Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

У «иных» артистов позитива столько, что здоровые могут позавидовать

Актриса Елена Морозова — о том, когда нужно «просто подойти и обнять», фестивале для особых детей и неправильных стандартах
0
У «иных» артистов позитива столько, что здоровые могут позавидовать
Фото: ТАСС/Артем Геодакян
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

15 мая на Евразийском фестивале современного искусства в Екатеринбурге состоится показ спектакля «Прикасаемые». В совместном проекте фонда поддержки слепоглухих «Со-единение» и Театра Наций наряду с известными актерами участвуют слепоглухонемые артисты. С одной из участниц, актрисой Еленой Морозовой встретилась корреспондент «Известий» Зоя Игумнова.

— Художественный руководитель Театра Наций Евгений Миронов предложил стать артистами людям с ограниченными возможностями.

— И получился потрясающий проект. Слава Богу, что на российской сцене стали возможны такие постановки. Обидно, правда, что наш спектакль «Прикасаемые» называют экспериментом. 

— Как же его надо называть?

— Шедевр! Потому что в этом спектакле наконец-то объединяются люди с разными способностями. Не могу я называть наших артистов «людьми с ограниченными возможностями», по отношению к ним это мы — с ограниченными возможностями. Силы духа, позитива у них столько, что здоровые позавидовать могут. Того, от чего мы частенько страдаем, — депрессии, плохое настроение — у этих ребят вообще не бывает.

— Расскажите, о чем идет речь в «Прикасаемых».

— Закрутили этот проект Женя Миронов и Ингеборга Дапкунайте. Режиссером спектакля стал Руслан Маликов. Сюжет в нем достаточно простой, за основу взяты дневники людей с ограниченными возможностями. Ребята пишут о том, что с ними не хотят общаться и дружить. И какой тогда смысл для них в жизни, если ее у них нет. Когда понимаешь, что это пишет реальный незрячий человек, который сейчас находится на сцене, ты со своими проблемами идешь куда подальше.

— Спектакль сделан так, чтобы пробить зрителя на слезу?

— Нет. Конечно, это душещипательная тема, но артисты всегда уходят от жалости. Они хотят, чтобы их воспринимали как обычных людей, не тыкали пальцем, не причитали — бедный, несчастный. Чтобы зритель воспринял спектакль как нормальную театральную постановку, художник Екатерина Джагарова сделала яркие, интересные декорации. Атмосферу на сцене создают различные фактуры, рельефы и даже ароматы.

— Как это возможно, чтобы артисты ничего не видели, не слышали и сказать ни слова не могли?

— Еще как возможно. Эти люди появились в театре благодаря фонду «Со-единение», который помогает слепоглухим людям. Актриса Ирина Поволоцкая одна из них. Она не видит, что-то слышит и немного может разговаривать, при этом — писательница, поэт, художник. Муж у нее, кстати, зрячий. Рядом с «иными» артистами играют и молодые выпускники театральных вузов. А вот на роль Мужчины и Женщины всегда приглашают известных актеров. В каждом спектакле их играют разные артисты. На фестивале в Екатеринбурге выступят Дмитрий Дюжев и Татьяна Арнтгольц. Уже участвовали в постановке Ингеборга Дапкунайте, Чулпан Хаматова, Евгений Цыганов, Егор Бероев, Екатерина Волкова и другие.

— И вы в том числе. Как «иные» артисты реагировали на звезд, на то, что их опекает Евгений Миронов?

— Спокойно. Им проще и привычней находиться рядом друг с другом, а не с артистами. А в театре они робели поначалу. Меня поразило одно наблюдение. Понимаю, что они о чем-то оживленно беседуют, что-то обсуждают, при этом стоит полная тишина, зато эмоционально поле вокруг сверхнасыщенно. Кто-то смеется, кто-то обнимается.

— Вы не решались нарушить это пространство?

— Ну а что мне было делать? Я зашла в зал и громко поздоровалась. В ответ — никакой реакции. Они ведь не слышат. Я хожу, а они не видят. Подойти сама не решалась. Ждала. А потом поймала себя на мысли: не надо кричать и размахивать руками. Можно просто подойти и обнять их. 

— На «Прикасаемых» билеты покупают?

— Полные залы зрителей. Мало того, этот проект не имеет постоянной прописки и как бы гастролирует по Москве. Переезжает с одной площадки на другую. Мы уже сыграли его в Театре «Современник», в Электротеатре, в Центре Мейерхольда.

— Какова реакция зрителя?

— Поначалу зал был в напряжении. Не знали, как реагировать. Не понимали, будет ли это слезливая история или все-таки спектакль. Но оказалось, что постановка заинтересовала. И в финале зрители плакали и аплодировали стоя.

— У спектакля будет продолжение?

— Когда летом после ремонта откроется наш внутренний дворик в Электротеатре, я хочу сделать детский фестиваль для особых детей. Позвать для них художников, граффити, мастеров по лепке, музыкантов с простыми инструментами (губная гармошка, балалайка и др.) и устроить мастер-классы. Чтобы это было нестандартно, несложно, весело и интересно. Мои намерения поддерживает худрук театра Борис Юхананов.

— Уже есть кандидаты на участие?

— Уверена, участников будет немало. Хотя сложности есть. Несмотря на то что детей с ограниченными возможностями много, так просто их не найдешь. Зачастую у них нет возможности выйти на улицу, да они и сами лишний раз не показываются на людях. Очень жаль, что мы не знаем, кто с нами рядом. Границу между людьми надо стирать в детстве. Чтобы здоровые дети не шарахались от своих особых ровесников. Ведь кто из нас «иной», еще не понятно. У кого более ограничены возможности — не ясно. 

Я поняла это задолго до «Прикасаемых», когда лет 20 назад впервые оказалась на танцевальном фестивале в Германии. Существует такое понятие — танец как терапия. Не важно, здоров ты или болен. Терапия нужна всем. Рядом с именитыми танцорами находились люди в колясках, которые тоже приехали учиться танцевать. Меня поставили в пару с парнем, у которого ДЦП. И мы танцевали. Я не могла поверить, что это возможно. А всё потому, что у нас в уме заложены какие-то схемы и стандарты...

Комментарии
Прямой эфир