Президентской академии Александр Фиранчук.
При этом, дополняет он, любая либерализация импорта, включая механизм параллельного импорта, усиливает конкуренцию на внутреннем рынке и, как правило, способствует снижению потребительских цен.
Отрасли под ударом: риски и победители
Замещение параллельного импорта поставками из дружественных стран выигрывают некоторые сектора, но электроника и фармацевтика остаются уязвимыми. Адаптация идет неравномерно, с фокусом на Китай и локализацию.
— Вряд ли можно говорить о том, что какие-то отрасли выигрывают от замещения параллельного импорта поставками из дружественных стран, так как все-таки это замещение является вынужденным, — считает Дегтярев.
Поставки оборудования для многих отраслей промышленности были замещены поставками из КНР, отмечает специалист.
Производители в отдельных отраслях действительно могут выигрывать от замещения параллельного импорта поставками из дружественных стран, однако такие выгоды нередко концентрируются на стороне производителей, тогда как риски, в первую очередь ценовые, в большей степени несут внутренние потребители, говорит Александр Фиранчук.
В настоящее время ситуация с зависимостью от импорта из недружественных стран сильно варьируется по отраслям. Наиболее показательным является пример фармацевтики. С 2021 года доля импорта во внутреннем потреблении фармацевтической продукции не продемонстрировала снижения и по-прежнему составляет около 50%, при этом порядка 90% импорта приходится на поставки из недружественных стран.
— При существующих реалиях риски дефицита присутствуют в радиоэлектронике и отраслях, потребляющих ее продукцию, в пищевой промышленности, завязанной на технологии и оборудовании европейских производителей, в фармацевтике, — отмечает профессор кафедры экономики и управления предприятиями и производственными комплексами СПбГЭУ Елена Ткаченко.
По данным опросов СПбГЭУ, в СЗФО около 15% респондентов отметили критическую зависимость от технологического импорта из недружественных стран, это же свидетельствует о потенциальных возможностях для дальнейшего развития импортозамещения.
Экспертные оценки: не всё так однозначно
Данные по динамике разнятся, но тренд на спад очевиден, влияют санкции и переориентация цепочек. Реэкспорт через ЕАЭС сокращается, подкрепляя выводы.
По данным Минпромторга, параллельный импорт упал за январь – ноябрь 2025 года, объем параллельного импорта составил $20,9 млрд, что на 45% ниже, чем за аналогичный период 2024 года ($37,9 млрд), приводит цифры директор Института торговой политики НИУ ВШЭ Александр Данильцев. Его прогноз на 2026 год в целом остается понижательный, хотя практика параллельного импорта будет продолжена.
— По данным Всемирной торговой организации, за 11 месяцев 2025 года совокупный объем импорта в Российскую Федерацию сократился, по сравнению с аналогичным периодом 2024 года, на 13,9% в долларовом эквиваленте, — уточняет Ирина Светлова. — Аналогичная, но еще более выраженная отрицательная динамика наблюдается по импорту из традиционно дружественных стран — посредников в поставках продукции западного происхождения.
Прогнозы доцента кафедры логистики и коммерции УрГЭУ Глеба Савина подтверждают трансформацию: к концу 2026 года механизм параллельного импорта будет существенно сокращен — до 15–20% от текущего объема, что позволит завершить трансформацию рынка без критических скачков цен.
— В 2026 году ожидается появление более устойчивых и автоматизированных финансовых каналов для проведения трансграничных платежей, что может стабилизировать стоимость логистики, — отмечает он. — При этом государственная политика будет направлена на защиту внутренних производителей через исключение из списков тех позиций, по которым к этому времени будет налажено серийное импортозамещение.
Другим важным фактором, по его мнению, станет развитие инфраструктуры в странах-посредниках. В 2026 году логистические хабы в странах СНГ, Ближнего Востока и Юго-Восточной Азии могут достичь предела своей пропускной способности или столкнуться с необходимостью глубокой модернизации. Это заставит импортеров искать новые маршруты или переходить на более дорогие способы доставки, что отразится на финальной стоимости премиальных товаров.
